Папа, где ты был? (СИ) - Бузакина Юлия - Страница 31

Тем временем полицейские вместе с собаками покидают зону бассейна.

— Все чисто, — сообщают нам.

Сотрудники аквапарка ведут нас вниз, в раздевалку, чтобы мы могли переодеться.

— Нам очень жаль, что все так ужасно вышло, — извиняются они.

Но детям совсем не грустно. Они возбужденно обсуждают инцидент со спецназом.

Через пятнадцать минут все одеты. Я, как единственный представитель родительского комитета нашего класса, вывожу детей обратно в холл. Сотрудница аквапарка вручает мне огромную коробку с бургерами.

— Вот, это все ваше. Может, дети захотят перекусить? — произносит с сочувствием.

А со стороны входа к нам уже бегут мама Медведева Милана и Ваня с Катей.

— Прости, Вань. Твой день рождения испорчен, — я прячу взгляд.

— Так, стоп. Я не поняла, что значит, испорчен?? — упирает руки в бока Милана. — Бургеры есть, торт у меня в машине. Даже свечи имеются! Думаю, никто из персонала не будет против, если мы устроимся здесь?

— Идите к нам! — машет нам рукой администратор кафетерия у входа. — У нас сегодня много пустых столов, здесь и поздравите именинника!

Мы с Миланой переглядываемся.

— Значит, день рождения не испорчен? — в глазах у Вани вспыхивает надежда.

— Конечно, нет! Глупости какие!

Мы ведем детей в кафе и рассаживаем их за самым большим столом. Я раздаю всем бургеры, а Милана бежит в машину за тортом.

И все складывается.

Двенадцать свечей на торте пылают ярким пламенем, а нестройный хор детских голосов начинает петь:

«С днем рождения тебя! С днем рождения тебя! С днем рождения, Ваня! С днем рождения тебя!»

— Эх, жаль, что отца загребли в полицию, — вздыхает Иван. — Вот бы он был сейчас здесь с нами…

Я кладу руки ему на плечи.

— Ничего, мы покажем ему видеозапись. Катя записывает. Задувай свечи и загадывай желание!

Несколько мгновений Ваня медлит, а потом что-то про себя шепчет и резко задувает свечи.

— Ура! С днем рождения!

Стол взрывается нестройными аплодисментами, а потом мы с Миланой раздаем всем детям по кусочку торта на одноразовых тарелках, которые прихватила с собой запасливая Милана.

— Знаешь, сегодня в моей жизни произошло самое удивительное событие, — делится со мной она. — Я познакомилась с самим Григорием Тихоновым! Это мы с ним вместе придумали позвать всех в аквапарк.

— Какие вы молодцы, — восхищаюсь я. — Жаль только, что над папой Вани вы неудачно подшутили. Он принял похищение за чистую монету. Вот и результат.

— Это все дело рук Григория! Я его предупреждала, что похищение ничем хорошим не закончится. Кстати, почему ты не сказала, что у тебя роман с отцом Зайцева?

Я икаю. Хочу сказать, что у нас с Тихоновым нет никакого романа, но внезапно решаю никого не переубеждать.

— Есть вещи, о которых не говорят вслух, — желая как можно скорее закрыть тему, отвечаю загадочно.

— Что ж, согласна. Иногда молчание — золото, — кивает она. — Кстати, мы с Григорием успели обсудить преимущества моей пекарни, и он готов инвестировать средства в ее расширение! Я о таком и мечтать не могла! Собиралась брать в банке кредит. А оно решилось само!

— Что ж, поздравляю, — произношу совершенно искренне.

А сама думаю — как странно может обернуться жизнь. Я и не думала, что день рождения Вани может спасти предприимчивая Милана Медведева.

А ее сынок, смотрю, уже не так высокомерно посматривает на Ваню и Катю. И сел рядом с ними, и вторжение спецназа с собаками взахлеб обсуждает. Еще немного, и станут лучшими друзьями.

После того, как торт доеден, одноклассников Вани и Кати разбирают родители на машинах.

— Тетя Лена, а что с папой? Он на звонки не отвечает, — волнуется Ваня.

— У тебя ключи от дома есть?

— Нет. Я их в рюкзаке забыл.

— Тогда поехали к нам с Катей. Уверена, как только твой папа сможет позвонить, он обязательно наберет твой номер.

— Ну, ладно.

— Вас подвезти? — заглядывает в холл Медведева. — Я же помню, Леночка, что у тебя накануне машину угнали. Забирайтесь, я вас подброшу.

— Ура, — радуется Катя, которую совсем не привлекают поездки на общественном транспорте.

Пока мы едем в сторону нашего с Катей дома, я и сама пытаюсь дозвониться до Олега. Да только он не берет трубку. И я начинаю переживать.

Надеюсь, сотрудники полиции выявят истинное положение дел. Ведь Олег не виноват в том, что его отец решил над ним подшутить.

— Мам, ну что там? Дядя Олег не отвечает? — вытягивает шею с заднего сиденья Катя.

Я подавляю вздох.

— Нет.

— Теперь их долго будут допрашивать. Еще и штраф впаяют немалый за ложную тревогу. Раньше полуночи я бы их не ждала, — подает голос с водительского сиденья Милана.

Вот и наша девятиэтажка.

— Спасибо, что подбросили, — я благодарю Милану и первой выбираюсь из машины.

— Пока, Заяц! Увидимся! — восхищенно Орет Медведев.

— Пока, Медведь, — фыркает Ваня.

Машина Миланы и ее сына срывается с места и скрывается за поворотом, а мы с детьми поднимаемся наверх.

Я устало достаю ключи от квартиры, и тут понимаю — что-то не так. Вся лестничная клетка уставлена черными пакетами, битком набитыми вещами, а дверь почему-то опечатана.

Я пытаюсь отпереть замок, но ключ не подходит.

Меня прошибает холодный пот. Что происходит? Не могу понять…

Из квартиры напротив высовывает нос Наталья Семеновна, любопытная соседка бальзаковского возраста.

— Леночка, это ты? — уточняет шепотом.

— Я, конечно! А кому еще здесь быть? — хмуро поднимаю на нее взгляд.

— Лена, тебя выселили, — громко шепчет она.

— Что?

— Выселили, говорю. Судебный пристав приходил. И свекруха твоя бывшая вместе с ним. Она твои вещи собрала в мешки и выставила их на лестничную клетку. С обеда тут стоят. Как еще не поворовали? Потом квартиру опечатали. Теперь будете ее через суд делить. Хотя, свекруха твоя сказала мне по секрету, что жилплощадь куплена была до вашего со Славой брака. Так что здесь без вариантов. Придется тебе с дочкой новое жилье подыскивать.

— Как, новое жилье? Куда же мы… на ночь глядя? — торопею я.

Я нащупываю в сумке мобильный телефон и набираю номер свекрови.

А Варвара Андреевна, будто ждала мой звонок весь вечер! Тут же хватает трубку.

— Алло? — произносит громко. И замолкает. Ждет, с придыханием, когда же я начну возмущаться.

— Варвара Андреевна, а вы по какой причине на двери нашей с Катей квартиры замок поменяли? — зло выдыхаю я.

— Вашей с Катей квартиры? Окстись, Леночка! Квартира моя, что хочу, то и делаю. У меня, между прочим, сын в тюрьме. Надо как-то выкручиваться. Вот продам квартиру и смогу ему помочь.

— Так, стоп. В квартире проживаю не только я, но и Катя тоже! Или вы забыли, что у вас внучка есть? И вообще, у нас со Славой устная договоренность — он берет дачу, а нам с Катей квартира!

— Не смеши меня, Лена! Что значит устная договоренность? Квартира была куплена до вашего со Славой брака, а значит, она тебе не может принадлежать.

— Но дачу, которую мы купили после свадьбы, Слава продал!

— Ну… ничем не могу тебе помочь, милочка. Надо было головой думать, прежде чем позволять бывшему мужу единственную нажитую недвижимость по ветру пускать.

— Катя ведь ваша внучка!

— Хм… а может, и не моя вовсе? Не хочу тебя огорчать, но в Кате никакого сходства с нашей семьей нет! Так что сначала докажи, что она дочка Славы

— Чушь не несите! Катя прописана в этой квартире. Вы ее не сможете выписать.

— Если хочешь, чтобы тебе разрешили и дальше жить на нашей территории, будь так добра, забери заявление из полиции и со Славой помирись! Это мое последнее слово. Иначе проваливайте вместе с дочкой!

— И не подумаю, слышали?! Не стану заявление забирать! А мириться с вашим сыном тем более не стану. Он мне алименты за последние семь лет задолжал!

— Алименты? Не мои проблемы. А не хочешь со Славой жить, ищи новую квартиру.