Доктор Эмма. Новая жизнь попаданки (СИ) - Крамская Елена "https://litnet.com/ru/elena-kramskaya-u7364739" - Страница 1

Холод.

Это было первое, что я ощутила, лежа на полу.

Затем ощутила каменный пол под спиной, сырой воздух, и запах ладана вперемешку с воском.

Я открыла глаза и увидела сводчатый потолок старинной церкви, украшенный выцветшими фресками. Свет пробивался сквозь узкие окна с цветными стёклами, рисуя на полу причудливые узоры. Я лежала на холодном камне, одетая в странное белое платье из нежной струящейся ткани.

- Где я? - мой голос прозвучал хрипло и незнакомо.

Я попыталась подняться, но тело не слушалось. В голове роились обрывки воспоминаний: свет, монитор, пациентка, слабость. А потом - пустота.

- Очнулась? — надо мной склонилась красиво одетая женщина, пахнущая сладкими духами, - Слава святым, ты жива.

Я уставилась на неё, не понимая, что происходит. Язык, на котором говорила женщина, звучал певуче, но был для меня чужим. Однако, смысл сказанного я уловила инстинктивно.

- Где я? – повторила я свой вопрос.

- В церкви Святого Марка, дитя. Ты потеряла сознание у алтаря, помнишь?

Память вернулась ко мне внезапно, как удар молнии, но это была не моя память.

Девушку звали Эммой, как и меня. Но это другая Эмма - не я. Та Эмма - молодая девушка из незнакомого мира, где наука соседствовала с суевериями и едва пробивалась сквозь толщу предрассудков.

Сегодняшний день должен был стать самым счастливым днём в её жизни. Свадьба, белое платье, цветы, гости, любящий жених.

Но жених не явился в церковь в назначенный час.

Для семьи невесты это был позор!

Вместо него пришел городской глашатай.

Он важно прошел на середину церковного зала, медленно поправил усы, достал из сумки свиток, не спеша его развернул и громко зачитал:

«Я, Артур де Вейн, объявляю, что разрываю помолвку с Эммой Глейн по причине её противоестественной природы. Я обвиняю ее в колдовстве. Она не человек. Она существо, владеющее тёмным искусством. Её любовь - обман, её прикосновения - яд. Я отрекаюсь от неё, дабы спасти свою душу и честь своего рода».

Голос глашатая, разносившийся эхом под сводами церкви, утих. Утихли и гости. В церкви наступила полная тишина. Примерно минута потребовалась гостям на осознание смысла услышанного, затем, тишина резко переросла в нарастающий гул.

Они смотрели на неё с ужасом и отвращением. Кто‑то крестился, кто‑то шептал заклинания защиты. А она стояла у алтаря, чувствуя, как ее привычный мир рушится.

Сердце бедной девочки не выдержало такую встряску.

- Ты помнишь, что случилось? - спросила женщина, помогая мне сесть.

Я кивнула.

- Он предал меня.

- Иногда люди совершают ошибки, - сказала женщина, - Но ты жива, деточка моя, а это главное.

Я закрыла лицо руками и почувствовала боль настоящей Эммы как свою. Это было странное чувство, одновременно быть собой и кем‑то ещё. Две души в одном теле. Два опыта, две жизни, переплетённые неведомым образом.

Я попыталась собраться с мыслями.

«Так где же я? Как здесь оказалась? Почему именно в этом теле?»

Я посмотрела на свою руку - бледная кожа, тонкие пальцы и помолвочное кольцо на безымянном пальце. Видимо, его нужно снять. Больше оно не пригодится.

«Но я не она. Я - врач, - напомнила я себе, - Раньше я спасала жизни. А теперь кто я?»

А теперь я была никто. Я была чужой в чужом мне мире. С памятью о двух жизнях и без малейшего представления, что делать дальше.

Я вспомнила, что эта женщина приходится матерью девушке. И что девушку обвинили в колдовстве. Какое еще колдовство? Что это за глупые средневековые предрассудки!

- Я не ведьма, - произнесла я вслух

- Тогда почему он так сказал? - голос матери дрожал от рвущихся наружу слез, - Почему опозорил тебя и нашу семью перед всей знатью?

Я весь день не выходила из своей комнаты. Я сидела у зеркала, всматриваясь в собственное лицо, словно пытаясь найти в нём признаки «противоестественности», о которой говорили на каждом углу. Но видела лишь себя: рыжие волосы, серые глаза, тонкие брови, чуть вздёрнутый нос. Ничего зловещего. Все очень даже красиво.

Но Артур решил иначе. Он испугался. Испугался моих знаний, моего стремления учиться и познавать, и моего желания помогать людям. Я стала угрозой его глазах, слишком умная и слишком независимая. Видимо поэтому он решился на столь низкий поступок.

Со слов матери, он еще и письма всем разослал. Первое письмо пришло именно к ней, ещё на рассвете. Второе к ближайшим подругам. Третье - к городским старшинам. Сначала, все приняли это за чью-то злую шутку, потом уже стало понятно, что жених не шутил.

На свадьбу он не явился, оставив меня стоять одиноко у алтаря, пока глашатай перед всеми гостями в церкви не зачитал текст послания.

К полудню сотни копий этих писем разлетелись по всему городу: в таверны, в лавки, в дома знати и бедняков.

Всего за одно утро люди, которые, еще вчера любили Эмму, воспылали к ней ненавистью. За людей говорил страх перед непонятным для них явлением. Я же понимала, что это просто человеческое невежество.

На улицах не шептались разве что ленивые. Их слова, будто клеймом, выжигали её имя в каждом доме, на каждом углу.

- Я видел, как она ночами ходит на кладбище.

- А я видел, как у неё глаза светятся в темноте.

- Это еще что, а помните, как моя кошка исчезла? Я сам видел, как она превратила ее в демона.

Складывалось впечатление, что дай людям волю, и они разожгут костер прямо у нее во дворе.

Вечером отец через дворецкого пригласил меня в свой кабинет.

Я интуитивно шла по коридору, до кабинета отца, надеясь на «свою память». Я шла тихо, почти на цыпочках, чтоб не слышно было моих шагов. Остановившись около кабинета с массивной дверью, вслушиваясь в голоса.

Родители общались между собой.

- Это конец, — произнёс глухо отец, - Наш род опозорен.

Мать всхлипнула ему в тон.

- Но она же наша дочь, мы должны защитить её.

- Как? – отец отчаянно ударил кулаком по столу, - Ты видела, что пишут местные газеты? Люди верят Артуру. Они уже готовят факелы.

Я робко постучала в дверь, не осмеливаясь войти без предупреждения.

Отец поднял глаза. В них не было осуждения или ненависти, только усталость и страх.

- Эмма, детка, ты должна уехать, пока шумиха вокруг тебя не утихнет.

- Куда я поеду? — мой голос дрогнул.

- К моей сестре Элизабет. В герцогство Рейвенвуд. Там тебя никто не знает. Там ты сможешь начать заново свою жизнь.

«Начать заново? - усмехнулась я про себя, - Да я и так живу в новом теле новой жизнью».

- Я больше ничего я тебе посоветовать не могу, детка, - отец отвернулся и больше не смотрел мне в глаза.

- Мы найдём способ всё исправить, обещаю, - мать обняла меня и прижала к груди.

Но я понимала, что в этой ситуации исправить почти ничего нельзя.

Сплетни как яд. Они проникают в кровь, отравляют мысли, превращают знакомых в врагов. И даже если завтра Артур придёт с покаянием, люди всё равно будут шептаться, что я ведьма.

На рассвете мать помогла мне собрать багаж, положив смену одежды, книгу травника, которую я изучила до дыр (единственное, что досталось ей от ее матери), и немного еды.

Экипаж ждал меня у ворот. Возница молчал, избегая встречаться со мной взглядом.

Мать протянула мне маленький ларец:

- Здесь деньги на первое время. И письма к тётушке. Она будет рада тебе.

Отец не вышел меня проводить.

Город оставался позади. Тот город, где родилась девушка Эмма, выросла, мечтала. Теперь он принадлежал не ей, а легенде о колдунье, обманувшей благородного жениха.

Я открыла книгу травника. Язык не знаком, но я понимала, о чем здесь написано. Я сопоставляла рецепты снадобий со знаниями фармацевтики, полученными еще в университете в той своей прошлой жизни. Рецепты хорошие, но кое-что нужно доработать. Этим и займусь по прибытии.