На курорт с заклятым врагом - Тимова Лена - Страница 2

Воронов нахмурился, явно оценивая ситуацию и просчитывая в голове разные варианты событий. В уме и профессионализме ему не откажешь. Не зря он время от времени привлекал в агентство выгодных клиентов.

– Это вряд ли, – отозвался он с отвратительной усмешкой, делавшей его лицо еще привлекательнее. – Шеф четко дал понять, что я ему срочно нужен.

– Единственное место, где вы срочно нужны, это комната отдыха, – бросила я, начиная закипать. Воронов вечно, как стервятник, налетал и сжирал самый лакомый кусочек. Но сегодня я не упущу свой шанс. Пусть даже не рассчитывает пробиться к начальству первым. – Людочка заждалась вас с чашкой горячего кофе.

Упоминание смазливой стажерки, которую все считали новой пассией первого красавца агентства, попало в цель. Воронов побледнел, стиснул зубы и вцепился в папку с документами так, что та жалобно скрипнула. На острых скулах проступили красные пятна, но он не был бы собой, если бы так легко потерял самообладание. Воронов славился хладнокровием, и не раз благодаря его грамотным и своевременным предложениям мы с блеском закрывали сложные проекты.

– Вам бы тоже не помешал кофе, а то недостаток сахара явно усугубляет ваш ПМС.

Волна жара прокатилась по телу и сосредоточилась на щеках. Я знала, что сейчас покраснела, как наивная школьница перед нахальным студентом. Была у меня отвратительная особенность – краснеть в моменты волнения. Я всеми силами старалась с ней бороться и по утрам особенно тщательно наносила тональник. Но иногда даже такие ухищрения не помогали. Вот как сейчас, когда этот тип намекнул на мой прошлогодний позор. Я тогда заработала нервный срыв из-за несговорчивого клиента, а все списали это на ПМС и распространили по офису шуточки, сделав из моей истерики красноречивый мем. Не удивлюсь, если именно Воронов его и запустил.

Я набрала в грудь побольше воздуха и приготовилась высказать мерзавцу все, что о нем думаю, но тут зазвонил телефон. Цербер переговорила с шефом и объявила:

– Проходите, вас ждут.

Я вскочила и ринулась к двери. Воронов мгновенно меня настиг и попытался уцепиться за ручку, но я закрыла ее папкой.

– Что за детский сад?! – прошипел он.

– Не вам здесь возмущаться. Вы-то от груди еще не отучились, какой уж вам детский сад.

За нашими спинами кашлянула Цербер, и мы замерли, явно одновременно вспомнив, где находимся.

– Проходите оба, – с царственным видом королевы приемной обронила Лера. – Глеб Борисович хотел с вами кое-что обсудить.

Она так скривила намалеванные бордовой помадой пухлые губы, что стала похожа на жертву передоза гиалуронки. Рядом со мной на грани слышимости выругался Воронов. Музыка для моих ушей, не иначе. Я открыла дверь и уверенно вошла в кабинет шефа. Самое время утереть этому хлыщу нос.

Шеф восседал за широким столом, заваленным папками, и листал документы. Кустистые брови сошлись у переносицы, на лысине выступили капельки пота. Воротник белоснежной рубашки впивался в мясистую шею и подпирал второй подбородок. В узких кругах основателя агентства называли Боровом – естественно, за глаза. Представляю, что бы шеф сделал с тем, кто осмелился открыто ляпнуть ему такое. Глеб Борисович держал в страхе не только сотрудников, но и многих клиентов. В его кабинете даже кондиционер работал тише, чем в других помещениях.

Один его острый взгляд в нашу сторону, и я почувствовала, как желудок свело спазмом.

– А, явились! Быстрее садитесь, есть разговор, – бросил он и захлопнул папку.

Мы, не сговариваясь, заняли кресла по разные стороны стеклянного стола для переговоров. Шеф щелкнул кнопкой пульта, и на огромном экране во всю стену появилось изображение райского места. Море, солнце, песок, шезлонги, напитки в бокалах с разноцветными соломинками. Я чуть не разрыдалась от досады. Из-за проклятого кредита я не ездила в полноценный отпуск уже пять лет. Воронов тоже остался под впечатлением. Синие глаза подернулись мечтательной дымкой.

– Это новый пятизвездник в Турции, – комментировал Глеб Борисович. – Хозяин – молодой и перспективный мужик. Хочет раскрутиться на российском рынке и привлечь больше туристов. Сейчас он решает, какое агентство займется продвижением отеля. Мы должны вырвать этого турка у конкурентов. Мне нужен сногсшибательный проект, неизбитая идея, то, что заставит клиента визжать от восторга. Усекли?

Я не успела еще осознать масштаб работы, как Воронов уже заговорил:

– Можно построить рекламную кампанию на позиционировании отдыха для золотой молодежи. Богатые парни и девушки летают на выходные и праздники в дорогой отель и весело проводят время.

Вечно он так: всегда первый, всегда лучший. Ненавижу! Но я тоже кое-что могу.

– Или сосредоточиться на привлечении обеспеченных семейных пар. Такие туристы, как правило, путешествуют сразу большой группой, проблем с наполняемостью номеров не будет. Если отдых произведет впечатление, то о нем обязательно расскажут друзьям и коллегам с детьми. Это серьезные и стабильные клиенты, не то что вечно пьяные тусовщики, которые на утро мать родную не вспомнят, не говоря о названии отеля.

Я бросила победоносный взгляд на Воронова. Он сжал губы и отвернулся. Так тебе, знай наших!

– Тут вот какой нюанс, – начал шеф, не спеша одобрить ни одну из предложенных идей. – Никто в этом отеле еще не был. Информация поступила от моего человека в Турции. Нужно действовать быстро. Я хочу, чтобы к тому моменту, как турок появится в Москве, мне было что ему предложить.

– То есть клиент еще даже не начал искать агентство? – удивилась я.

Обычно мы работали с теми, кто целенаправленно обращался за проектом. А самим гоняться за кем-то – такого еще не случалось.

– Вы гений, Глеб Борисович! – воскликнул Воронов. – Мы уделаем конкурентов на раз-два. Я сегодня же начну собирать материалы.

От досады на шустрого Воронова у меня зубы свело, а шеф воспринял его неприкрытую лесть вполне благосклонно.

– А то! – крякнул он, удобнее устраиваясь в кресле и потирая выпирающий живот. – Эти сосунки еще увидят, на что я способен. Тоже мне умники, хватку им Боров потерял.

Мы с Вороновым переглянулись. Раньше начальник никогда не упоминал свое негласное прозвище при сотрудниках. Что происходит?

Глеб Борисович владел не только агентством, где я работала, но и управлял целой сетью по стране. Крупнейшие филиалы находились в Питере и Новосибирске. Везде за рекламные проекты отвечали топ-менеджеры, а шеф контролировал процесс, часто дистанционно. Его основной базой был наш головной столичный офис. Почему же кто-то решил, что Глеб Борисович потерял хватку?

– В общем так, ребятки, – хлопнул по столу крупной ладонью шеф, – собирайтесь. Завтра вы летите в Турцию. Мой человек встретит вас в аэропорту и введет в курс дела. Покрутитесь там недельку, все разведаете, опробуете на себе, так сказать, а потом уже представите мне свои проекты.

– Как завтра?! – в один голос вскрикнули мы с Вороновым и в недоумении снова переглянулись.

– Я не могу завтра… – забормотала я. – У меня сдача заказа. Вы его еще даже окончательно не утвердили.

Неудивительно, что весь офис на меня таращился с плохо скрываемой завистью. В Москве духотища, а я лечу на море, да еще на пару с кумиром всех сотрудниц. Видимо, Цербер оформляла командировку через отдел кадров, и девчонки всем разболтали новость.

– Турция – это не Подмосковье, – хмыкнул Воронов. – Здесь хотя бы неделю для сборов нужно. Почему такая спешка?

Шеф помрачнел, насупился и зыркнул на нас исподлобья тем самым взглядом, каким усмирял особо зарвавшихся клиентов.

– Дело ваше, – обронил он. – Можете и отказаться. Но задание срочное, командировка оплачивается агентством. К тому же, кто представит лучший проект для турка, тот и займет пост топ-менеджера.

– Я согласна! – крикнула я раньше, чем успела все хорошенько обдумать.

Если займу эту должность, то с кредитом будет покончено!