Чужая мама (СИ) - Келлер Николь - Страница 9

— Погоди, ты же не знаешь…. — пытаюсь встать, чтобы задержать мужчину.

— Позвоню знакомому врачу.

— Не надо! Я сама врач. Запиши, что нужно взять.

Брови Руслана взлетают в удивлении. Понимаю его — я в первый раз сообщила личную информацию. Но у меня нет сил что-либо объяснять.

— Ого. А почему тогда лекарств в аптечке почти нет?..

— Ты пишешь или как?!

— Да, давай. Диктуй.

Не знаю, все ли Руслан записал в точности, как я говорю, но сил хватает только, чтобы перечислить препараты. Потом снова отрубаюсь. И последнее, что я слышу:

— Держись, моя Вера, держись, я скоро…

Вера

В следующий раз просыпаюсь от того, что меня кто-то зовет.

— Вера, солнышко, очнись, — произносит ласковый голос, от которого хочется улыбаться. Что я и делаю. Растягиваю губы в глупейшей улыбке и тяну, не раскрывая глаз:

— Руслааан…

— Да, солнышко, это я. А теперь открой глазки, и я помогу тебе присесть.

— Зачем? — все же с трудом распахиваю глаза и смотрю на мужчину.

— Потому что я принес тебе куриный бульон. Надо выпить его.

Прищуриваю глаза и еще раз внимательно осматриваю мужчину. Я не ошиблась? Вот этот татуированный, смазливый и влюбленный в себя мужчина приготовил и принес мне бульон? Он вообще реальный? Или у меня жар, и это игра моей фантазии?

— Сам приготовил?

Руслан смотрит на меня, вздернув бровь и улыбнувшись озорной мальчишеской улыбкой.

— А ты хорошего мнения обо мне! Чертовски приятно, когда девушка так в тебя верит!

— Так сам или нет? — спрашиваю, втягивая воздух. И даже со своим заложенным носом чувствую приятный аромат, исходящий от супа.

— Нет, заказал в своем любимом ресторане. Доктор сказал, что прежде чем давать тебе препараты, надо обязательно накормить. Иначе можно заработать интоксикацию.

Сужаю глаза, чувствуя, как во мне мгновенно закипает гнев. Хочу сказать что-то гневное, что-то обидное, но приходится сдерживаться, потому что Руслан — мой спаситель в прямом и переносном смысле.

И все же благодарность переполняет меня. За заботу, за волнение о совершенно постороннем человеке, за то, что возится со мной, вместо того, чтобы проводить время с дочерью…

Окончательно прихожу в себя, насколько это возможно в моем состоянии и оглядываюсь по сторонам. Это не гостиная! Руслан перенес меня в спальню и заботливо накрыл пледом.

Перевожу взгляд ниже. Фух! Слава Богу, переодевать меня ему в голову не пришло. И все равно в груди разливается тепло от его неподдельной заботы…

— Не поверил мне, значит…

— Не в этом дело, — твердо произносит Руслан, но в его голосе нет ни капли раскаяния. Он уверен, что поступил правильно. — Помимо лекарств мне нужно знать, как за тобой ухаживать. Что можно, а чего нельзя. И я уточнил у доктора.

Напрягаюсь, чувствуя подвох в его словах. Даже привстаю на локтях из последних сил, чтобы заглянуть Руслану в глаза.

— А зачем тебе это знать?..

— Так, не болтай, не трать силы. Пей, давай. Потом будем принимать лекарства, — безапелляционно заявляет мужчина.

И я подчиняюсь. Прихлебываю горячий, ароматный бульон, чувствуя, как тепло разливается по телу. И понимаю, что мне нравится этот властный тон, то, что этот мужчина так умело мной руководит. И я готова за ним следовать.

С отчаянием понимаю, что в жизни мне именно этого и не хватало: заботы, крепкого мужского плеча и надежного тыла. Осознания, что я могу на кого-то положиться, и этот человек обязательно заберет часть страданий и проблем себе.

— И все-таки, давай еще раз: зачем ты звонил доктору? — спрашиваю, протягивая пустую кружку обратно.

— Чтобы знать, как ухаживать за одной больной, но все равно очень милой девушкой, — спокойным тоном отвечает Руслан, раскладывая медикаменты из пакетика с логотипом аптеки.

— Зачем?

— Ну, что за глупые вопросы, Вера! Потому что ты болеешь, и больше о тебе некому позаботиться!

Закусываю губы, изо всех сил сдерживая рвущиеся наружу слезы. Почему же ты не появился в моей жизни раньше?! Почему только сейчас, когда я сломана пополам?! И нет средства, которое может меня починить…

— Руслан, спасибо тебе огромное, но иди домой. Тебе нельзя тут оставаться.

— Почему? — смотрит на меня с удивлением. — В любой момент может вернуться из командировки ревнивый муж?

Если бы… Сжимаю кулаки, с силой вгоняя ногти в ладони, чтобы сдержаться.

— У тебя дома маленький ребенок, и небезопасно со мной находиться. Кстати, с кем осталась Ангелина?

— С той, с кем я оставляю ее в экстренных случаях — Марией Семеновной. Она согласилась посидеть с Ангелом до самого вечера. Так что сейчас мы с тобой будем усиленно лечиться.

Тяжело вздыхаю. Этот невыносимый мужчина уже все решил, все сделал и у меня нет никаких шансов его переубедить или переспорить. И надо ли?

— Так, стоп?! А что это?!

Едва ли не подскакиваю, видя, как Руслан выкладывает на стол… шприцы и какие-то препараты, которые я точно не называла!

— Это лекарство на экстренный случай. Если тебе станет совсем плохо. Ну, или ты не будешь меня слушаться, — улыбнувшись уголком рта, довольно отвечает Руслан.

— Что?! Мужчина, вы случайно не переигрываете?!

Но он делает вид, что не слышит меня, продолжая деловито изучать инструкцию к противовирусному. Достает две таблетки, наливает стакан воды и протягивает мне.

— Пей.

— Не буду, — бурчу, как маленькая девочка, скрещивая руки на груди.

— Вера, не заставляй меня применять тяжелую артиллерию, — кидает загадочный взгляд в сторону стола, где красноречиво лежат шприцы.

Быстрыми движениями заталкиваю лекарство и запиваю залпом водой.

— Умница! А теперь отдыхать. Спи, — и накрывает меня пледом, поправляя подушку.

— Руслан, пожалуйста, иди домой…

— Я все сказал на этот счет. Отдыхай, — перебивает жестко, забирая из моих рук стакан и выходя из спальни.

А я действительно засыпаю, а когда просыпаюсь, за окном уже сгущаются сумерки. Я пропотела, футболка на мне мокрая насквозь. Морщусь от неприятных ощущений.

Отбрасываю плед в сторону и решительно стараюсь подняться с постели. На третий раз это мне все же удается. Температура спала, но не до конца, да и слабость во всем теле такая, что хочется лечь обратно. Но от меня наверняка пахнет так, что в одном закрытом посещении находиться нереально.

Я доберусь, я смогу… до ванной не так уж и много шагов, а если двигаться по стенке, то можно сэкономить силы. И вот я шаг за шагом, цепляясь изо всех сил за стену, двигаюсь к своей цели.

Но вот стена кончается… Я пошатываюсь и с грохотом валюсь на пол.

— Вера! Какого черта! Почему не позвала?! — из гостиной вылетает встревоженный Руслан и падает на колени рядом со мной. — Что случилось? Где болит?!

— Все нормально, — хриплю, переворачиваясь на спину. — Просто поскользнулась.

— Ни на минуту нельзя тебя оставить одну! Так, все понятно, — решительно произносит, беря меня на руки и донося до кровати. — Где твои вещи?

— Тебе зачем? — снова чую неладное, и мне это ни черта не нравится.

— Ты переезжаешь ко мне, — жестко чеканит Руслан, распахивая шкаф.

Вера

— Да что ты говоришь? А меня спросить не забыл? — скрещиваю руки на груди, незаметно потирая ушибленное плечо.

— А тут и спрашивать нечего, — будничным тоном отвечает Руслан, складывая в мою небольшую дорожную сумку футболки, спортивные штаны и кофту. — У меня нет возможности остаться на ночь, потому что Мария Семеновна ночью с Ангелом точно сидеть не будет. Притащить сюда ребенка я не могу, уж прости, у тебя нет никаких условий, да и квартира небольшая. Так что выход у нас один — ты переезжаешь ко мне.

— Это невозможно, — отчеканиваю из последних сил, валясь обратно на подушки.

— И почему же?

Потому что я боюсь. Боюсь, что привыкну к тебе, боюсь, что доверюсь, а потом… потом будет невероятно больно, когда просто растопчут, пройдутся катком и перешагнут через то, что от меня останется… Но вслух произношу совсем иное: