Личный враг (СИ) - Кораблев Родион - Страница 43

— Я это учту, — усмехнулся Ренген.

— Вернемся к Фесту, — поспешил остановить спор Алекс, пока спутница не наговорила лишнего. — Феста явно интересуют адепты. Я думаю, что он хочет заменить ими часть монстров…

Встреча продолжалась еще некоторое время. Когда дошла очередь до вопросов, больше всех их задал Юрд — как аналитик он хотел разобраться со всеми версиями возникновения Пузыря. Ведь многие адепты объясняли его появление обычным Импульсом Бесформенного — по их мнению, так Сила реагирует на разные события в Галактике, вплоть до того, что Импульс помогает самой Галактике развиваться.

Правда, до этого Импульсами называли одиночных титанов, падающих в Бездну. Однако всем уже было понятно, что Пузырь — это нечто большее, чем просто Импульс.

Тогда у адептов стали появляться другие теории. Например, Юрд считал Пузырь прививкой от ментатов, которые использовали Бесформенность по своему усмотрению, не считаясь с Силой. Мол, это оказалось таким вызовом для Бесформенного, что тот решил впрыснуть огромное количество энергии в Галактику. Чтобы подобные монстры никогда больше не появлялись.

Правда, как это могло помочь предотвращению появления новых мертвых кластеров, никто пока не понимал. Тем более Квазар создали адепты, а ментаты там завелись сами собой. Тем не менее Юрд считал, что Пузырь — это реакция Бесформенного на монстров с двумя Силами.

Фогот заходил еще дальше — он полагал, что речь идет не о прививке, а о прорыве плотины. То есть весь сектор должен был превратиться в щель, через которую энергия снаружи Галактики потечет внутрь, пока жизнь не преобразуется во что-то новое или не исчезнет.

Но во всех этих теориях Пузырь возникал из-за действий Силы. Автоматическая это реакция или сознательная — неважно. То есть все теории не учитывали наличие разумного компонента. И имя ему было Фест!

— Мне нужно больше информации о Фесте, — произнес в конце Юрд.

— Я бы тоже не отказался узнать о нем побольше, — кивнул Алекс. — Но даже его ближайший помощник Хемет не знает, кто его босс.

— Эту информацию надо срочно передать Смоку, — громко объявил Фогот, взмахнув руками, похожими на ветви. — Наш единственный шанс разобраться с Фестом — заставить Второй Радиус разыскать это существо.

— Совет уже в курсе угрозы и воспринял ее всерьез, — спокойно заметил Алекс. — Именно для этого я и объявил о своем возвращении. Чтобы все прошло официально. Мирам уже передала Арбитру Кляйну все необходимые данные. В общем, Феста сейчас ищут все школы Второго Радиуса.

— И как успехи? — спросил Фогот.

— Пока не знаю…

— Значит, тем более нужно связаться со Смоком! Пусть даже это дорого стоит. Нам нужен свой канал связи со Вторым Радиусом! Иначе мы никогда не поймем, что там вообще происходит.

— Это одна из приоритетных задач. И я над ней работаю…

После обсуждения глобальных новостей Алекс перевел разговор на более приземленные вещи. Хотя приземленными они казались только ему, поскольку речь шла о производстве Тел Потенциала высоких грейдов, вратах Бесформенного, варке Крови и других «мелочах», которые можно было осуществить внутри сектора.

Кстати, по новой теории Юрда и Лияр, чем больше адептов находилось внутри сектора, тем устойчивее тот был. Потому что адепты — это не просто слабые разумные, а «посольства» стоящих за ними Сил. И пусть все текущее население сектора легко помещалось в одном титане, вместе они были помехой для серой зоны.

Собственно, по похожему принципу монстры поддерживали саму серую зону.

Второй такой помехой оказалась сеть порталов Лияр. Алекса особенно сильно заинтересовало это свойство сети. Потому что, если адепты и порталы хотя бы немного сдержат продвижение серой зоны, борьба имела смысл. Ведь чем дольше продержится сектор, тем больше у мира адептов будет времени и возможностей подготовиться к действиям Феста.

Так или иначе, гильдия Табера и школа Корвус стояли на острие этой борьбы.

«Еще одна причина не покидать сектор в ближайшее время», — подумал Алекс, а вслух произнес:

— Лист, разрешаю использовать Кровь на все проекты Лияр.

— Да! — невысокая женщина с бледной кожей и ярко-рыжими волосами вскочила со своего места и победно посмотрела на Листа.

— Кровь нужна не только на ее проекты, — буркнул тот, неодобрительно глядя на улыбающуюся Лияр.

— Мы должны помешать Фесту.

— Дай Лияр волю, она все запасы потратит. Оглянуться не успеешь.

— Я еще сварю, — заверил Листа Алекс.

— Ладно, — тяжело вздохнул Опора. — Кстати, мы собрали хорошую добычу. Ее также можно использовать для производства.

— Отлично, она мне пригодится…

Собрание продлилось еще несколько часов. От менее глобальных вопросов перешли к совсем мелким. Их оказалось довольно много. Но в этом не было ничего удивительного, учитывая, что всех новичков нужно было включить в производственные и другие процессы. В первую очередь это касалось полумиллиона мастеров…

Разобравшись с самыми срочными насущными делами, Алекс взлетел над Бротазаром. На орбите, за пределами защитных силовых полей, серая зона казалась огромным одеялом, окутывающим сектор.

Пока это одеяло находилось очень и очень далеко от планеты, но куда бы ни устремлялся взгляд, не было видно ни звезд, ни созвездий, ни даже самой Галактики. Только бесконечная тьма. Не равнодушная и холодная, а давящая и… наблюдающая. Она напоминала зверя, подбирающегося к своей добыче.

При этом силы были настолько несопоставимы, что все усилия казались тщетными. Это же даже не мертвый кластер, где врагами адептов были простые и понятные ментаты. Тем более, ментаты «всего-то» занимали один несчастный кластер, а число адептов в Большой Гонке исчислялось триллионами. Да, в основном это были свободные, но все равно цифры впечатляли.

И то адепты выиграли чудом. Точнее, этим чудом оказался Червь.

Сейчас же против «горстки» адептов выступал неведомый Фест, распоряжающийся таким количеством Бесформенности, которое ментатам и не снилось.

— Даже удивительно, что Фест нас до сих пор не раздавил, — пробормотал Алекс. — Но раз не раздавил, значит, я должен продолжить работу…

Он до сих пор не знал, сколько в серой зоне скрывается титанов — этот вопрос так и оставался невыясненным. Не знал он и того, спустился ли в Пузырь новый левиафан, или сколько простых монстров сюда загнали. Впрочем, это было неважно — главным соперником монстров была Вселенная. Алексу же пора было начинать…

— Пора, — произнес он.

— Ты уверен, что хочешь сварить все врата за одну варку? — в очередной раз спросила Мирам.

— Уверен.

— Такие большие объемы ты еще не варил.

— Чем больше врат, тем выше эффективность.

— А если не получится? — поинтересовалась Мирам.

— Тогда я лично отправлюсь на охоту и разыщу еще титанов. Уверен, что они найдутся.

— Это если будет кому отправляться на охоту! Тебя может разорвать от такого количества врат.

— Значит, на этом мой путь и закончится.

— Ты точно все больше становишься похож на древних адептов. Такой же фаталист, как Фогот или Лист.

— Видимо, это путь всех разумных.

— Не всех. Думающие машины, например, не такие. Мы боремся до конца! — гордо заявила Мирам. — Только поэтому все эти якобы великие школы существуют. Весь мир адептов лежит на наших плечах. Наверное, без нас они давно бы сдались или вообще присоединились к Достойным.

— Хм… ты переоцениваешь смирение адептов, — улыбнулся Алекс. — Вспомни Ноколоса, например. Он выбрал другой путь.

— Ноколос был ненормальным. Его босс такой же. Наверняка сидит сейчас в своем поселении и замышляет какую-нибудь подлость… Но вернемся к тебе. Можно же сварить кровь небольшими варками, а не вот так все за один раз.

— Врата нельзя долго хранить.

— К тебе это не относится!

— У меня один подходящий образец, — напомнил Алекс.

В его руке появился пульсирующий сгусток. Это были те самые врата титана, в которые он когда-то поставил Манок Левиафана и создал портал к Бесформенному, чтобы разрушить Котел — место, где Фест трансформировал адептов. А когда поток свернулся, врата титана не рассыпались. При этом они сильно изменились.