Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1 - Рэдлиф К. - Страница 4

Моу Цзянси брезгливо дернул плечом:

– Я пробовал прочитать. Но это же ужас какой-то.

[Ну и что там ужасного?]

– Я отказываюсь это комментировать. Такое без слез читать нельзя!

Голос Моу Цзянси эхом разнесся по пещере, отражаясь от каменных поверхностей.

– Я надеюсь, что здесь никого не бывает… – тихо добавил он.

[Не бывает, это Туманный склон Цзэ Сюланя, – буркнула система. – А вот глава эта, я уверена, очень зашла моим подписчицам.]

– Да им что угодно бы зашло, – отмахнулся Моу Цзянси. Дальше развивать эту тему у него желания не было. Помолчав, он решил спросить еще кое-что, хотя ответ уже знал: – В реальном мире я все-таки умер в том метро из-за землетрясения?

[Да. Я точно не знаю, что там у вас произошло, но если метро, то пусть будет метро. Раз уж произошел несчастный случай, значит, поделать ничего нельзя. Думаю, все, кто был рядом с вами, тоже погибли. И им повезло меньше, чем вам. Они просто растворились во времени, в то время как вы получили возможность прожить еще одну жизнь, пусть и в чужом теле. К тому же на вас нет метки ООС. И хоть я все так же не могу выбирать, как вам давать задания, у вас точно больше возможностей, чем у главного злодея.]

– Понятно, – не то чтобы Моу Цзянси до конца смирился с этой ситуацией, но, если смотреть на все это как на «второй шанс», выглядело все не так уж и плохо. На самом деле если бы ему предложили прожить еще хотя бы пару месяцев в этом мире или сразу умереть, то он бы точно выбрал еще пару месяцев. В конце концов, он дорожил жизнью. За пять лет в медицинском научили.

– Как выбраться из этой пещеры? Пойдем осмотримся, и ты мне дальше все расскажешь.

Все же Моу Цзянси решил, что раз уж ему суждено было стать Цзэ Сюланем, значит, он им и станет. К тому же Чэнь Хуан говорит, что ООС для него не писан, значит, он сможет вести себя как душе заблагорассудится. Необязательно отыгрывать помешанного на шмотках и прическах чудика.

Глава 3

Дорога в поместье этого мастера

Следуя указаниям системы, Цзэ Сюлань достаточно быстро выбрался на свет. Оказалось, что это действительно была пещера в горах прямо на Туманном склоне. Туманным склоном назывался западный край ордена «Хранители равновесия». В отличие от всех областей ордена, что находились относительно близко друг к другу, Туманный склон располагался чуть дальше и ниже. Половина построек, вместе с поместьем Цзэ Сюланя, размещались на каменных плитах посреди огромного озера. Так что до резиденции мастера Цзэ и огромного сливового сада приходилось добираться либо на лодках, либо на мече. Дальше это огромное озеро, именуемое озером Ледяной Скорби, тянулось к горизонту и мощным водопадом скользило вниз по скалам. Скорее всего, где-то внизу под озером было множество подземных вод. Иначе как объяснить тот факт, что вода из озера вытекает, в него не затекает, но и не заканчивается? Хотя то, что автор этой новеллы послал к праотцам любую логику, вполне себе объясняло все феномены.

Владениями хозяина Туманного склона были не только старенькое поместье и запущенный сад. Вдоль берега озера гуськом тянулись маленькие домики – хижинки для учеников, а самой высокой точкой склона была пагода, подпирающая небеса. Она служила библиотекой всего ордена, именно здесь хранились все важные свитки и писания. И одним богам известно, почему именно здесь было решено хранить такие ценные вещи. Было слишком много причин, почему этого делать не стоило, но раз уж автор так решил…

В отличие от пагоды, в которую хоть изредка кто-нибудь да захаживал, ученические постройки пустовали уже много лет. Цзэ Сюлань не брал учеников, и после того, как Туманный склон сменил своего хозяина, за ними никто не присматривал.

Вообще Цзэ Сюлань был бесполезным заклинателем. Единственной причиной, почему его еще не выгнали из ордена, было уважение к его наставнику Ци Мэншэну. А, ну и поддержание мирового барьера.

Когда-то Туманный склон был почитаемым местом. Наставники вместе с учениками трудились над созданием завесы между миром людей и миром духов. На самом деле и орден этот был основан на разделе двух миров специально с целью сдерживания нечисти. И старейшина Му, первый хозяин Туманного склона, разработал уникальную технику плетения сетей, что прекрасно помогала сдерживать всех духов, и мелких, и крупных. С годами эти сети трансформировались, придумывались новые комбинации печатей. А результаты передавались от мастеров к ученикам. Со временем это просто стало обязанностью Туманного склона – держать барьер. И когда следующим хозяином склона стал Цзэ Сюлань, менять традиции никто не стал. Изучить технику построения барьера мог любой старейшина или мастер, однако никто этим не занимался.

– Так, госпожа Чэнь, расскажи-ка мне, как так вышло, что это бренное тело валялось посреди пещеры, да еще и в каких-то непонятных печатях? Что пытался сделать этот «великий заклинатель»?

[Я точно не знаю. Я не могу следовать и следить за персонажами, которые не являются попаданцами. Но Цзэ Сюлань был двенадцать лет в медитации после того, как его золотое ядро очень сильно пострадало в результате чего-то там.]

– Чего-то там? Ты даже не потрудилась придумать чего? – вскинул бровь Цзэ Сюлань и остановился. Только сейчас он заметил наряд, в который был облачен. Он, конечно, знал, что оказался в сянься-новелле. Он знал, что здесь приняты красивые одежды с длинными рукавами. Но он и предположить не мог, что этот Цзэ Сюлань будет настолько выпендриваться. Рукава его одеяний буквально тянулись по земле, одежды были многослойными, и каждый слой – из невообразимо дорогих тканей, расшитых золотыми нитками. На черном полотне верхней накидки, легкой, как тюль, красовались искусно вышитые золотые лотосы и журавли.

Вход в пещеру находился прямо напротив озера, по которому можно было добраться до поместья. Туда сейчас и направлялся мужчина. Озеро Ледяной Скорби утопало в тумане, словно сейчас было раннее утро. Несмотря на туман, воздух не казался слишком влажным. Магия, не иначе.

– Так я только вышел из медитации? – поинтересовался Цзэ Сюлань. Трава тихо шелестела под его ногами, добавляя моменту какой-то интимности и тихой радости. Здесь на самом деле было хорошо и красиво. Цзэ Сюлань видел горы – ездил в экскурсии и с классом, и с группой во времена учебы в университете. А сколько они лесов, гор и полей облазили на летних практиках в поисках заветных корешков для гербариев? Но именно сейчас и именно здесь Цзэ Сюлань буквально чувствовал всем своим телом прилив энергии и силы. Словно вмиг он познал нечто такое, без чего его душа никогда бы не обрела покой и умиротворение. Возможно, это духовная энергия плескалась в его теле, даруя такое тихое наслаждение. Он попробовал вычленить это чувство, отделить его от всех остальных и действительно почувствовал поток ци по телу. Теплая энергия, словно река, текла по его жилам, концентрируясь в груди и даруя ощущение завершенности и целостности. И как Цзэ Сюлань раньше мог ощущать себя полноценным без этого? Подобное открытие привело его в восторг.

[Вы вышли из медитации месяц назад. Показались на глаза старейшинам, провели парочку уроков, а потом заявили, что вам нужно поразмыслить над жизнью, и пропали еще на две недели. Уж не знаю, о чем размышлял прошлый владелец тела, но в конечном итоге он оказался в заброшенных пещерах посреди печатей, написанных, надеюсь, киноварью.]

– Так, значит, со мной почти никто не общался? Значит, я смогу свернуть все свое изменившееся поведение на долгие размышления в течение медитации?

[Чисто теоретически – да. Думаю, вам не стоит сильно переживать по этому поводу. Цзэ Сюлань никогда ни с кем не водил дружбу. Да и славится своим переменчивым нравом. Никто, думаю, не обратит внимания, если он вдруг решит что-то поменять в своем поведении.]