Я один вижу подсказки 17 (СИ) - "Son" - Страница 3

Днём температура «низкая» — от минус тридцати до минус пятидесяти. В зависимости от местности и погодных условий — холодно, но терпимо.

Ночью в три или даже четыре раза хуже. Из-за чего жители племени выходят только днём, а ночью забиваются в свою пещеру, закрывают её камнем и не высовываются.

Самая же большая проблема в том, что в таком месте родился необычный феномен. Его называют — морозный яд. Именно им я и «отравился», именно он убил меня.

Вот оно как?

Теперь по крайней мере пришло понимание, почему всё племя сейчас лежало и спало крепким сном. Ведь так было всегда: вчера, год назад, десять лет назад и даже сто лет назад.

Это некое правило выживания в этом мире. Из чего я сделал только один вывод: хер мне, а не свежий воздух. Буду мучиться, но наверх не поднимусь.

Проблема заключалась в том, что голова всё ещё болела, вонь никуда не делась, а возвращаться и снова ложиться среди тел не хотелось.

Я огляделся. Пещера была большой, но и людей было немало, потому они заполнили собой практически всё. Кроме места у туалета, откуда воняло особенно сильно.

Туда я точно не пошёл бы. Потому выбор был между тем, чтобы сидеть у входа либо возле огня.

Я посмотрел в ту сторону, где сидел шаман. Так как я был в начале испытания, то естественно мне нужно было не сидеть на месте, а разведывать доступную территорию.

Потому я долго не думал — пошёл к огню, перешагивая спящие тела. Я думал, что уже приноровился это делать, по крайней мере шёл уже более уверенно, пока один из здоровяков не открыл глаза.

Они были тёмными, взгляд настоящего охотника, готового атаковать жертву. Сначала взгляд был безосознанный, явно на инстинктах. Я думал, что тот убьёт меня.

Однако тот пришёл в себя, взглядом прошёлся сверху вниз, а затем снова закрыл глаза, явно засыпая обратно.

Я выдохнул. Этот тип сильно напугал. Не говорю, что тот бы убил меня, но он мог сильно ранить. Тем более мы же говорим не о нормальном человеке, а о дикаре.

Кто вообще знает, что в их головах?

Очаг находился почти в центре пещеры. Так как та не была идеально круглой, скорее в форме вытянутого боба, определить центр было не так уж легко.

Рядом с очагом были уложены четыре небольших бревна. Те были грубыми, отёсанными ровно настолько, чтобы можно было сидеть. Без спинок, без чего-либо.

На одном из брёвен сидел шаман. Я не стал его будить, а просто выбрал бревно рядом и сел.

Память возвращалась неконтролируемо, по кускам. Мне хотелось их переварить, так как в них явно находилось много важной информации о данном мире. То, что он непростой, я уже понимал, теперь нужно было понять, насколько же тут уникальные условия.

Однако воспоминания что-то не спешили приходить. Потому я просто сидел и наблюдал за языками пламени.

Благо, что у того был эффект почти что успокоительный. Как бруски, горящие в камине дома. Не хватало только вкусного чая и кресла-качалки.

Что?

Смотря на огонь, я стал замечать много странностей. Для начала размер — тот был таким маленьким. Любой человек мог бы набрать хвороста и смастерить такой костерок.

Несмотря на размер, тот обогревал всю пещеру. Хотя, чтобы обогреть всю пещеру в такой мороз, нужно десяток кострищ, огромных, чтобы пламя поднималось выше головы.

Другая странность — не было дыма. Впрочем, он также не жрал кислород и совсем не просил добавки.

Ведь по какому принципу работает любой другой костёр: дрова горят, превращаются в угли, пока не остаётся пепел.

Если хочешь, чтобы горело дальше, то нужно подкинуть новые дрова. Не магия, а обычная химия.

Этот огонь просто горел. В нём было буквально три палки, а он горел так, будто внизу ещё целый склад древесного угля или газа. Я на секунду даже задумался:

Огонь реален или лишь иллюзия?

Возникла новая вспышка боли, и в голове появилось воспоминание об огне — Тотем-хранитель племени Кривичей.

То, без чего в Мире Вечной Мерзлоты, где есть Морозный Яд, не выжило бы ни одно племя. Никакие меха не спасут, никакая пещера не удержит тепло достаточно долго. Люди бы давно замёрзли, если бы не данный огонь.

Также в воспоминаниях появились Морозные Твари. Существа, рождённые холодом или приспособившиеся к нему настолько, что стали его частью.

Что именно они из себя представляли, память пока не говорила, но по телу прошлась волна неконтролируемого страха. Не моего — такова была реакция, оставшаяся от прошлого владельца тела.

Единственная причина, почему Морозные Твари не ворвались и не съели всех тут, — это данный Тотем. В его свойствах есть способность отпугивать тварей.

Сказать, что данный огонь крайне важный — значит приуменьшить его заслуги. Данное племя живёт только благодаря ему.

Тогда возникла другая мысль: а какие ещё секреты скрывает огонь?

Так как в навыке «Создание Божественных Артефактов» ещё был заложен навык «Индикация», то есть, дотронувшись, я мог бы понять примерные свойства данного огня.

Быть может, нашёл бы секретные, или, быть может, нашёл бы способ более эффективного его использования. Потому, естественно, я потянул к нему руку, чтобы прикоснуться.

— Юный Алек.

Рядом прозвучал негромкий старый голос, от которого я чуть ли не подпрыгнул на месте.

Я повернул голову — шаман, что должен был спать, открыл глаза.

— Что это ты хочешь сделать?

Короткая боль в голове вспыхнула ещё раз, я вспомнил его имя: Йоту.

— Я хочу дотронуться до огня. Можно?

Шаман посмотрел на мою вытянутую руку. Потом на меня.

— Если ты хочешь, чтобы твоя рука сгорела, то можно.

Я помолчал.

— Не очень-то хочется быть одноруким.

— Тогда нельзя, — так же спокойно заключил Йоту.

Йоту внимательно смотрел на меня.

— Сейчас ночь. Все спят. Почему же ты ходишь?

Я не знал, что ответить, потому сказал первое, что попало в голову:

— Из-за вони в пещере.

— …

Слова вылетели сами собой. Только потом я понял, что сказал какую-то ерунду. Ведь, если судить со стороны, то действительно странно, когда человек, вероятнее всего проживший в данной пещере столько лет, данную вонь должен воспринимать как запах родного дома. Однако Йоту засмеялся.

— Это всё потому, что ты слишком слабый. Настоящий мужчина должен терпеть.

— …

Я моргнул несколько раз. Мне было плевать, что тот попытался принизить мои физические показатели.

Я сам чувствовал с первых минут, что данное тело слабое. Руки тонкие, ноги тоже, даже дышать было чуть тяжелее.

Дети, которые спали, были другие. Более жилистые и подвижные, будто с рождения тягают железо.

Данное тело не уродилось крепким. Может, из-за болезни в детстве или же из-за недоедания.

Я лишь облегчённо выдохнул, что тот не посчитал меня иноземцем, который занял тело этого мальчишки. С другой стороны, если кто-то раскусит меня в племени, то ему нужно дать награду за самого внимательного, сообразительного и догадливого.

Я думаю, что таких людей тут точно нет.

Йоту же возился с кожаным мешочком, висевшим у него на поясе. Развязал его, запустил внутрь два пальца и вытащил их измазанными тёмно-зелёной пастой.

— Вот.

Его рука потянулась к моему лицу, пальцами проведя прямо под носом. Я дёрнулся с мыслью:

«Куда ты тянешь свои грязные руки?»

Но проглотил слова, так как в душной пещере вдруг запахло живым лесом. Пахло хвоей и влажной корой, как освежитель воздуха, только в сто раз круче.

Одна проблема ушла, и я поблагодарил:

— Спасибо.

Йоту небрежно махнул рукой.

— Юный Алек, не нужно благодарить меня. Я тебя прекрасно понимаю. У меня тоже был обряд Пробуждения, когда я был молодым. Я, как и ты, волновался. Стану ли я Воином Тотема или нет? То, что твой нюх обострился, лишь говорит о волнении.

Я стоял, сидел неподвижно и думал:

«Воин Тотема? Что это?»

В голове сразу же всплыли воспоминания.