Приключения Мартина Хьюитта - Моррисон Артур - Страница 4

Миссис Джелдард всё поняла и отправилась в банк произвести аккуратные расспросы. Банк был расположен недалеко, и мы договорились, что она вернётся в контору с результатами.

Как только она ушла, Хьюитт повернулся к письменному столу и попытался открыть запертый ящик своим перочинным ножом.

– Замок, похоже, достаточно обычный, – сказал он. – Я, наверное, мог бы открыть его согнутым гвоздём. Но стол довольно низкого качества. Попробуем более простой метод.

Он выдвинул полностью ящик, находящийся над запертым, и просунул руку в отверстие.

– Да, – сказал он, – как я и надеялся, в такого рода дешёвых столах перегородка между ящиками не больше двух третей расстояний до задней стенки, и я могу достать своей рукой до нижнего ящика. Но я ничего там не нахожу – ящик кажется пустым.

Он вынул руку, и мы наклонили весь стол назад, чтобы содержимое ящиков сдвинулось к задней стенке. Это увенчалось успехом. Хьюитт опять просунул руку в отверстие и вытащил две стопки бумаги, на каждой была металлическая скрепка.

Бумаги в каждой стопке были практически идентичны, за исключением дат. Это были квитанции о получении арендной платы. Ежеквартальные квитанции за аренду конторы вернулись в ящик, а остальные Хьюитт разложил на столе перед собой. Каждая была заполнена почти одинаково, например:

Квитанции были написаны плохим почерком, с ошибками. Хьюитт положил последние по датам квитанции в карман и вернул остальные в ящик.

– Или, – сказал он, – мистер Куксон – это клиент, для которого мистер Джелдард арендует конюшню, что маловероятно, или мистер Джелдард называет себя мистером Куксоном, когда выезжает верхом – вероятно, в компании мисс Треннат. Посмотрим.

Вернув письменный стол в исходное состояние, Хьюитт взял кочергу и начал копаться в камине. Дело было летом, за каминной решёткой находился картонный экран с узорными краями, а за ним валялся всякий мусор – горелые спички, смятые рекламные листки, рваная бумага. Там также было несколько окурков сигар, некоторые докуренные до половины, один почти целый. Хьюитт рассматривал один за другим каждый обрывок бумаги и в конце концов отобрал несколько из них и разложил на куске промокательной бумаги. Они образовали полное письмо, написанное тем же почерком, что и конверты, найденные миссис Джелдард – почерком мисс Треннат. Оно также имело общую черту с найденным ранее обрывком – ряд крестиков под подписью и звучало так:

Затем следовали крестики, заполнявшие одну строчку и почти половину следующей, всего семнадцать штук.

Хьюитт задумчиво смотрел на обрывки.

– Это, конечно, важная находка, – сказал он, – безусловно, важная. Она так похожа на бессмыслицу, что должна означать нечто важное. Датировано, как вы видите, вечером вторника. Должно было быть получено утром в среду, то есть вчера. Значит, Джелдард ушёл сразу же по получении этого письма. Очевидно, что крестики не означают поцелуи. Это не то письмо, в котором ожидаешь символы такого рода, кроме того, если уж женщина заполняет строчки письма поцелуями, она не остановится посреди строки – она заполнит её до конца. Эти крестики означают что-то совершенно другое. И хотел бы я знать, что имеется в виду под «дымом». В любом случае, это письмо поразило бы миссис Джелдард, если бы она его увидела. Мы пока не будем его упоминать. – Он сложил обрывки письма в конверт и засунул его в нагрудной карман.

В камине больше не нашлось ничего интересного, и тщательный осмотр всей конторы не принёс ничего нового, насколько я видел, за исключением сапог мистера Джелдарда, стоявших на полу комода, где лежала его одежда. Во всём помещении не было того, что обычно бывает в любой конторе – бумаг, книг и прочего.

Миссис Джелдард вскоре вернулась. Управляющий банка отсутствовал, а его заместитель не хотел давать никакой информации без его разрешения. Однако он дал понять миссис Джелдард, что на счету её мужа ещё остались деньги, и что её муж выписал чек в среду утром на сумму, «более крупную, чем обычно». И это было всё.

– Кстати, миссис Джелдард, – заметил Хьюитт, как бы вспомнив что-то, – мне кажется, если я не ошибаюсь, был некий мистер Куксон, знакомый мистера Джелдарда. Вы случайно не помните, был ли у мистера Джелдарда клиент или знакомый с таким именем?

– Нет, я не знаю никого с таким именем.

– Ну, неважно. Полагаю, у мистера Джелдарда не было нужды содержать лошадей или экипаж для его занятий?

– Нет, конечно нет. – Миссис Джелдард была удивлена этим вопросом.

– Конечно – мне следовало бы это знать. Он не пользуется экипажем, чтобы добраться до конторы, верно?

– Нет, он едет на омнибусе.

– Вернёмся к Эмме Треннат. Эта фотография очень полезна, и она нам, несомненно, поможет. Но есть ли у неё какие-нибудь индивидуальные особенности, по которым я мог бы её узнать – что угодно, помимо фотографии? Её походка, какие-либо особые приметы, что-нибудь?

– Да, у неё есть большая бородавка, около четверти дюйма размером, на левой щеке, примерно на дюйм ниже внешнего уголка глаза. Фотография показывает только правую сторону её лица.

– Это очень полезные сведения. А есть ли у неё родственники, живущие на Крауч Энде, или в его окрестностях?

– Да, её дядя, она живёт с ним – или жила до недавнего времени. Но откуда вы знаете?

– Штамп почтового отделения Крауч Энда на конвертах, которые вы нашли. Знаете ли вы что-либо о её дяде?

– Ничего, кроме того, что он, по-моему, садовод.

– А его адрес?

– Нет.

– Благодарю вас. Я думаю, миссис Джелдард, – сказал Хьюитт, беря шляпу, – что я займусь поиском вашего мужа немедленно. А вам лучше всего вернуться домой и ждать от меня вестей. Ваш адрес у меня есть. Если вы узнаете что-нибудь новое, сразу телеграфируйте в мою контору.

Дверь в контору мистера Джелдарда была заперта, ключи возвращены консьержу, и мы посадили миссис Джелдард в кэб.

– Идём, – сказал Хьюитт, – мы кой-куда зайдём и посмотрим справочник, и затем отправимся в Драконий двор. У меня есть знакомый на Мургэйт, который разрешит мне воспользоваться его справочником.

Мы двинулись вдоль Финсбури. Внезапно Хьюитт схватил меня за руку и показал глазами на женщину, которая только что разминулась с нами, торопясь в противоположном направлении. Я не заметил её лица, но Хьюитт успел это сделать.

– Если это не Эмма Треннат, – сказал он, – то она невероятно похожа на моё о ней представление. Посмотрим, пойдёт ли она в контору Джелдарда.

Мы поспешили за женщиной, и действительно, она вошла в большую дверь здания, которое мы только что покинули. Так как она нас не знала, мы смело следовали за ней вверх по ступеням и увидели, как она постучала в дверь конторы Джелдарда. Мы прошли мимо неё, пока она стояла у двери – хорошенькая молодая женщина – и действительно увидели на её щеке, в месте, о котором говорила миссис Джелдард, большую бородавку. Мы поднялись на следующую лестничную площадку, с которой было хорошо видно дверь Джелдарда. Молодая женщина ещё раз постучала и продолжала ждать.

– Это не похоже на совместное бегство вчерашним утром, – прошептал Хьюитт. – Разве что Джелдард оставил их обеих с носом.

Молодая женщина постучала ещё, прошла в нерешительности по коридору, и, наконец, постучав последний раз, начала медленно спускаться по лестнице.

– Бретт, – внезапно воскликнул Хьюитт, – можете сделать мне одолжение? Эта женщина знает тайну передвижений Джелдарда, как это видно из её письма. Однако не имеет представления, где он сейчас, раз она ищет его здесь. Возможно, его последнее отсутствие не имеет ничего общего с предыдущими. В любом случае, пожалуйста, проследите за ней. Это необходимо, а у меня есть важное дело в другом месте. Сможете?