Без запретов - Jet Nadya - Страница 39

Отложив ее телефон в сторону, чтобы не было соблазна вернуться к первоначальной цели, Теодор вернулся к Джасперу и продолжил фотосессию с задором, наблюдая, как девушка изучает каждый кадр с интересом художника. Так он отвлек ее внимание еще на пару десятков минут.

Прощаться приходилось недолго. Лоран поблагодарил студентов за вечернюю компанию, после чего спустил ребят к машине личного водителя и попросил прислать выбранные Джаспером снимки на почту, чтобы согласовать публикацию. Обнимая Кимми, он пожелал ей удачи и обещал, что вскоре они обязательно увидятся. Она этому смутилась. Поведение парня казалось слишком прогрессивным на ее счет. Те прикосновения никак не вязались с приятельским проявлением внимания в ее сторону, однако пришлось просто подумать, что такая манера общения свойственна творческой натуре Теодора. Большинство творческих личностей были со своими тараканами в голове, и не ей было их судить.

По приезду домой Кимберли помахала Джасперу на прощание и побежала внутрь, чтобы не промокнуть до нитки из-за сильного ливня. Дождь барабанил по крыше, уничтожая тишину домашнего очага. Оказавшись внутри, она вздрогнула при виде с ног до головы мокрого Раймонда, шагающего прямо на нее с невероятно разгневанным лицом.

– Где ты была? Почему телефон выключен?

– Раймонд… – Ее рука потянулась к его лицу, но мужчина дернул головой, не давая к себе прикоснуться. – Что происходит?

– Куда он увез тебя, Кимберли?

– Кимберли? Опять этот пренебрежительный тон, как в первые дни в особняке? Мой телефон разрядился! – Она машинально показала выключенный экран и несколько раз нажала на кнопку блокировки. – Видишь? Не работает, Мистер Ротштейн!

– Не надо злиться на меня, когда именно твоя беззаботность приводит к подобному общению.

– К подобному общению?! Ты налетел на меня, как бешеный пес, которого забыли покормить, и думаешь, я буду как пай-девочка отвечать на все твои яростные вопросы? Если бы была возможность связаться с тобой, я бы связалась!

Сняв мокрую куртку, она обошла мужчину стороной, чтобы пройти на кухню. Такое отношение и манера общения выводили ее из себя, так как он даже не думал поговорить спокойно.

– Ты могла зайти ко мне перед тем, как решить поехать с этим недоумком черт знает куда, но ты и этого не сделала. Почему так сложно просто предупредить, чтобы я не ездил по городу и не искал тебя?

– Мне есть смысл отвечать, когда ты в такой агрессии?

– Постарайся, ведь пока ты вообще ничего не сказала.

– Знаешь что, Раймонд, ты явно не в себе.

– Я?!

– Да, ты! – Он издал смешок, пытаясь понять, серьезно ли она считает, что его нападки на пустом месте. – Я думала, ты доверяешь мне и чрезмерно уверен в себе, чтобы не называть Теодора недоумком на пустом месте.

– Дело не в нас, а в нем! Он ненормальный!

– Потому что работает со мной?

– Не в нас дело, ты не слышишь? Он специально возится с тобой, так как видит, что ты мое слабое место, по которому можно спокойно бить до того момента, пока не получит от меня нужной реакции.

– Ох, как с Ником? Ты везде видишь соперников, которые спят и видят, как насолить тебе с помощью меня, но это чертов бред. Из жизни не крутятся вокруг тебя! Более того, я считаю, что ты им настолько безразличен, что и представить невозможно. Тебе так точно.

– Думаешь, я настолько влюблен в себя?

Кимми попыталась промолчать, чтобы не напасть на него с очередной порцией оскорблений, хотя с ее вспыльчивостью такое воздержание можно было считать восьмым чудом света. Она представляла, как кидает в него кухонные полотенца, чтобы хотя бы немного успокоиться. Пришлось выдохнуть, натянуть безразличие на лицо и занять чем-то руки, под которые попала грязная тарелка. Оливер опять не помыл посуду!!!

Включив воду, она отвернулась от Раймонда и принялась заниматься обычными делами, что для мужчины стало последней каплей. Она точно над ним издевалась. Развернув Кимми к себе лицом, он поместил руки на краях мойки по обе стороны ее бедер, чтобы ограничить движения. Кимберли демонстративно предприняла попытку отвернуться, но мужчина чуть ли не прижал ее телом к раковине.

Голос стал ниже, появилась хрипотца.

– Увижу его еще раз рядом с тобой, придется забыть о том, какой я джентльмен в глазах любого, кто таковым меня считает. Больше никаких интервью, никаких встреч с ним, Кимми.

– И что ты собираешься с ним сделать? Побьешь? Это варварство для кого-то вроде тебя. Ты не так воспитан, чтобы махать кулаками вместо разговора.

– Плевать я хотел на воспитание. К черту.

– Хватит, Раймонд, прекращай. Теодор ничего не сделал, мы просто съездили до его студии, чтобы Джаспер сделал хорошие фотографии для журнала, а я хотела поддержать его. Поэтому у меня не получилось тебя предупредить, и ты знаешь, что были веские причины этого не сделать.

– Больше никогда, Кимми, – грозно выговорил Раймонд, наклоняясь к ее лицу как можно ближе. – Никогда не уезжай с ним ни под каким предлогом и условием.

– Хватит.

– Не испытывай меня. – Его пальцы невольно коснулись щеки, прошлись по очертанию скул, чтобы остановиться на подбородке. Большой палец надавил на нижнюю губу, слегка оттянул ее в сторону. – Не показывай свой характер, побудь хоть немного послушной.

– Иначе?

Он прекратил наблюдать за ее губами, переместил взгляд на кристально чистые голубые глаза, перед которыми не мог устоять, словно те гипнотизировали его сознание. Они казались такими голубыми, выглядели так невинно, несмотря на то, что Кимберли злилась и хмурила брови, всем видом демонстрируя свое недовольство. Губы Раймонда едва приоткрылись, но она обратила на это внимание, ощущая, как внизу живота разжигается предательский огонь. Он это почувствовал, поэтому с вызовом смотрел в глаза и просто выжидал. Кимми ощутила смущение, будто они виделись впервые и стояли слишком близко друг к другу для незнакомцев.

– Ч-что ты делаешь?..

– А на что это похоже?

Мужчина наклонился ближе, приоткрыл губы, чтобы ее приоткрылись в ответ, предвещая поцелуй, но Раймонд на это только ухмыльнулся. Кимми закатила глаза, отдалилась, чтобы одарить его осуждением.

– В чем дело? – спокойно произнес он. – Не нравится?

– Тебе лишь бы поиздеваться, Ротштейн. Иди-ка к черту со своим самомнением. Иногда ты меня так бесишь, что я готова тебя придушить!

Раймонд взял ее руку и сжал на своей шее. Кимми взбунтовалась, предприняла попытку отдернуть ее, но мужчина моментально вернул ее на первоначальное место, резко дергая девушку на себя.

Оба застыли.

Хоть Кимберли и не упускала возможности показать всю свою неприязнь с помощью поведения, Раймонд быстро остыл, чтобы перестать ее винить в этом. Именно такой она ему и понравилась несколько лет назад, а сейчас ностальгия по их перепалкам в самом начале далекого лета успевала насытить его приятными впечатлениями.

Он притянул ее к себе и поцеловал так чувственно и страстно, что у Кимми подкосились ноги. Чередуя верхнюю губу с нижней, Раймонд покусывал их, успевая проникнуть языком внутрь, пока сильные руки сжимали ткань ее одежды, не в силах избавиться от нарастающей одержимости.

Кимми была так прекрасна, что его мания к ее присутствию и прикосновениям начинала смахивать на болезнь. Но ему было плевать, как это могло выглядеть со стороны. Их страсть уничтожала все вокруг, но не их самих.

Она слегка оттянула нижнюю губу мужчины, вынуждая его приоткрыть глаза и с восхищением наблюдать за происходящим, чтобы через пару секунд взять инициативу в свои руки, усадить девушку на поверхность стола и, раздвинув ноги, поместиться между ними, притягивая ее ближе. Кимми чувствовала, как быстро и отчетливо начинает биться его сердце, как только пальцы проникают под рубашку, касаясь кожи. Раймонд начинал дышать глубже, отстранялся, чтобы взглянуть на ее вздымающую от частого дыхания грудь. Кимми это заметила, лукаво улыбнулась и слегка коснулась губами уха, прошептав: