Древесный маг Орловского княжества 13 (СИ) - Павлов Игорь Васильевич - Страница 24

— Они хотели… они хотели, — хрипит, кашляет, но продолжает изо всех сил: — узнать ключ руны.

— Подожди, милая, успеешь рассказать, — пытаясь её успокоить.

— Нет, — мотает головой. — Они хотели узнать руну Василисы.

— Ту, которую ты наносила⁈ — Уточнил, не дыша.

Сердце обрушилось в миг от осознания беды… Речь ведь о руне, подавляющей ауру⁈ А что, если это не все её свойства⁈ Чувствовал же, что–то не так с женой!! Поздно спохватился, что гад мог подсунуть мне не ту руну. А вот и подтверждение.

Жрица кивает. Затем мотает головой.

— Я не сказала, я не… — лепечет.

— Всё, тише, — вмешалась уже Белка. — Ты сказала «Они»?

— Сообщник, — выдавила Ру. — На воротах был сообщник. Десятник Борасвет.

— Да когда ж они уже закончатся, — процедил я сквозь зубы, поднимаясь.

Дело дрянь. Всё хуже, чем я думал. Приспешники Могуты пытаются выяснить детали руны, которую жрица наносила на тело Василисы. Похоже, главный упырь не успел им передать данные, и план сорвался. А вдруг на этом они не остановятся? Что, если у них есть иные пути? Уверен, у Могуты всё продумано на десять ходов вперёд. Пусть он и подох, его шпионская сеть продолжает функционировать, работая по его алгоритмам.

Остаётся вопрос, который теперь бросает меня в неконтролируемую дрожь.

Что за руну нанесли моей жене⁈ И что даст заговорщикам знание её ключа?

Кто бы сомневался, что десятника Борасвета мы уже не сцапаем. Его и след простыл. Всех часовых смены, непосредственно стоявших на воротах, заключили под стражу, а он, как глава смены, улизнул, зная, чем чревато для него бездействие. По свидетельствам бойцов, он лично пробыл на стене втрое дольше положенного, при этом много суетился.

Взяли его на службу сразу после войны в качестве пополнения. Пробыл он с бойцами достаточно долго, чтоб втереться в доверие. Теперь его ищут по всему городу.

Всё на откуп Гойнику и Ивару. Потому что у меня другие, более важные заботы.

Жрицу по воздуху я доставил во Дворец, выделив лучшие покои из свободных, приставил к ней служанок и нашего лучшего придворного лекаря. Остальная группа возвращается своими ножками, мне уже не до них.

Позаботившись о сестрице, поспешил к жене. Ещё час до рассвета, Василиса дует в своих хоромах под шум дождя очень сладко. Даже жалко будить её, но приходится.

— Милый? — Спрашивает, едва открыв глаза. — Какой неожиданный и приятный сюрприз. Фу, может, ты помоешься, от тебя несёт пеплом и сырой землёй. Что ты делаешь?

— Покажи спину, — настаиваю, поворачивая её на бок.

— Мне стоит беспокоиться? — Ворчит, послушно задирая сорочку.

Какая же она нежная и сочная сейчас. Хочется обнять и пригреться, позабыв обо всём. Но когда речь о безопасности моей семьи, не могу даже на мгновение расслабиться.

Руна не выглядит активной. Фиолетовые контуры не светятся, но это не значит, что не идёт некая скрытая работа. В очень сложном на вид рисунке действительно легко может быть скрыт некий ключ. Вот только к чему он?

— Нет, всё хорошо, — отвечаю, стараясь скрыть волнение в голосе.

— Ну и славно, — поворачивается обратно и целует меня в щёку. Но тут же отшатывается с хмурой миной. — Умойся хотя бы, а. Кстати, где ты шастал всю ночь?

— Ловил злодеев.

— Ещё не всех поймал?

— Не всех. Они растут, как грибы после дождя, — посмеиваюсь горько, поднимаясь с кровати. — Как у тебя дела? Есть какие–то проблемы? Приготовление к балу идёт по плану?

Хочу отвлечь её, пока она не начала задавать мне неудобные вопросы.

— Дайка подумать, — приподнимается. — У нас не хватает кресел и стульев для гостей. Заявлено на двести человек больше. В Каменцах сгорела хорошая лавка, где мы рассчитывали осуществить закупку.

— Я могу сделать вам роскошные господские стулья, останется только обтянуть их бархатом. Но не прямо сейчас.

— Не утруждайся, милый. Мы ждём партию из Саратова. А ещё я сделала заказ на Центральном рынке у наших плотников.

— Как себя чувствуешь? — Спрашиваю, а она смотрит с таким удивлением, будто никогда прежде не слышала такого вопроса.

— Для женщины на сносят — довольно неплохо. Береги нас, мой милый, ладно? — Выдала и улеглась обратно. — Я полежу ещё, если ты не против. К десяти надо быть на турнире, боюсь, раньше обеда не выйдет.

— Пусть проводят без нас, — заключаю.

— Негоже, — бурчит, утопая в подушке. — Иди, ты же собирался куда–то.

Она, как чувствует, что я на иголках. Мне действительно в Калужское княжество наведаться пора.

Не теряя больше времени, поднялся в башню к порталу и перенёсся в ирскую сторожевую в Калуге. Полусонные бойцы вскакивают при виде меня, мямлят доклады. Наверху караул бдит — иначе бы по шапке получили. Дождь тут лишь накрапывает, несмело стуча по навесу.

До Скалы призраков отсюда уже недалеко. Чёрная глыба, перерастающая местами в башни, своды и стены, стоит, как стояла, возвышаясь над озером и городом могучей тенью, которую пытается разогнать восход. Но из–за пасмурного неба это удаётся с трудом.

В большей степени Скала сейчас безлюдна, на въездных воротах стоит стража, чтобы отвадить дурачков. Коим я себя не считаю, поэтому расправляю чёрные крылья и несусь по воздуху, молчаливо оповещая округу о прибытии их владыки.

Прежде разгуливая в залах, как охотник, я изучил множество путей до самого низа. Прежде, по стружке искал след Могуты. Но теперь иду уверенно, вспоминая повороты и спуски, пока не выхожу в огромную полость с высокими потолками, усеянными сталактитами. Почти всю площадь внизу занимает чёрное озеро, усеянное мелкими островками. На центральном с тремя высокими сталактитами всё ещё излучается жёлтый свет от кристалла.

Отталкиваясь от островков и планируя по воздуху, добираюсь до штаб–квартирки Могуты уверенно и стремительно. По пути чую, как подо мной дрожит вязкая поверхность озера. Нечто в толще создаёт разводы, возражая моему появлению.

Меж сталактитов всё также стоит стол, стул, сундук и тумбочка. Тот же стеллаж, но теперь он полностью вычищен. Вскоре убеждаюсь, что и сундук с тумбой пусты!

— Да твою ж налево, — вою себе под нос, отбрасывая небрежно крышку.

С теплящейся надеждой, активировал сканер, чтоб поискать нычки или подводные схроны. На поверхности ничего не показывает, а гладь прибором не пробивается, будто монолитная. Хм, точно… это же заслон между мирами, как сказал упырь. Некий мир призраков по ту сторону. А скорее всего — фантомов.

Внимательно осмотрев мебель, пошёл по периметру островка, мало ли, найду какой след или привязанный конец спущенной верёвки. Стоит нависнуть над областью воды, как та сразу начинает идти разводами, усиливая волнение. И будто угрожая, что оттуда вырвется нечто. Похоже, призраки чуют опасность во мне. Но прежде такой реакции не наблюдалось. Значит, дело в статуэтках, которые теперь с собой ношу на всякий случай.

Закончив осмотр, присел на стул с чувством полного разочарования. Сомнений не осталось, Могута или кто–то другой всё заранее подчистил. Книги нет, а значит, я ничего не узнаю. Мне всего–то нужно увидеть это долбаное название!

Собрался уже возвращаться, но заметил, что жёлтый кристалл, вросший в один из сталактитов, на пару мгновений задвоился в глазах. Хм, в прошлый раз я наблюдал подобное, но это не отложилось в моей памяти. А теперь со знанием дела могу утверждать, в этой светящейся породе точно засел призрак. Вернее, он туда заключён.

Вполне вероятно, он может мне что–то поведать. Нужно просто его разговорить.

Подошёл ближе присмотрелся. Кристалл, размером с футбольный мяч, торчит чуть в сторону из монолитной пики, нависая надо мной. Очень удобная лампочка, и теперь можно с лёгкостью предположить, откуда этот источник света.

Первые десять секунд ничего не происходит, но затем моё внимание начинает действовать на него, как и предполагал — призрак беспокоится. Вибрации света идут всё более явные. От мерцания начинают болеть глаза, но я продолжаю вглядываться, чтобы доставить призраку как можно больше неудобства.