Без запретов - Jet Nadya - Страница 10

– Что с лицом, дорогая? – улыбнувшись, поинтересовалась рядом стоящая женщина.

– Кто тот молодой человек за крайним столиком?

– Не знаешь гостей на собственном торжестве? – Марлен одарила подругу многозначительным взглядом, от которого та мягко рассмеялась. – Теодор Лоран, французский фотограф, получивший несколько наград в международных премиях в области фотографии. Любимчик Европы.

– Прямо так и называют?

– У него много доброжелателей среди молодежи и поддержка от влиятельных людей. Этим званием он славится на ура.

– Скажи, Дарси, раз ты в курсе востребованности и перспективы молодых талантов мира… Кто из моего семейства стоит впереди этого парня?

Женщина слегка прищурилась, пытаясь понять суть вопроса, но лицо Марлен оставалось без эмоций. На нем не читалось даже любопытство, которым та была переполнена.

– Ян?

– Я не прошу угодить мне, Дарси, а просто спрашиваю твое мнение. Кто-нибудь из моей семьи славится таким же успехом, как этотТеодор? Любимчик Европы звучит как полноценный титул.

– Обычно тебе не интересны светские сплетни, – ухмыльнулась женщина, понимая, что подруга хочет знать о востребованности своей семьи в обществе. – Я понимаю твое любопытство, дорогая, и нисколько не осуждаю. Всегда приятно знать, что ты или кто-то из близкого окружения является обсуждаемой персоной. Разумеется, такая имеется. После неожиданной новости о разрыве помолвки и открытия первого банка в Америке Раймонд производит на всех сногсшибательное действие. Людям не хватает его публичных выходов, из-за чего интерес только подогревается. Будь у него пиар-агент, боюсь представить, что бы происходило с бедными девушками. Вы, Ротштейны, имеете безупречный немецкий шарм, к которому хочется прикоснуться.

– При этом с французом нам не тягаться…

– Он публичная личность в творческом направлении, а вы предприниматели. Для вас главное – клиенты и то, чем вы можете их привлечь и удержать. У Лорана же задача немного другая: чем больше людей о нем знает, тем больше контрактов он подпишет. Здесь работает внешность и харизма для получения так называемых клиентов, затем в ход идет уже талант. Ему необходимо крутиться среди таких же популярных людей, чтобы владеть влиянием.

– И что же сделать? Завести Раймонду страницы в социальных сетях? Он это ненавидит.

– Ты собираешься раскручивать племянника? Что происходит? К чему эти вопросы?

Марлен хотелось понимать, что Кимми не поддастся обаянию фотографа, или же ей просто не хотелось представлять кого-то другого рядом с ее девочкой. Она чувствовала, что их история с Раймондом еще не подошла к концу, и свято в это верила.

– Готовься поболтать с любимчиком Европы.

Стремительно шагая к столику, женщина с улыбкой подошла ближе и остановилась рядом со стулом Кимми, положив руку на спинку. Девушка немного растерянно улыбнулась, позабыв, что должна была найти крестную.

– Марлен, ты уже знакома с Теодором Лораном?

– Здравствуйте, Мисс Ротштейн. – Мужчина поднялся, чтобы выказать уважение, и тут же поцеловал руку женщины. – Хотел вас лично поздравить с открытием новых филиалов, но, к счастью, немного отвлекся.

– Я очень ценю ваше присутствие, Мистер Лоран, – без какой-либо наигранности ответила она, хотя, присмотревшись, в ее взгляде можно было заметить подозрительную наблюдательность. – К сожалению, я не видела ваши работы, о которых мне любезно рассказала моя хорошая подруга.

– Не страшно, о моих фотографиях, как и обо мне, не обязаны знать все и каждый. Достаточно тех, кто однажды их увидел и уже не сможет забыть. Будь это хоть один человек, я бы ценил и это.

Взглянув на Кимми, Марлен заметила, с каким восхищением та на него смотрит. Она по-настоящему восторгалась этим мужчиной, о чем говорил ясный взгляд.

– Очень достойно, Мистер Лоран.

– Прошу, зовите меня Теодор. Кимми рассказала, что вы недавно давали интервью Vogue. Кто делал ваш общий снимок?

– Я не запомнила, но моя подруга знает куда больше. – Марлен кивнула в сторону женщины. – Она фанатка твоих работ, Теодор, и, по секрету, я обещала, что смогу вас познакомить. Ее зовут Дарси.

– Что же… Я всегда открыт к новым знакомствам.

– А Дарси уже не в силах терпеть и вот-вот познакомится с кем-нибудь другим.

Марлен широко улыбалась, бегая взглядом от молодого человека к одиноко стоящей женщине, из-за чего Кимми слегка нахмурилась. Было понятно, что она пытается избавиться от Теодора, и, кажется, парень сам это понял. Сказал:

– Тогда нужно поспешить. Увидимся позже, Кимми, было приятно поболтать.

– Взаимно.

Наблюдая за ними, Марлен невольно закусила губы и ждала, когда Теодор уйдет.

– Что ты делаешь? – возмутилась Кимберли, как только парень отошел достаточно далеко.

– Ничего такого, просто исполняю желание моей подруги, только и всего.

– С таким лицом и притворством в голосе? Ни за что не поверю.

– Ладно, я решила, что он тебя донимает, и попыталась помочь.

– Донимает, Марлен? – Кимми рассмеялась. – Я встретила одного из самых талантливых людей нашей реальности. Ты видела его работы? Они невероятные! Нежность и легкость, эротика через взгляды моделей, которых Теодор снимает. Это самый лучший талант, который только может быть у человека.

– Ну… взгляды моделей не от него зависят.

– Это еще почему? Он же общается с ними, просит дать необходимую эмоцию и вдохновляет, чтобы добиться нужного снимка. Дело не только в умении моделей.

– Все профессии важны. Неужели он настолько гениальный, что от моделей ничего не зависит? Что? Он может фотографировать обычный манекен и остаться гениальным?

Кимми судорожно достала из сумочки телефон, чтобы быстро найти работы Теодора и показать их крестной. Марлен подметила, что снимки в действительности выполнены качественно и профессионально, однако признавать это или отрицать она не собиралась. Нет никого лучше Раймонда, тем более в борьбе за сердце ее Кимми.

– Неплохо.

– Серьезно?!

– Леди.

Теодор и Дарси подошли ближе, чем немного застали Марлен врасплох. Она натянуто улыбнулась, а как только Лоран перевел внимание на Кимми, с недовольством взглянула на подругу. Дарси лишь пожала плечами, а Теодор предложил:

– Давайте поболтаем все вместе. Кимми сказала, вы очень близки, Марлен? Что скажете о ее рвении стать журналистом? По мне, она может добиться в этой деятельности больших высот. Не каждый человек может расположить к себе одним лишь разговором, да и в индустрии сейчас так мало людей, с которыми так приятно поговорить.

Он будто бы прощупывал почву, чтобы узнать о Кимберли со стороны. Любой его брошенный в сторону девушки взгляд напоминал прищур хитрого лиса, и Марлен это видела. Раскусить Теодора было крайне просто, ведь ее средний племянник владел хитростью в сто раз профессиональней, в отличие от Лорана. Женщина не собиралась рассказывать о крестнице даже под предлогом обычной беседы.

– Кимми очень открытая девочка, и я без сомнений знаю, что рвения у нее не отнять, тем более в общении. Талант в разговоре действительно редкость.

Теодор лукаво улыбнулся.

– Ох, ну это я и сказал, Мисс Ротштейн. Она всегда владела таким талантом?

– С детства, Теодор.

– Расскажите.

Кимми с беспокойством взглянула на крестную.

Марлен вела себя неестественно, поскольку ранее никогда не упускала возможности с любовью поговорить о крестнице и рассказать, как сильно ей восхищается. Однако в этом случае подходила к ответам крайне осторожно. Со стороны казалось, что она и француз испытывают друг друга не только взглядами, но этим разговором.

Пауза под такими взглядами затягивалась, а когда Кимми хотела разрядить повисшее напряжение, телефон завибрировал. Это была Саманта по вопросу совместной работы, которую они договорились провести на вечернем созвоне.

– Прости, я потеряла счет времени, – сообщила девушка, отойдя в сторону. – Где-то через час буду дома, и тогда поговорим, ладно? Я сама наберу.