Пассажирка (СИ) - Серебрянская Виктория - Страница 9

Училась я столь же самозабвенно, как и готовилась к поступлению. В группе была едва ли не самой лучшей. Но время шло, а никто не торопился делать мне заветное предложение. Более того, примерно к концу третьего курса, когда нас начали отправлять на практику на корабли, я стала постепенно прозревать. Потому что меня, одного из самых лучших курсантов, начали запихивать на практику только на короткие рейсы внутри ближайшего сектора. В то время как парни, учившиеся вместе со мной, летали на боевых крейсерах и роскошных рейсовых лайнерах. Возможно, я бы смирилась с этим, если бы меня окружали молодые, неженатые и успешные. Но глядя на обрюзгшие, усталые, равнодушные лица, давным-давно смирившиеся с рутиной, я постепенно была вынуждена признать крушение всех своих жизненных планов.

Пилотов регулярно приглашали на различные вечеринки. И моя группа никогда не игнорировала подобные приглашения. Вот и в самом начале пятого курса я потащилась вместе с парнями «отметить, как следует начало последнего учебного года». К этому времени я уже хорошо знала, что на подобные мероприятия приглашают в основном девицы с лингвистического, у которых мужчин на потоках было столько же, сколько и воды под палящими лучами солнца в пустыне. А они так же, как и я, мечтали удачно выйти замуж. Наивные.

Я шла, уже ни на что не надеясь. Просто чтобы развеяться, отвлечься от безысходности, владевшей мной в последнее время. Летнюю практику я провела на грузовом звездолете, принадлежащем одной торговой компании средней руки, торгующей чаем и чайными смесями. Фирма была достаточно богата, чтобы содержать собственный мини-флот из двух сухогрузов. Но недостаточно, чтобы обеспечивать дальность рейсов и романтику космоса. Самый длительный мой рейс составлял всего четыре дня. Но даже с этим можно было бы смириться, если бы не капитан: толстый и обрюзгший полукровка-килл, обладатель пивного брюшка и похотливых глазок. В самый первый наш совместный полет мне пришлось вспомнить все, что я знала о самообороне. На ближайшей стоянке, пока корабль разгружался, мне пришлось приобрести себе электрошокер. И с тех пор капитан держался от меня на пионерской дистанции. Но характеристику накатал такую, что мне понизили балл за прохождение практики. Скотина.

К превеликому моему удивлению, эта вечеринка отличалась от множества других, которые я посещала, тем, что пилоты оказались не единственными мужчинами на этом празднике жизни. Я ошарашенно заморгала, когда заметила пятерых арлинтов. И затаила дыхание, не веря собственному счастью, когда узнала, что парни с отделения дипкорпуса.

Этим вечером мне впервые за все время помог выбор профессии. Девицы-лингвистки меркли на фоне девушки-пилота, пусть и землянки. И арлинты быстро сделали стойку в мой адрес. Но Дариан оказался шустрее всех...

В тот вечер Торн покорил меня своим заразительным дружелюбием. Искорки в его бирюзовых глазах мерцали так восторженно и чуточку загадочно, что я очень быстро сдалась на милость победителя. Вновь воспарила на крыльях мечты и начала строить планы на нашу будущую совместную жизнь. Тайком просматривала свадебные каталоги, ожидая, когда Дариан представит меня своим родителям. И он представил. А я узнала, что Дариана растили совсем не для брака с безродной землянкой…

[1] Героиня книги «Полет однодневки»

Глава 3

— Долгий полет… — Дариан, будто издеваясь, с легкой насмешкой смаковал это слово, иронично глядя на меня поверх своего бокала. И тут же, не переставая улыбаться, неожиданно прохладно добавил: — И, боюсь, для тебя, Агги, он будет полон неприятных сюрпризов, если ты продолжишь играть в эту игру в одиночку.

Я сделала вид, что не заметила подначки. Но не без усилий. Очень хотелось стукнуть наглеца за игнорирование моих просьб. Говорила ведь не называть меня настоящим именем!.. Пришлось буквально заставлять себя расслабиться и откинуться на спинку кресла, подражая вальяжной манере киллов.

— Торн, — я выделила его фамилию голосом, стараясь подчеркнуть дистанцию. — Не стоит преувеличивать. Подумаешь, инспектор проявил излишнее рвение. Столица Альянса — место свободное, разберутся. А вот ты… ты все такой же. Напыщенный и уверенный, что мир вращается вокруг твоих желаний. Наверняка летишь в Арганадал, чтобы занять какое-нибудь теплое кресло, которое тебе приготовили родители?

Я намеренно ударила по больному, ожидая увидеть на его лице тень раздражения. Пять лет назад его семья послужила тем самым барьером, о который разбились мои мечты. И да, я была железно уверена, что его уже давно женили на какой-нибудь чистокровной арлинте из «высшего круга». А теперь Дариан просто ищет «свежих» впечатлений и острых ощущений. Так что играла почти на грани фола.

Это было так странно. Я почти балансировала над пропастью, пытаясь спасти собственную шкурку, а рядом богатые обитатели люксов даже не подозревали о том, кто я такая. «Ротонда» постепенно заполнялась пассажирами. За соседним столиком пара пожилых арлинтов негромко обсуждала котировки акций на Дарисе, совершенно не замечая, что в метре от них разыгрывается драма. Звон дорогого хрусталя и приглушенный гул десятков голосов сливались в ровный шум, который должен был скрывать наши слова, но на нервах мне казалось, что каждый мой вздох звучит как выстрел.

Дариан лишь усмехнулся в ответ на мои язвительные слова, но в его бирюзовых глазах промелькнула странная, почти печальная искорка.

— Родители всегда были полны планов на мой счет, это правда, — неожиданно легко согласился со мной блондин. — Но они, как и ты, часто недооценивают мою способность… менять курс на нужный мне в последний момент.

Он вдруг подался вперед, оказавшись так близко, что я почувствовала аромат его кожи — тот самый, из воспоминаний. Как оказалось, несмотря на мои усилия, я так и не смогла вытравить его из памяти до конца. И теперь мое тело отозвалось предательским теплом, которое я так старательно гасила все эти годы. Еще и Дариан, будто намеренно усиливая эффект, протянул руку и кончиками пальцев коснулся пряди моих волос, выбившейся из-за очков.

— Ты не спросила, женат ли я, Агги, — вкрадчиво продолжил он. — Ты просто предположила худшее. Все такая же колючая...

Я замерла. Даже на миг затаила дыхание. Вдруг показалось, что всех этих лет словно и не было. Что я все еще учусь в академии, а мы с Дарианом сейчас направляемся на практику. Или возвращаемся с нее в академию. Что я по-прежнему юная и беззащитная. Не знающая еще, каково на вкус предательство…

— Это не имеет значения, — фыркнула я, опомнившись. И дернулась, уходя от его прикосновения. — Твоя личная жизнь — последнее, что меня сейчас волнует. Куда важнее, почему ты решил, что у тебя есть право диктовать мне здесь условия.

Торн знакомым жестом чуть откинул голову назад, наградив меня пристальным и насмешливым одновременно взглядом бирюзовых глаз. На его чувственных губах промелькнула торжествующая усмешка:

— Потому что Ворн не спускает с тебя глаз, — он кивнул в сторону бара, не оборачиваясь. — И потому что я единственный на этом корабле, кто не будет задавать лишних вопросов, когда в твою каюту придут с «плановой проверкой систем». А они придут, поверь мне. Ворн из тех, кто предпочитает вскрывать нарывы превентивно.

Я почувствовала, как по спине снова пробежал холодок. Чемодан. Кейс Малистера. Во время рейса Служба Безопасности на корабле — царь, бог и президент в одном лице. Если Ворн зайдет в мою каюту, он точно не откажется переворошить все мои вещи. А я не сумею его остановить…

— И что ты предлагаешь? — мой голос стал тише. — Бесплатную защиту от старого друга?

Я все еще пыталась язвить. Но как бы ни старалась, голос выдавал мое напряжение и тревогу.

— Друг — это слишком громко сказано, — Дариан выпрямился, неуловимо меняясь. И его лицо снова стало идеальной маской непроницаемого спокойствия. — Давай назовем это временным союзом. Твоя каюта на палубе «А» хороша, но моя — в секторе «Зенит». Там не просто конфиденциальность, там экстерриториальность. Ни один инспектор безопасности не имеет права пересечь этот порог без санкции правительства Альянса. Там у Ворна нет прав. Никаких.