Новый год с бандитом - Аморе Мия - Страница 2

Мысли мечутся в панике, натыкаясь на стены страха.

Просто грабитель? Или убийца? Маньяк?

Враги отца. Они хотят получить выкуп за дочь депутата!

— Я... — голос предательски дрожит. — Я просто горничная.

Его бровь скептически приподнимается.

— Горничная?

— Да! — я киваю отчаянно. — Пришла проверить дом. Воду, газ. Хозяева уехали, попросили присмотреть...

— Горничная в пуховике за полмиллиона? — его взгляд медленно скользит по моей фигуре, задерживаясь на деталях. — И сумкой Шанель?

Черт.

— Мне... очень хорошо платят, — выпаливаю я.

— Врешь, — спокойно констатирует он. — Но сейчас не важно, кто ты на самом деле. Важно, что ты меня видела.

— Я никому не скажу! — слова вылетают на одном дыхании. — Клянусь! Просто отпустите меня, и я уйду! Забуду, что вообще была здесь!

— Не могу рисковать, — он медленно качает головой. — Слишком многое поставлено на кон.

Его рука тянется к моему карману.

Телефон.

— Нет! — я пытаюсь вырваться, но он крепко держит меня одной рукой, а другой уже включает мой оранжевый айфон, снимает блокировку (как???) и что-то нажимает.

— Вытащи симку, - велит он, протягивая мне мобильник.

Послушно выполняю приказ.

Протягиваю ему симку, и он пальцами легко ее ломает.

– А теперь выключи телефон и передай мне.

Выполняю и отдаю. Все равно папа сможет отследить сигнал. Сможет же?

Мужчина вдруг отпускает меня и в два шага оказывается возле входной двери. Распахивает ее и швыряет телефон в соседний двор.

– Ты что делаешь? – шиплю я.

– Избавляюсь от ненужных устройств с геолокацией, — невозмутимо говорит он, запирая дверь на замок. — Ближайшие несколько дней мы проведем здесь. Вместе.

— Что?!

— Можем сделать это легко, — он делает шаг ко мне, и я инстинктивно отступаю, — или сложно. Выбор за тобой, милая.

Спина упирается в стену. Отступать больше некуда.

Он стоит слишком близко. Я чувствую жар его тела, несмотря на ворвавшийся минуту назад холод зимней ночи. Чувствую запах дорогого парфюма. Вижу, как в глубине темных глаз вспыхивает что-то опасное и хищное.

— Как тебя зовут, горничная?

Я не могу дышать. Не могу думать. Не могу лгать под этим пронзительным взглядом.

— Настя.

— Настя, — повторяет он, и мое имя в его устах звучит как обещание и угроза одновременно. — Пойдем наверх.

— З-зачем?

Усмешка трогает его губы — красивые, чувственные губы, которые так не вяжутся с холодом в глазах.

— Поговорим для начала. Если будешь вести себя хорошо, может быть, я даже поверю твоей сказке про горничную.

Я думала, что этот день уже не может стать хуже.

Что ж, я снова ошибалась...

Глава 2

Поднимаюсь по лестнице на ватных ногах. Страх противными щупальцами пробирается под кожу.

“Беги сейчас же!” – подсказывает внутренний голос.

Но куда? Он быстрее. Я вряд ли успею добежать до машины.

– Сюда, – кивает он на мою спальню.

Откуда он знает?

Незнакомец задергивает плотные шторы и только потом включает свет. По тому, как он окидывает быстрым взглядом комнату, понимаю, что он не знал, что она моя.

Замечаю, как он задерживается взглядом на фотографии в рамке на тумбочке — я с папой. Сердце вмиг ускоряет ритм.

— Так это дом депутата Тимофеева? Очень скромно, как-то не по-депутатски даже, — усмехается он. — Он твой хозяин?

— Да, — шепчу. — Очень строгий. Если узнает, что я привела сюда постороннего...

— Он тебе приплачивает за еще какие-то услуги? — перебивает незваный гость, с интересом рассматривая мои ноги, обтянутые леггинсами.

Во рту резко пересыхает от его взгляда. А потом кровь приливает к щекам, когда до меня доходит смысл его вопроса.

— Артем Сергеевич не такой! — возмущаюсь я. — Я просто присматриваю за домом.

— Раздевайся, – следует команда. Он, кажется, мгновенно теряет интерес к хозяину дома.

— Что?!

— Проверим, нет ли на тебе жучков. Раздевайся, — повторяет он спокойно. — Или ты хочешь, чтобы я тебя раздел?

В его взгляде мелькает что-то, от чего я начинаю заикаться.

— Н-нет, н-не подходи! — отступаю к двери.

— У тебя минута, потом я сделаю это сам.

Руки трясутся, пока я снимаю с себя одежду. Когда остаюсь лишь в футболке и трусиках, обхватываю себя руками.

— Майку тоже, — командует он.

С остервенением стягиваю майку и швыряю на пол. Взгляд темных, как ночь, глаз скользит по моему черному кружевному белью. А я в очередной раз называю себя дурой! За то, что купила его специально для Максима. Для нашего первого раза…

— Повернись, — очередной приказ вырывает меня из невеселых мыслей.

Медленно поворачиваюсь кругом. Он бросает мне плед с кровати.

— Укройся и садись.

Ловлю плед, заматываюсь в него и сажусь на край кровати.

— Отпустишь меня? — шепчу, не особо надеясь на такой исход.

— Нет.

Сжимаю плед в кулаках.

— Чего ты хошешь?

— Уже сказал. Пару дней тишины. Ты ведешь себя тихо, я веду себя прилично.

— А потом?

— А потом - суп с котом.

Смотрю на этого мужчину с холодными глазами и опасной улыбкой.

— У меня нет выбора?

— Нет.

Киваю.

— Хорошо.

Он встает.

— Вот и умница. Спи.

Он идет к двери, но на пороге останавливается.

— И даже не думай сбежать. Я чутко сплю и метко стреляю.

Дверь закрывается.

Сворачиваюсь на кровати клубочком и смотрю в одну точку на стене.

Что ему нужно? КТО он? Мысли скачут с одной гипотезы на другую, но все они кажутся мне не верными.

Внезапно понимаю, что я совершенно не думаю о Максиме. Все мысли сейчас занял незнакомец в доме.

Опасный и в то же время…

Нет, Настя! Не в то же время! Даже не смей так думать! Он — наверняка бандит! Беглый преступник. Или наркобарон. В любом случае — опасный криминальный элемент. Который, возможно, пробрался в дом, чтобы навредить отцу!

Но дурацкий внутренний голос, который так и хочет найти приключения на мою задницу, упрямо нашептывает: "Может, это все и не так плохо"...

Зажмуриваюсь сильнее.

Заткнись. Просто заткнись!

Просыпаюсь от ощущения, что на меня смотрят. Распахиваю глаза и обнаруживаю, что меня беззастенчиво разглядывает незванный гость.

Торопливо натягиваю одеяло, пряча голые ноги.

— Доброе утро, Золушка, — голос незнакомца заставляет живот сжаться в непонятном спазме. — Пора за работу, завтрак сам себя не приготовит.

Завтрак? Какой еще завтрак?

— Я... я не...

— Ты горничная, — напоминает он, вопросительно изгибая бровь. — Или я что-то путаю?

Черт. Черт. ЧЕРТ!

— Я горничная, а не кухарка! — хочу испепелить его взглядом, но ему нипочем.

— Без разницы, — хмыкает он. — Глазунья из двух яиц и тост с маслом и клубничным джемом. Кофе черный, без сахара.

Он уходит, оставляя после себя совершенно особенный аромат геля для душа и опасности.

Со злостью откидываю одеяло на пол, одеваюсь и спускаюсь на кухню. Смотрю на плиту и понимаю, что не знаю, как ее включать.

Блиииин! Надо было что-то другое придумать!

Слышу шаги в коридоре и спешу к холодильнику.

Яйца. Масло. Хлеб… Интересно, он еще съедобный?

Открываю все шкафчики подряд в поисках сковородки. Когда нахожу, едва победный танец не танцую. Кое-как зажигаю конфорку и в задумчивости пялюсь на огонь.

Нет, ну в теории я знаю, как пожарить яйца. Только вот не помню, масло на сковородку сначала или яйца? И на максимум огонь, да? Сковородка же должна быть раскаленной?

Бросаю кусок сливочного масла. Оно шипит и брызгается во все стороны.

Так и должно быть?

Следом разбиваю яйцо. Но бью слишком сильно: скорлупа крошится и падает в сковородку вместе с белком.

— Черт!

— Проблемы? — раздается прямо у меня за спиной так неожиданно, что я подскакиваю на месте.