Развод с драконом запрещен (СИ) - Енисеева Ева - Страница 35

Голод.

Нет, не так.

ГОЛОД.

Такой, будто я не ела неделю.

Я пошевелилась.

И сразу поняла, что на моём животе кто-то лежит. Тяжёлый, тёплый и… мягкий!

Я осторожно приподняла голову.

На моём животе, свернувшись идеальным клубком, спал Лорик. Его хвост свешивался набок, а маленькая лапа вцепилась в платье, собственнически так вцепилась, будто он говорил: «Это моя хозяйка, и я никуда её не отпущу».

Как же я была рада, что он в порядке! Сгребла кота в охапку и затискала, а он в ответ только лениво приоткрыл один глаз, посмотрел на меня с глубоким осуждением и тихо пискнул — мол, нарушаешь покой, хозяйка.

И вот тут я и заметила…

Машинально положила руку на живот. И замерла.

Потому что он был… огромный!

— Ничего себе… — выдохнула я, поглаживая его.

Малыш внутри словно услышал мои мысли и тихо шевельнулся — тёплый, уверенный толчок прямо в ладонь.

Я выдохнула.

Сколько же я спала⁈

Огляделась.

Вокруг были тканевые стены. Шатёр? Палатка? Сквозь плотную парусину просачивался мягкий дневной свет. Где-то совсем рядом слышался плеск воды.

И ещё…

Я нахмурилась.

Было ощущение, будто всё вокруг чуть-чуть покачивается.

Совсем немного. Ритмично. Будто меня медленно убаюкивают на огромных качелях.

Я повернула голову.

И увидела его.

Ардан лежал рядом.

АРДАН лежал рядом!

Без доспехов, без мундира, в одной рубашке… Волосы немного растрёпаны, лицо спокойное. Настолько непривычно спокойное, что на секунду я просто… засмотрелась, не зная, что сказать.

Он всегда был собран, напряжён, готов к бою. А сейчас — просто человек, позволивший себе расслабиться.

И выглядел он… отдохнувшим.

Его рука лежала рядом со мной на одеяле.

А его взгляд…

— Доброе утро, — хрипло со сна сказал он.

Он сел.

И тут же положил руку мне на плечо.

— Лорд Фортросс!

Но мой восклик его не остановил. Он быстро осмотрел меня: лицо, шею, руки. Потом его ладонь потянулась к моему животу.

— Нет!

— Не двигайся, — приказал он жёстко.

И всё же положил руку на мой живот.

Только после этого он тихо выдохнул.

И вдруг наклонился и поцеловал меня в макушку.

Так спокойно. Так естественно. Будто делал это каждый день всю жизнь.

Я моргнула.

— Что вы себе позволяете? — возмутилась я.

А он погладил! Погладил мой округлившийся животик.

— Леди Фортросс, вам не идёт эта манерность.

Он отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

— Я имею право, — усмехнулся Ардан. — Я твой муж.

— Мы разведены! — тут же воспротивилась я.

— Бумажно, да, — спокойно ответил он. — Магически — нет.

Я чувствовала, как щёки заливает краска.

— Это ничего не меняет.

— Меняет, — он снова коснулся моего живота, осторожно, почти невесомо. — Ты носишь моего сына. Ты моя истинная. Ты звала меня, когда умирала. Этого достаточно.

Я хотела возразить, но он был прав…

Я звала. Именно его. И когда он появился там, на поляне, я поняла — всё остальное не важно.

— Сколько я спала? — спросила я, чтобы сменить тему.

— Семь дней, — ответил он просто, продолжая поглаживать живот.

Я моргнула.

— Но…

— Семь дней, Маша. Восьмые сутки пошли.

Маша.

Он назвал моё настоящее имя.

Я медленно огляделась.

На краю постели стояла миска с водой. Рядом аккуратно составлены несколько пустых флаконов. Чистое полотенце.

— Вы… всё это время были здесь? — спросила я тихо.

— Ты так и будешь со мной на вы?

Он при этом так успокаивающе поглаживал мой живот…

— Именно. Так вы были здесь всё время?

Ардан в ответ пожал плечами. Будто это вообще не имело значения. Будто сидеть у постели спящей женщины семь дней — обычное дело для лорда Фортросса.

Лорик приоткрыл глаз, покосился на Ардана… и тихо фыркнул.

Так выразительно, что сомнений не осталось: его наша перепалка не интересовала.

— И что… что теперь?

— Не двигаться.

Голос его был спокойным и довольным.

— Тогда у нас проблема, — резко ответила я.

— Какая?

— Я умираю от голода.

Ардан тихо усмехнулся.

— Значит, всё хорошо.

— Если я не поем прямо сейчас, — сказала я серьёзно, — я начну кусаться.

Он посмотрел на меня.

И уголок его губ чуть поднялся.

Его рука была на моём животе и он осторожно его поглаживал.

— Сын в порядке.

Я моргнула.

— Сын?

Он спокойно кивнул.

— Откуда ты знаешь?

Он посмотрел на меня так, будто это самый странный вопрос в мире.

— Драконы многое знают.

Я тоже положила руку на живот, стараясь не касаться ладони Ардана.

Под пальцами пробежал лёгкий холодок — знакомый, уже почти родной. Малыш отозвался на моё прикосновение.

— Похоже, малыш окончательно решил, что он дракон.

— Он и есть дракон, — поправил Ардан. — Ледяной. Как его мать.

Я подняла на него глаза.

— Я не дракон.

— Но и не совсем человек.

— А чего ещё я о себе не знаю?

Ардан усмехнулся.

— Разберёмся.

Ардан смотрел на меня слишком внимательно.

Слишком глубоко.

И вдруг наклонился ближе.

Слишком близко.

Я поняла, что он собирается сделать, за секунду до этого.

— Неа! — я резко выскользнула из постели, надеясь на эффект неожиданности.

Но реальность оказалась коварнее. Стоило моим ступням коснуться пола, как мир предательски качнулся. Ноги, не державшие вес целую неделю, превратились в ватные, а огромный живот тут же перевесил, увлекая меня вниз.

— Ой… — только и успела пискнуть я, заваливаясь вбок.

Но упасть мне не дали. Сильные руки подхватили меня за талию, прижимая спиной к твердой, как гранит, груди. Горячее дыхание Ардана коснулось виска.

— Куда ты собралась, ледяная моя? — в его голосе слышалась неприкрытая усмешка, но руки держали бережно, надежно. — Семь дней сна не проходят бесследно.

— Я просто… голова закружилась, — пробормотала я, чувствуя, как по телу разливается его жар. — И живот. Почему он такой… тяжелый? Ардан, что произошло за эту неделю? Я же была едва беременна, а сейчас выгляжу так, будто мне рожать со дня на день!

Он не выпустил меня, наоборот, развернул к себе, заставляя смотреть в глаза.

— Маша, драконы развиваются иначе, чем люди, — тихо произнес он. — В нашем мире плод питается не только телом матери, но и её магией. А в твоем случае… магии оказалось слишком много. Чем сильнее дар у ребенка, тем быстрее он стремится обрести форму. Наш сын растет с пугающей скоростью.

Я сглотнула, глядя на свои округлившиеся формы. — И что это значит? — Это значит, что нас с тобой ожидают серьезные проблемы, когда он родится и начнет осваивать магию, — Ардан помрачнел. — Если он продолжит в том же темпе, замок Фортросс рискует превратиться в ледяную глыбу еще до того, как малыш научится ходить. Нам придется учить его контролю раньше, чем он заговорит.

Перспектива воспитывать маленькое «стихийное бедствие» пугала и восхищала одновременно.

Но я вспомнила, кто передо мной и отстранилась.

— Мне надо выйти отсюда, — объяснила я и отдёрнула полог, чтобы выскочить наружу, но…

Я чуть не свалилась в воду!..

Мы действительно была на озере.

Вода до самого горизонта. Прозрачная синева, в которой отражалось небо, и лёгкая рябь от ветра. И замок на возвышенности.

Плот под ногами чуть качнулся.

Я уставилась вперёд, пытаясь осознать увиденное.

— Что…

Ардан спокойно вышел из шатра. Остановился рядом, засунув руки в карманы — невозмутимый, будто палуба плавучей палатки это норма вещей.

— Доброе утро, — повторил он совершенно буднично.

Глава 49 Магический контур

— Почему мы на озере⁈ — я гневно развернулась к Ардану.

— Озеро — это древний источник магии, — пояснил он, улыбаясь. — Драконья семья — это не просто союз, это замкнутый контур. Магия идет от Источника к отцу, как к самому сильному проводнику. От меня она переходит к тебе, потому что ты — моя истинная пара. А через тебя — к ребенку. Здесь, на воде, этот поток чист и непрерывен.