Мастер Алгоритмов. ver. 0.2 (СИ) - Петровский Виктор Эдуардович - Страница 49

«Двое обходят справа, — продолжал кот свою сводку. — Движутся быстро, пока остальные отвлекают твое внимание».

Спасибо, мохнатый. Работаем.

Я полностью доверился информации своего хвостатого разведчика. Слышал только выстрелы, если б не он — то и не знал бы, что меня обходят. Я сместился чуть глубже за укрытие, развернувшись вправо. Присел на одно колено.

Первый фланговой начал появляться из-за угла. Хорошо заходил, грамотно, без лишнего шума. Одна беда — я уже ждал дорогого гостя, сюрприза не получилось.

Я вскинул левую руку. Намерение, жест, формула. Я «видел» у себя в уме результат, я его чувствовал — отвести руку в сторону, обезопасив меня меня, затем сломать, обезвредить. Так и вышло. Он нажал на спуск, но поздно — пуля ушла в совершенно ином направлении, врезавшись в бетонную стену. Затем его рука хрустнула, он взвыл.

Вот она, прелесть «Захвата». Бросил и забыл. Алгоритм сам разберется, как руку выкрутить и как ее сломать, чтобы выполнить вложенное намерение.

А я, тем временем, ударил «Копьем», одно свое плюс два из «Отложки». Центр-центр-голова. Как Милорадович учил — никогда не думай, что враг обезврежен после одной атаки. И был прав. Один выстрел — один труп оставим компьютерным играм и голливудским боевикам. В жизни лучше перебдеть, даже если голову ему расколол — дай еще огня, не жадничай, патронов (или энергии) много, а жизнь у тебя одна.

Вот тройной атаки хватило. Бандит сложился на полу, издав звук, похожий на скулеж. Этот был уже точно не боец. Голову хоть целой сохранил — третье «Копье» промазало.

Второй обмудок отошел, отстреливаясь. Его я не смог достать. Пока что.

Я перебрался за длинную, массивную линию застывшего конвейера. Этот маневр они попытались провернуть еще несколько раз. И, надо отдать им должное, правильно делали. Грамотно. Одни давили меня огнем, не давая высунуться. Другие в это время обходили, чтобы меня прикончить. Разумно? Абсолютно. Классическая тактика, про которую даже я знал.

И первая ее часть работала. Я и носа высунуть особо не мог, не рискуя подставиться, а уж тем более прицельно выстрелить. А вот со второй были проблемы.

Многих других на моем месте они бы уже обошли и прикончили. Но у меня в рукаве была пара козырей, которые мешали им это сделать.

Первый —алгоритмическая магия. Мой «Страж» прикрывал меня от шальной пули или заклинания, даже если мне случалось подставиться. Многих попаданий сразу он бы не выдержал, так что геройствовать на простреле не вышло бы, но на то я и укрывался.

И второй, главный козырь — Баюн. Сложно было переоценить пользу от такой личной «разведки с воздуха», обо всех их хитростях докладывавшей прямо мне в мозг. А еще он мог, в случае чего, прикрыть меня собственным щитом. Но злоупотреблять этим не следовало.

Они пытались меня обойти, а я уже знал, куда и когда нужно выстрелить, чтобы их отпугнуть. Они пробовали занять выгодную позицию, а я уже встречал их огнем. Они пытались окружить меня, а я тоже на месте тоже не сидел. Постоянно двигался, меняя позицию, укрытия, удерживал их с одной стороны от себя.

Яркая, ядовито-фиолетовая вспышка показалась сверху, огибая конвейер, за которым я и засел. Мой «Страж» среагировал мгновенно — прямо надо мной вспыхнул и погас вибрирующий диск щита, гася удар.

Затем — еще вспышка. И еще. Мой щит держался. Часть атак и вовсе уходила «в молоко», потому что на месте я не сидел ни секунды. Но попытка была хорошая, грамотная.

Ставлю зачет.

Этот балет мог продолжаться вечно. Они не могли достать меня. Я не мог быстро и безопасно достать их. Они рассредоточились по укрытиям, и стреляли, стоило мне высунуться. А я гонял вдоль конвейера, отстреливаясь и отбиваясь от их магических «плевалок». Можно было, конечно, рискнуть, подпустить одного из них поближе на очередном фланговом маневре, а потом резко сократить дистанцию. Но рисковать тоже не хотелось.

Да и бандюки действовали осторожнее. Не вплотную обходили — пытались занять укрытия на моих флангах, думая, в первую очередь, о своей безопасности. Не так-то просто было их отгонять, но я справлялся.

Одному из этих баранов, похоже, пришла еще разумная идея в дурную голову.

«Один полез наверх, — сигнализировал Баюн. — По лестнице идет, на технические мостки под потолком».

Да я и сам его заметил. Хотел, наверное, занять выгодную позицию, с которой простреливалось мое укрытие. Но была одна проблема. Чем выше он поднимался, тем лучше и я его видел. И, в конечном итоге, мог атаковать его, не высовываясь под пальбу остальных.

Я ударил «Рассечением». Широкое «лезвие» кинетической энергии рубануло его по ногам. Горе-снайпер покачнулся и покатился вниз по ступеням.

«Не поднимается, — констатировал Баюн. — Минус три».

Это было хорошо. А вот что было плохо, так это то, что, пока я тут отплясывал с этими смертниками, моя главная цель — Гаврилов — с каждой секундой становилась все дальше. Он, а не эти кретины, был моей задачей.

А «Скальпеля» все не было. Время работало против меня.

Я на секунду перевел дух, привалившись спиной к холодному металлу конвейера. Быстрым, отработанным движением я сбросил пустой магазин и вставил новый.

«Плохие новости, Дмитрий, — раздался в голове спокойный голос Баюна. — В цех вошли еще двое. Со стороны бокового входа. Свежие, вооружены».

Ну, не все коту масленица. Где-то обстоятельства сложились хорошо, а где-то как сейчас. Минус три, плюс два, вот такая вот сраная арифметика. Итого пять бандюков, из которых два еще свежие, против одного маленького меня. Шансы снова стали так себе.

И снова меня давили, а я отбивался.

Надо было что-то делать, и делать быстро. «Скальпель» князя где-то задерживался. Рассчитывать на них было глупо. Что у меня было? Рискнуть и пойти на прорыв? Так хрен его знает, как долго мой «Страж» выдержит такой концентрированный, перекрестный огонь, даже со щитом Баюна. Кинуть ту гранату, «Затмение»? Купол темноты слишком маленький, всего десять метров радиуса. Они просто расстреляют эту темную сферу вслепую, могут и зацепить. Не вариант.

Я поднял глаза. Высоко под потолком, на балке, сидел Баюн, наблюдавший за нашими разборками с абсолютным спокойствием.

И тут в голове родилась новая идея. Я вспомнил про нашу с ним тренировку, и понял, как мне выбраться.

«Баюн, — подумал я, зная, что Баюн мою мысль услышит. — План „Финт ушами“. Поможешь?»

«Не вопрос, мудрейший хозяин, — тут же отозвался кот в моей голове. В его мысленном голосе слышалась откровенная скука. — А то я тут уже скучать начал. В чем суть?»

«В иллюзии звука. Сможешь?»

«Конечно. Ты же знаешь, в иллюзиях я мастак».

«Отлично, — я почувствовал, как внутри разгорается азарт. — Задача. Сначала — приглуши звук моих шагов. Полностью. Затем — создай шум вон там, справа от них, за теми стеллажами. Громкий, правдоподобный шум, выстрелы, шаги, можешь даже крепкого словца добавить моим голосом. Заставь их поверить, что я перебрался туда».

«Понял! — в голосе Баюна появился неподдельный энтузиазм. — Сейчас будет, не изволь беспокоиться, хитрейший хозяин».

Я приготовился бежать. Мяч был на стороне Баюна.

И Баюн не подвел.

В правом крыле цеха, далеко от меня, за несколькими рядами станков, раздался грохот. Будто стеллаж уронили. Шум был настолько реальным, что я сам на секунду поверил в него.

Тут же — выстрелы. Идеальный звук, точь-в-точь как от моего пистолета. Даже звук попадающих пуль Баюн имитировал.

И мой голос. Что этот голос выкрикивал — про бандитов, ближайших членов их семей, их предков и друзей — я пересказывать не решусь.

— Он там! Справа обходит! Гаси его! — заорал один из охранников.

Заглотили наживку. Идиоты.

Все пять стволов, до этого поливавших огнем мой конвейер, мгновенно развернулись и обрушили всю свою ярость на пустой угол цеха. Заклинания и пули с грохотом врезались в металл, выбивая снопы искр.

Пора.

Я сорвался с места. Заклинание Баюна окутало меня коконом тишины. Мои ноги не издавали ни звука. Я бежал к спасительной темноте коридора в глубине цеха, по которому ушли Гаврилов и Игнат.