Древесный маг Орловского княжества 13 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич - Страница 41

И как заржёт. Никита держится из последних сил, но затем тоже начинает смеяться. Княжна глаза голубые закатывает.

— Все вы мужики одинаковые, — хмыкает, глядя на меня с укором.

— Бабы тоже примерно все одинаковые, — пожал плечами я и ретировался.

Не скажу же ей, что она особенная — иначе зазнается. Чем меньше ей внимания, тем она больше старается его получить.

Ужинаю во Дворце с семейством и князьями. Обстановка неформальная, бурно обсуждаются схватки, высмеиваются иностранцы. В процессе посыльный приносит весть от Руяны, что она готова работать.

Думал деликатно всё объяснить жене и попросить пройти со мной, взывая к благоразумию. Но в итоге сопли жевать не стал. Взял за руку и повёл, молча. Василиса поплелась послушно. Как бы она ни капризничала, перечить мне не смеет. И если что–то надо — значит надо. Просто так я ничего не делаю.

Когда вошли к Руяне в покои, жена всё поняла. Ей достаточно было увидеть жрицу и её инструмент. Она ведь уже соглашалась на татуировку, послушав меня. Тогда я ей всё объяснил, но теперь просто скомандовал:

— Раздевайся по пояс. Не волнуйся, я буду рядом.

— А это не навредит нашему сыну? — Произнесла она умирающим голосом.

И я увидел, как она тянется к Розе, что у неё за пазухой.

Вот тебе и послушная жена! Видимо, я совсем перестал разбираться в людях.

— Нет, это защита, — обнадёжил я, придерживая от опрометчивых решений.

— Если вы желаете добра, то вам нечего бояться, — выпалила жёнушка, настаивая на том, чтоб накалить свой палец на шип Розы.

— Пусть сделает это и успокоится, — произнесла Руяна без тени сомнений. — Иначе мы ничего не исправим.

— А что вы хотите исправить? — Зацепилась Василиса тут же.

— Нужно просто убрать руну на твоей спине и всё, — заворчал я, вынул Розу сам и предложил: — Ну? Давай.

Жёнушка даже не засомневалась, проткнула палец, покривившись. Роза засияла, и пузырь защитного поля стал разрастаться. Затаив дыхание я наблюдаю, как оно окутывает жрицу, затем Гайку. Эти сидят спокойно. А вот я вдруг задыхаться стал! Что–то внутри меня противится ему отчаянно, рвётся из меня отдельным существом. Держусь из последних сил, не шевелюсь! Иначе это погубит наши отношения.

В холле забегали, засуетились.

— Хватит, — выдавил я и стёр кровь с шипа.

Поле медленно пошло на убыль. Василиса посмотрела на меня перепугано, будто разглядела во мне врага. Но затем произнесла решительно:

— Делай своё дело, жрица.

До часа ночи возились, но Руяна постаралась на славу. Она не нарушила контуры, как я предполагал, а полностью вывела татуировку. Надо отдать должное и Василисе, которая мужественно и стойко перенесла процедуру. А потом я взял её на руки и понёс в покои, где мы благополучно уснули под одним одеялом.

Ночь выдалась беспокойной. Раза четыре я подрывался и активировал сканер. Ни упыри, ни прочие монстры так серьёзно не беспокоили меня, как этот инопланетный уродец. Ведь именно от таких, как он, я получил возможность проходить сквозь стены. Поэтому надо быть наивным, чтоб исключить эту возможность с его стороны.

Пусть Странник и не убил меня, но своё пакостное дело сделал — теперь я не могу спокойно спать, пока его не найду.

Встал с рассвета. По упырям никаких новостей. Да и в целом спокойно всё. Завалился уже досыпать, но тут подорвалась Василиса с криками. Жене приснился кошмар, затем заболел живот. Лекари примчали, дали снадобье.

Решил, что на Стадион мы сегодня не явимся. Пусть проводят командные бои без нас. Мы уже видели всех в деле. Дальше это шоу отдаём на откуп организаторам.

Остался с женой, к обеду её самочувствие пришло в норму. Она даже повеселела, после трапезы прогулялись с ней по дворцовому парку, посидели в беседочках и пособирали цветочки с ягодками. Прежде слуги от неё шарахались, а теперь повсюду вьются, смотрят очарованно. Да я и сам от неё отойти не могу, хочется любоваться. Похоже, её аура полностью восстановилась.

Здесь мы подстраховались. Но у нас новые проблемы.

Ещё до прогулки вызвал десятников гвардии и сотников стражи Дворца и под строжайшим указанием о неразглашении проинструктировал по поводу Странника. Чтоб смотрели лучше и обращали внимание на любые искажения в пространстве. Настропалил караулы наблюдать за воздухом.

Полагаю, корабль пришельца не имеет такой же маскировки, иначе бы крестьяне его не увидели удирающим. Поэтому явиться скрытно сможет только под покровом темноты. Вопрос лишь в том, какой именно ночью решится на повторный заход. Может, он уже вернулся или собирается? Надеемся на лучшее, но готовимся к худшему.

Проведя весь день с женой, явился на Стадион лишь к награждению. Судя по тому, что Ярославец уже с обеда гремел, аж слышно было даже в дворцовом парке, пропустили мы много интересного. Хотя я и не расстроился ни на грамм.

Даже когда всё закончилось, трибуны продолжили рвать воздух от восторга. Люд не расходится, продолжая ликовать и скандировать имена полюбившихся героев. Кажется, вот–вот обрушится небо, от таких децибел. Корабль Странника точно свалится. Я уж о птичках бедных не говорю.

Участвовало шестнадцать команд по десять человек в каждой. И чтоб сильные не объединились в одну и не устроили избиение, организована была случайная жеребьёвка. Раскидало всех знатно, но всё же ростовскую княжну судьба–злодейка свела в одну команду с Альбертом и Локком! Бывшие соперники теперь бились плечом к плечу. И даже сотворили чудо, однако не сумели занять первое место. Остались довольствоваться вторым.

Здесь их сделал Никита со своей группой. Ему достаточно было заиметь в ней трёх толковых витязей, в числе которых были Богучар да Горыня, и показать всем выскочкам, как сильны в ратном деле слаженно работающие русские витязи.

Начал награждение с лидеров, пожал всем руки. Никита сияет ярче всех, но видно, что с ног валится. Особенно, когда обнял его, почувствовал, как обессилел мужик, выложившись на все сто.

Следом серебряные медали раздал. Альберт смотрит на меня с обидой, помню-помню: покушение — Люта, только вот хрен тебе с маслом осёл. Локк руку мне пожал, чуть не хрустнула. Хера се у него силища.

К ростовской княжне подошёл, хмурая, как туча чёрная. Всё лицо в синяках, взмыленная, как после бани.

— Чего недовольная такая? — Посмеиваюсь, продевая через голову ленту с медалью.

— Мы могли выиграть, — пробурчала. — Трус несчастный.

Кивнула на саксонца, тот демонстративно отвернулся от неё. Похоже, обиделся. Уже на вторую бабу так. Совпадение? Не думаю.

— Да ладно, не всё ж коту Масленица, — посмеиваюсь. — Ты и так в двух состязаниях выиграла. По общему зачёту ты главный победитель.

— Должна признать, твои ратники молодцы. Теперь понятно, почему поляки тут и легли все…

Когда пошёл вешать бронзовые медали третьей группе, чуть сердце в пятки не упало, ибо я увидел в ней стоящего, как ни в чём не бывало, Странника!!

— А он что здесь забыл? — Прохрипел я в ухо Пересвету, который подавал мне награды с подноса.

— Так это… вернулся, покаялся, что по срочному делу отлучился. Вот и в команде своей отстоял, как полагается. А что с ним не так? Ну стесняется своей рожи, всякое бывает.

Понимаю ведь, что одно неверное движение, и всех я спасти уже не смогу. Знающий меня злодей, легко надавит на мою сердобольность. А тут вокруг очень много дорогих мне людей! Да вот и долбанные принцессы сюда прутся, чирикая.

Подхожу к нему, вставая напротив, ожидая самого худшего.

— Ну и? — Спрашиваю, приготовив медаль ему на шею. А с ней и древесную удавку на всякий случай.

Через прорези шлема зелёные зенки на меня смотрят, добавляя холода в груди.

— Прощу прощения за попутку летальности, — раздался через забрало детский голосок со скрипучими механическими нотками. — В связи с новыми обстоятельствами воля Керасус не может быть исполнена. Сопоставимо желаю мирных переговоров.

Хрена заливает. Электронный переводчик? Соседи озираются на него с кривыми минами. Похоже, они впервые слышат этот голос.