Попаданка на самокате (СИ) - Вертинская Стася - Страница 20

– Именно поэтому я буду рядом, – кивнул Глеб с тем самым взглядом, от которого хочется запустить в него блокнотом, – Целый вечер. Ни один скучающий богач не сунется. Обещаю. Если кто-то проявит лишнюю инициативу – я сломаю ему нос.

Я почему-то ему поверила. Вздохнула, будто подписывала себе приговор. И кивнула.

– Ладно, Глеб. Только ради тебя. И только если ты купишь мне завтра кофе, пирог и новое самоуважение. Старое, чувствую, я потеряю вечером.

– Договорились, ревизор, – усмехнулся Глеб и чуть склонил голову. – А теперь пойдём – подберем тебе наряд и отрепетируем. Для погружения в роль, разумеется.

– Ещё одно слово – я достану искровик, – предупредила я.

– Ладно, – Глеб пожал плечами. – Но потом не забудь сдать моё тело Вершинину, как вещдок.

Утром вместо того, чтобы пойти в полицейский участок, мы отправились в “Четыре луны”. Заведение ожидаемо было закрыто и готовилось к новому вечеру. Но Глеб знал, где тут черный ход. Он постучал.

– Ты что, бываешь здесь? – спросила я.

– Иногда. По работе, – отозвался он. – Бывает, что тут можно узнать много интересного про тех, кто решает судьбы города. Неофициально, конечно. Иначе клуб давно бы ушел с молотка.

Через некоторое время нам открыла женщина с идеальной прической и усталым взглядом человека, который может не спать трое суток, но всё равно дать тебе по шее каблуком, чтобы продержаться ещё день.

– Ларин. Думала, ты умер. Или наконец нашёл работу без грязи, – сказала она строгим голосом.

– Прости, Мари. Я всё ещё в Копперграде.

– Ну, значит, снова по уши. Снова нужно "войти в положение"? – она перевела взгляд на меня. – И зачем тебе девочка? Хочешь откупиться ей? Новеньких пока не набираем.

– Моя напарница. Завтра вечером будем сидеть в зале, наблюдать. Нужно, чтобы она выглядела… как будто у неё там смена.

Мари выдохнула.

– Ты обещал, что не будешь приплетать меня к своим играм. Я даю тебе информацию, если есть. Если нет, ты проваливаешь к чертям.

– Я обещал не втягивать тебя в дерьмо. Мы просто осмотримся. Никто не пострадает. А если пострадает – только моя честь.

Она покачала головой, как будто уже жалела, что открыла дверь. Но кивнула.

– Пошли, девочка, – бросила она через плечо. – Посмотрим, в чём ты не будешь выглядеть как переодетая чиновница.

Она привела в комнату, где несколько девушек подшивали новые платья. Мари сама выудила для меня одно из них. Темная ткань, простые застежки – что, конечно, меня обрадовало. Юбка чуть выше колен и вырез поглубже, чем у женщин на улицах. По меркам моего мира – вполне прилично. Здесь – очень открыто, но без пошлости. Или я чего-то не понимаю.

– Чулки и прочее подберете сами, – Мари сунула мне платье и, кажется, решила нас спровадить в надежде, что до вечера мы передумаем. – Представление начнется в десять. Клиенты прибывают с семи. Если вам хочется поймать птичку пожирнее, то лучше быть здесь около девяти.

– Ладно, – бросил Глеб и повернулся к выходу. – Вернемся, когда не будем мешать.

– Если испортите мне репутацию, – сурово сказала Мари. – В следующий раз я украшу зал твоими внутренностями.

– Вставай в очередь, – Глеб махнул ей рукой. – Ты не первая, кто это обещает.

С этим мы вышли на улицу. Потом зашли в первый попавшийся магазин женской одежды. Уголок для того, что никто не должен видеть, находился за манекенами. Глеб снова сам выбрал для меня чулки с кружевом. Остальное, как он сказал, нам не понадобится.

– То, что у тебя под юбкой, увидит только зеркало в гримёрке, – заявил он, оплачивая покупку.

Потом мы вернулись домой.

Глеб нарисовал для меня подробный план клуба. Кажется, он бывал там чаще, чем готов был признаться.

– Вот главный вход, – показывал он. – В центре зал со сценой и барная стойка. Но чаще напитки разносят сами девушки. Гости будут ходить по залу или сидеть за столиками. Нам лучше занять диван у стены примерно тут, – он отметил место галочкой. – Тут отдельные комнаты. Доступ только с внутреннего согласия хозяйки и за приличную сумму. Здесь лестница на второй этаж, за ней неприметная дверь. Если что-то пойдёт не так, беги туда. Там черный ход. Выходишь – и через два поворота оказываешься улице, с которой мы зашли в клуб.

– У тебя есть план побега?

– У меня всегда есть план побега, ревизор.

Он поднял взгляд и стал серьёзен:

– Если начнётся что-то серьёзное – ты уходишь первая. Без вопросов. Я разберусь сам.

– Ты сказал, что мы просто посмотрим, – напомнила я. – И… я разве я могу тебя оставить?

Глеб удивленно посмотрел на меня и усмехнулся.

– Это план, если что-то пойдет не так. В любом случае один из нас должен выжить и потом дать показания.

Он снова взял блокнот и пролистал несколько страниц.

– Твоя задача – не просто прикрыть моё присутствие. Ты должна смотреть и запоминать. Поймать взгляд, жест – что угодно. Вспомни, как ты нашла любовника Натальи на похоронах. Время повторить этот подвиг.

Вздохнула. Наверное, только рядом с Глебом я могла пройти путь от лжеревизора Гильдии до “работницы” в борделе.

А потом пришел вечер. И я пошла переодеваться, чтобы исполнить свою “роль мечты”.

Мы вошли в «Четыре луны» через тот самый черный ход, которым воспользовались утром. Внутри чуть приглушённый свет, спешащие девушки, запах духов и дорогого вина.

Мари встретила нас у лестницы. Скрестив руки на груди, она окинула меня таким взглядом, будто искала повод выкинуть вон.

– Повернись, – скомандовала она, осматривая меня и мой наряд.

– Ты чего, боялась, что я приведу бродяжку с улицы? – с усмешкой протянул Глеб.

– Я уверена, что ты способен и не на такое, – холодно отрезала Мари. И повернулась ко мне. – Но... ладно. Сойдёт. Улыбайся и ни с кем не говори. Ни одного слова, ясно?

Я кивнула. Мари хмыкнула в ответ – мол, вы меня слышали, я вас не видела – и исчезла.

Глеб взял меня за руку, и мы вышли в зал.

Здесь играла тихая музыка, ото всюду раздавался женский смех. Свет с хрустальных люстр отражался на стенах и диванах, на столиках и женщинах в платьях разной степени открытости.

Мужчин пока было немного. Одни сидели за столиками. Кто-то ещё выбирал себе спутниц на вечер. Некоторые уже определились и обнимали хихикающих девиц. Один поднялся по лестнице на второй этаж сразу с двумя.

Вдруг к нам подлетел тип – мужчина лет пятидесяти, в расстёгнутом жилете, с жирным перстнем на мизинце и выражением лица “любая девушка здесь моя, только назовите сумму”.

– Сколько ты отдал за неё? – спросил он у Глеба. – Новенькая? Я готов заплатить в два раза больше.

Невольно прижалась к Глебу, хотела что-нибудь ответить, но Глеб успел раньше:

– Уже оплачено, – сказал он небрежно. – Простите. Первым пришёл, первым обслужен.

Он достал из кармана банкноту и демонстративно сунул её мне в декольте. Я сжала губы, чтобы не высказать Глебу всё, что я о нём думаю.

Но мужчина фыркнул и отступил. Видимо понял, что мой “клиент” сегодня решил сорить деньгами. А может, у клуба были свои правила, и завсегдатаи их не нарушали.

А я почувствовала себя не то что объектом, а товаром с полки. Глеб, всё ещё держа меня за руку, повёл к дивану у стены.

– Прости, – тихо сказал он. – Не рассчитал. Ты тут как факел на складе с порохом. Следовало выдать тебе мешок на голову. Или спрятать в подвале. Или…

Он посмотрел на меня и усмехнулся.

– Хотя, знаешь… я даже горжусь собой. Отличный выбор. И я успел раньше других.

Я не поняла, была ли это шутка или он говорил серьезно. Но я смогла немного расслабиться. Пока рядом Глеб, другие не подойдут. Хоть я и была одета по меркам моего мира довольно скромно и вначале чувствовала себя уверенно, сейчас поверхностью кожи ощущала чужие жадные взгляды, скользящие по открытым частям тела, и хотела одеться.

Глеб первым сел на диван в углу. Здесь мы были почти незаметны, но открывался хороший вид на зал. Хотела устроиться рядом, но он притянул меня к себе и усадил на колени. Одной рукой он обнял меня за талию, вторую положил на колено.