Лассо из будущего - Форст Мира - Страница 9

– Поздравляю, ты попала в ад, дорогуша, – поднес Цыган флягу к губам и сделал глоток.

ГЛАВА 8. ВОПРОСЫ БЕЗ ОТВЕТОВ

– Да шучу я, – рассмеялся Цыган. – Видела бы ты свое лицо, Ведьма. Испугалась?

Я сделала пару глотков из его фляги и закашлялась. Горько и противно.

– Ты студент? – все еще кривилось мое лицо после огненного пойла.

– Не-а, – лениво протянул он. – Охотник. Выслеживаю инфернальных сущностей.

– Значит, они все-таки существуют? – раскисла я от этой неприятной информации.

– А ты, думаешь, зачем мы здесь? – с любопытством посмотрел он на меня своими странными глазами. – Чтобы не допустить инферно в Эсмар. Иначе кранты Королевству.

– И что, часто ты их находишь? – налила я себе полный стакан воды из графина, оставленного на тумбе с подписью «ВОДА».

– Чаще, чем хотелось бы, – расстраивал меня и дальше Цыган.

– А, скажи, – решила выжать из нашего разговора как можно больше. – В чем смысл занятия тишины?

– О…, – хмыкнул Цыган. – Уже познакомилась с профессором Мораном. Смысл есть, Ведьма. И большой. Порой, мы сидим в засаде целый день. Нельзя шевелиться, чесаться, чихать, урчать животом и все такое прочее. У существ отменный слух. Сглотнешь – услышат. Уроки Лукаса помогают научиться застывать, отключаться от потребностей тела и учат слышать тишину, те ее звуки, которые в обычном состоянии ни за что не услышишь.

– Надо же, – теперь увидела и резон, и смысл в подобной тренировке тела и сознания.

По спине вдруг полыхнуло жаром. Взгляд Эмиля почти ощутимо касался меня.

– Разве занятия уже закончились? – поздоровался герцог с Цыганом и недовольно воззрился на меня.

И откуда такое стойкое ощущение, что недоволен мужчина вовсе не тем, что я не на занятиях, а тем, что я болтаю с охотником?

– Профессор Моран разрешил мне уйти раньше, – взяла меню со стойки, не плохо бы уже и перекусить. – Ничего себе! – поразилась стоимости обеда. – Отчего так дорого?

– Я заплачу за твой обед, Ведьмочка, – вынул Цыган из кармана штанов увесистый кошель.

– Не надо, – имелись у меня с собой купюры. – Я просто удивлена высоким ценам. В Академии наверху все стоит гораздо дешевле.

– Так там студентам и не платят столько, сколько получают в передовом отряде, – пояснил Цыган. – Здесь тебе будут платить много, не только на обеды хватит.

Пока его слушала, упустила из виду герцога и поняла, что Эмиль сделал, только когда передо мной появился поднос с горячей едой – пиала с рассольником, горшочек с горячим овощным рагу и пахнущий облепихой взвар.

– Кушай, Элис, – поставил он перед собой второй поднос. – Потом отведу тебя к администратору. Получишь код доступа, по которому сможешь перемещаться с поверхности в подземную часть Академии.

– Хм-м…, – перевел задумчивый взгляд с декана на меня Цыган. – Не припомню, Эмиль, чтобы ты кого-то так баловал.

– Она тут первый день, – оставался невозмутим Биркеланд. – И стипендию еще не получала.

– Эмиль, – воспользовалась тем, что сегодня он меня не ненавидит. – Я могу завтра поучаствовать в празднике ведьмовского факультета?

Мне хотелось самой поразвлечься, а не смотреть на веселье глазами своего фантома, хотя видеть в сознании, чем занимается мой двойник, было достаточно увлекательно. И вообще, это был странный процесс, я здесь, но и там тоже, и мне никак не мешает такая раскадровка, будто всю жизнь так жила, в двух местах одновременно.

– Можешь, – кивнул герцог. – Это же после занятий. Мы все там будем.

Администратором оказалась жена Лукаса Морана. В отличие от профессора, его супруга была большой во всех местах. Женщина заведовала студенческой картотекой и всем, что учащимся могло понадобиться. Обитала миссис Моран в хранилище на том этаже, где располагался жилой блок. Она выдала мне браслет из цветных камушков и велела расписаться в толстом журнале.

Браслет забрал Эмиль, что-то в нем настроил и надел на мое запястье. Его пальцы осторожно касались моей кожи, и я всерьез задумалась над созданием отворотного зелья. Привороты и отвороты в Эсмаре запрещены, за такое упекут в подземелье королевской тюрьмы. Но ведь я для себя… Сделаю отворот и не буду плавиться маслом, когда он стоит вот так рядом и дотрагивается.

– Ты не сможешь его снять, – отпустил мою руку герцог. – Когда объявляется общий сбор, камни начинают жечь. Как почувствуешь, немедленно переправляйся в катакомбы, где бы ты ни находилась. Станешь медлить, получишь ожоги.

Вот так… ожоги. А я-то уж подумала, что Эмиль подобрел ко мне. Да ему все равно. Упек меня сюда, где поджидают сплошные опасности. Ни один мужчина не поступил бы так со своей любимой девушкой. Ненавижу!

– Через полчаса силовая тренировка, – выразительно посмотрел он на мое платье. – У тебя есть во что переодеться?

Мои поджатые губы подсказали ему ответ.

– Ладно. Сегодня просто посмотришь, – пошел Биркеланд на уступку. – Но завтра, чтобы принесла штаны или хотя бы платья не с такими широкими юбками.

– Сейчас мне куда идти? – спросила безэмоционально, слишком уж бушевала во мне кровь от любви до ненависти и в обратном порядке. Проскользнувшую мысль об отвороте я все-таки отвергла. Если стражи заметят фон, разбираться не станут, для себя делала или для кого другого. Хотя… лассо ведь не заметили. Или заметили, но не смогли вычислить создателя?

– Вот эта улица выведет тебя к тренировочному залу, – указал герцог, куда идти.

– Улица? – мне послышалось, или он оговорился?

Ни то, ни другое. Улица и правда была. Не настоящая. Имитация. Но все же… Мелкая брусчатка под ногами, цветущие кусты, птички даже. Под каменными сводами искусственный небесный полог. Небольшой сквознячок, как от самого настоящего ветра. Здорово придумано, помогает забыть, что ты находишься в подземелье.

Тренировочный зал ничем не отличался от любого другого. Но вот сама тренировка… Проводил ее Эмиль. В прошлом я часто приходила посмотреть, как он тренирует боевых стражей. Он не был самым высоким или самым плечистым, только неизменно укладывал на лопатки и самых высоких, и самых плечистых. У Эмиля был особый дар – видеть движение противника за секунду до того, как тот это движение совершит. Такой дар вкупе с феноменальной физической силой не позволял кому бы то ни было одержать верх над ним. Никогда. Но то обучение походило на спарринг или состязание. Тренировка же элитного отряда напоминала массовую бойню.

Эмиль разделил студентов на две команды, и парни с девушками принялись методично уничтожать друг друга. Все, что я видела прежде в драках, казалось теперь детской забавой.

У каждого был свой дар, помноженный на хитрость, изворотливость и расчетливость. А еще слаженность. Было видно, что они хорошо знают и чувствуют друг друга, что помогало им, как атаковать, так и обороняться.

Олия, которую обругал профессор на уроке тишины, выпускала с кончиков пальцев водные струи такой мощи, что они сбивали с ног. Шарлота и Ирек явно привыкли сражаться в паре. Она отвлекала огненными шариками, он бил ледяными молниями. Здоровенный парень с квадратным подбородком, который импонировал мне только за то, что он рыжий, умел напускать временную слепоту, и это было, пожалуй, самым опасным оружием для противоборствующей стороны. Рыжий слепил, его верткий напарник по прозвищу Уж пеленал тугой сетью. Сплести подобную сеть за считанные секунды могли лишь очень сильные маги. Эмиль Биркеланд при этом был вездесущ, замечал любые огрехи своих подопечных, успевая кидать важные замечания во время побоища.

Постепенно дерущиеся начали выбывать, и один за другим усаживались рядом со мной на мягкий мат. На островке тренировочного поля остались Шарлота с Иреком и Рыжий с Ужом. Я поставила на вторую пару, но брат с сестрой меня удивили.

Маленькие огненные шарики в руках Шарлоты увеличились в размерах, и когда Рыжий ослепил ее, она раскрутилась вокруг своей оси, выпуская горящие мячи во все стороны, тем самым уничтожая сплетенную Ужом сеть.