Мастер Соли и Костей (ЛП) - Лейк Кери - Страница 42

— Что говорят о Блэкторнах? — Трейси стоит в дверях с пакетом попкорна, прижатым к груди. Она закидывает пару зёрен в рот и заходит в комнату. В сорок пять она выглядит неплохо: песочно-каштановые волосы, собранные в небрежный пучок на макушке, бледно-голубые глаза и вполне приличная фигура, несмотря на нескольких детей. Морщины и плохая кожа от многолетнего загара делают её старше, правда.

— Иса устроилась к ним на работу.

— Да ну нахрен? — её лицо загорается любопытством, и она садится на кровать рядом с нами, протягивая попкорн. — Ты живёшь в замке?

Я киваю в ответ на её вопрос и отказываюсь от попкорна. Пока желудок всё ещё крутит, я даже думать не могу о еде. Надеюсь, у тёти Мидж найдётся что-нибудь, что сможет вывести пятна.

— Жить в замке! Как принцесса. — Трейси прикусывает губу, её глаза вдруг загораются. — И какой он сейчас? Люциан.

— Сейчас? В отличие от чего? — Келси тянется в протянутый пакет, хватая горсть попкорна.

— В отличие от десяти лет назад, когда я с ним переспала.

Что?

Полагаю, тогда она выглядела не такой постаревшей, но всё равно она примерно на тринадцать лет старше его.

— Ты издеваешься. — Миссис Донован наклоняет голову, привлекая внимание подруги. — Скажи, что ты шутишь. Ты никогда не говорила, что переспала с Дьяволом Бонсалта.

— Дьявол — это точно. — Трейси фыркает, засовывая в рот ещё попкорн. — Эй, тут вообще-то подростки.

— Взрослые, мама. — Келси стонет, закатывая глаза. — Рассказывай, что было, тётя Трейс. — она снова садится рядом со мной, скрестив ноги, словно мы собираемся услышать захватывающую историю. — И не пропускай детали.

— Келс. — я качаю головой — новость о её интрижке только усиливает бурление в моём животе.

— Ну, мы на вечеринке у Тома Гаррисона, понятно?

— Том Гаррисон? Том Гаррисон? — Миссис Донован упирает руки в бёдра и смотрит на Трейси так, будто это имя мы все должны знать и ненавидеть, как она сама, судя по выражению отвращения на её лице. — Если бы я знала, что ты крутишься в той компании, я бы давно прекратила с тобой дружить. Этот тип был самым большим бабником из всех, кого я знала.

— Правда. Но тут появляются Люциан и какие-то его друзья из колледжа. Мы все пьём, кайфуем у костра на пляже. Люциан выглядит чертовски охрененно. — Она облизывает губы и улыбается, и у меня в груди что-то тяжело оседает. — В общем, парни подают гениальную идею устроить гонки на байках. И, конечно, Люциан выигрывает, несмотря на то, что пьян в стельку.

Воспоминания о позавчерашней ночи всплывают перед глазами: он стоит на краю крыши, пьян в стельку, и ему плевать на собственную жизнь. Похоже на правду.

— Ну и, как заядлый байкер, которым я являюсь…

— Да ладно тебе, — перебивает миссис Донован, засовывая руку в пакет с попкорном. — Ты наверняка засыпала его вопросами про байк, а самой тебе было насрать на езду.

Улыбка Трейси становится шире.

— Абсолютно верно, но я не могла упустить шанс. Этот парень выглядел как грёбаная рок-звезда. А как женщины с ним флиртовали? Я просто не могла вынести мысли, что не подойду к нему. Мы поболтали пару минут. Потом он решил прокатить меня на своём байке, и прежде чем я успела понять, мы летим по шоссе где-то сто тридцать.

— Трейси! Ты спятила? — Миссис Донован шлёпает её, качая головой. — Вы, девочки, даже не думайте делать такую глупость.

— Это было… охрененно. — Трейси хихикает и наклоняется вперёд, уворачиваясь от очередного шлепка подруги. — Он, оказывается, полный адреналиновый наркоман. Тащится от такого дерьма. Он съезжает на обочину, и он весь на мне. Я имею в виду — абсолютный зверь. Тянет за волосы. Срывает с меня одежду. Целует так, будто это что-то значит. — улыбка на её лице меркнет, превращаясь в хмурость. — Я лежу там, почти голая, задыхаюсь от желания этого парня. Типа: да возьми же меня уже, да? И… ничего не происходит. Он твёрдый как камень, но не даёт мне его довести. Потом он отвозит меня обратно на вечеринку, мы расходимся, и… — она пожимает плечами, поджав губы. — Я больше никогда о нём не слышу.

— И что это вообще было? — губа Келси кривится, но какая-то часть меня испытывает облегчение. Я не знаю почему, но рада, что между ними ничего не случилось.

— Без понятия. Самое обидное? Я знаю, что он был бы хорош. Это видно — этот коварный взгляд, будто он вот-вот разрушит тебе жизнь, понимаешь?

— Так. Время историй официально окончено. — Миссис Донован выхватывает пакет из рук Трейси и поднимает подругу с кровати. — Пошли. Эти девочки не хотят, чтобы тут всю ночь ошивались старые тётки.

Взгляд Трейси останавливается на мне.

— Будь осторожна с ним, Иззи. У меня чувство, что он не так уж сильно изменился. Что-то сладкое и невинное, как ты? Ну, плохие всегда тянутся к такому. Как мотылёк к огню. — со вздохом она встаёт и похлопывает меня по ноге. — Хотя все знают, что ты умеешь за себя постоять.

Г

ЛАВА

26

Люциан

Я взбалтываю спиртное в своем стакане, глядя на пустую кровать на мониторе камеры, где Иса спала всю неделю.

Поцелуй на крыше был поступком пьяного дурака, но его затяжные последствия — это нечто такое, что я, как ни старался, не могу игнорировать. Даже в своем одурманеном состоянии я чувствовал искушение на ее губах, черную магию за ее поцелуем. Как и звук ее голоса, он взывает к какой-то темной и примитивной стороне меня, которая жаждет поставить ее на полку, чтобы никто другой не мог к ней прикоснуться.

Что в этой девчонке такого? То, как я наблюдал за ее уходом сегодня днем, оставило у меня странное ощущение, которого я не чувствовал долгое время. Ненавижу то, что задаюсь вопросом, чем она занимается прямо сейчас. С кем она. Опыт подсказывает мне, что эти чувства начнут гноиться и перерастут в мою самую нелюбимую вещь из всех: одержимость.

Стук в дверь прерывает мои мысли, и я поднимаю взгляд, обнаруживая Рэнда, стоящего в дверном проеме.

— Минуту вашего времени, сэр?

— Конечно, — я наклоняюсь вперед и нажимаю на пульт, выключая камеру, на которую пялился последние полчаса.

— Похоже, отгрузка была оплошностью. Новый сотрудник. Я взял на себя смелость уволить его.

— Хорошо. И как ведет себя наш друг? — оставлять Франко Скарпинато в состоянии шока и гнева, вероятно, было не лучшей идеей.

— Похоже, вы были правы насчет того, чтобы держать груз в море. Все было тихо, и они предложили обсудить переговоры, когда вам будет удобно.

— Заставим их подождать еще немного. Не хотелось бы казаться слишком поспешными.

— Конечно, сэр. Очень мудрый ход с вашей стороны. — скрестив руки перед собой, Рэнд кивает. — Я просто хотел предоставить краткую информацию. Позволю вам вернуться к работе.

— Прежде чем ты уйдешь, я бы хотел, чтобы ты кое-что разузнал для меня.

— Разумеется. Что я могу сделать?

— Я хочу, чтобы ты нашел все, что сможешь, на Исадору.

Прочистив горло, он расправляет плечи, как будто эта просьба — неудобство, в котором он не хочет признаваться. Понятно, так как я никогда раньше не расспрашивал ни о ком из работников. Никогда не было не плевать. Но ведь никто из них и не вытаскивал меня с края трехэтажного здания.

— У меня есть ее папка с интервью, Мастер. Я принесу ее немедленно.

— Нет. Копай глубже. Используй любые ресурсы, которые тебе понадобятся. Я хочу на нее всё. Всё.

— Да, конечно. Я свяжусь с нашими контактами и посмотрю, что смогу найти.

— Пусть это останется между нами. Всё, что ты на нее найдешь.

— Даю вам слово. — он кивает и убирает руки за спину. — Есть что-нибудь еще? Хотите, чтобы я привел к вам Джулию?

Джулия. Было время, когда она была источником облегчения. Средством для снятия напряжения, но в последнее время я не могу заставить себя принять от нее даже минет.

— Нет. Не хочу.

— Если позволите говорить свободно, Мастер.