Разведчик (ЛП) - Флинн Джек - Страница 27

Я едва успела осознать его слова, как...

Ботинки.

Резкий, преднамеренный хруст шагов по гравию.

Облегчение вспыхнуло — короткое, инстинктивное. Помощь. Кто-то увидел аварию, остановился и идет проверить, все ли с нами в порядке. Возможно, фельдшер в нерабочее время, а может, просто прохожий с телефоном в руке, уже набирающий 911. Может, этот кошмар скоро закончится.

Но затем... тело Райкера напряглось.

Каждая мышца в его теле окаменела, его хватка на мне усилилась, а дыхание сменилось с контролируемого на нечто более холодное. Более резкое.

И тогда я поняла: эти шаги не принадлежали медикам. И не добрым самаритянам, решившим помочь.

Нет.

В животе все сжалось, а осознание пронзило туман, как лезвие.

Это было не спасение. Это была засада. Прямо здесь, в центре Чарльстона. Боже мой.

У меня перехватило дыхание, тело напряглось, но Райкер уже опередил меня.

Его хватка изменилась: одна рука все еще защищала меня, а вторая двигалась с выверенной точностью... за чем-то тянулась.

И тут... на нас легла тень.

— Выглядите вы, конечно, дерьмово.

Мое сердце ушло в пятки.

Мэтт Ралстон.

Его голос был слишком самодовольным, а поза — слишком расслабленной для человека, который случайно наткнулся на аварию. Нет, он ждал этого.

Я повернула голову; сердце бешено колотилось о ребра, и я увидела еще пятерых парней, стоявших за спиной Мэтта. Кадеты из «Цитадели». По крайней мере, они так выглядели.

Желудок скрутило.

Я узнала некоторых из них — не по отелю, где я познакомилась с Мэттом, а по «Саунд Барн». Они были там прошлой ночью — смеялись, пили, флиртовали. Один даже танцевал со мной. Но Мэтта там не было.

Или был?

Мой разум отчаянно искал разумное объяснение, хоть какой-то нормальный способ придать всему этому смысл. Сколько кадетов учится в «Цитадели»? Неужели они все знают друг друга? Возможно ли, что это просто какое-то извращенное совпадение — что парни, с которыми я познакомилась в «Саунд Барн», случайно оказались знакомы с Мэттом? Случайно оказались рядом, когда произошла авария?

Мне очень хотелось в это верить.

Но тело Райкера было сжато в пружину, как у хищника, а взгляд Мэтта говорил обо всем, в чем я не хотела признаваться.

Это не совпадение. И не ошибка. Они пришли за нами.

Холодок пробежал по спине — инстинктивное предупреждение, что это не просто месть за то, что Райкер избил Мэтта. Речь шла не о задетом самолюбии и не о том, чтобы свести счеты.

Они пришли сюда не для драки. Они пришли за нами.

Хватка Райкера не ослабевала; его тело было натянуто как струна, а каждая мышца застыла в контролируемом напряжении. Его дыхание было ровным, но я чувствовала это — медленную, смертоносную ярость, кипящую под его кожей.

Ухмылка Мэтта стала шире, когда он сделал еще один медленный шаг вперед; его руки были расслабленно опущены вдоль тела, но поза была расчетливой. Его друзья — нет, его поддержка — оставались на местах, ожидая.

— Ты тоже выглядишь неважно, Ралстон, — произнес Райкер низким, ровным голосом, в котором сквозило лезвие бритвы. — Не усвоил урок в первый раз?

По его лицу, из пореза над бровью, стекала кровь.

Мэтт усмехнулся.

— О, я усвоил многое.

Его взгляд скользнул ко мне, проходясь по моему лицу, по моему телу, все еще прижатому к груди Райкера. Его ухмылка стала понимающей. Грязной.

Мой живот скрутило.

Рука Райкера на моей талии напряглась.

— У тебя три секунды, чтобы отвалить, пока я не оставил еще одну вмятину на твоей самодовольной роже.

Мэтт проигнорировал его.

— Я совсем не так планировал увидеть тебя снова, Изабель.

Я застыла, услышав свое имя из его уст. Это казалось неправильным. Грязным.

Рука Райкера дернулась к спусковому крючку.

Голос Мэтта был слишком гладким, слишком уверенным, с примесью чего-то отвратительного. Его взгляд медленно и намеренно скользил по мне, задерживаясь на том, как мой свободный свитер спадал с одного плеча, как спортивные штаны облегали бедра.

— Но я не жалуюсь, — пробормотал Мэтт, его ухмылка потемнела. — Я надеялся рано или поздно добраться до тебя... может быть, посмотреть, насколько ты на самом деле мягкая. Медленно вытащить тебя из этих штанов. Не торопиться. — Его глаза блеснули, когда он наклонил голову. — Заставить тебя умолять.

— Назови ее имя еще раз, и я проломлю тебе череп, — прорычал Райкер. — Ты не прикоснешься к ней. И даже, блядь, не посмотришь на нее. Потому что если ты это сделаешь, Ралстон, я не просто убью тебя. Я позабочусь о том, чтобы сначала ты помучился.

Мэтт рассмеялся. По-настоящему рассмеялся.

— Ты такой защитник, — задумчиво произнес он. — Но видишь ли, в чем дело, Дейн — она тебе не принадлежит.

Он наклонил голову, и на его лице снова появилась ухмылка.

Воздух между нами застыл.

Удар сердца в тишине.

А затем... Райкер начал действовать.

В одну секунду он обнимал меня, а в следующую — уже оттолкнул себе за спину, прикрывая собой, и бросился вперед. Прежде чем я успела осознать это движение, он направил пистолет в голову Мэтта, придавив его предплечьем и впечатав в обломки «Бентли».

— Ты в десяти секундах от того, чтобы тебе понадобился закрытый гроб, — пробормотал Райкер, его голос был гладким, как шелк, и опасным, как лезвие.

Ухмылка Мэтта дрогнула, но совсем немного.

— Да ладно тебе, Дейн, — выдохнул он. — Ты же не убьешь меня средь бела дня прямо посреди улицы. К тому же, у моих парней больше пушек.

Райкер даже не моргнул.

— Это не имеет значения. Ты умрешь первым, Ралстон. И как думаешь, скольких твоих дружков я заберу с собой после этого? Дай угадаю, вы, ребята, ходите в тир дважды за семестр. А я? Я родился с этой штукой в руке.

Я чувствовала, как в воздухе потрескивает напряжение, и ощущала ту тонкую нить контроля, за которую Райкер держался из последних сил. Мой пульс забился о ребра, когда я пошевелилась, пытаясь сориентироваться.

Кадеты из «Цитадели» застыли, их руки зависли над ремнями.

Пистолеты.

В животе похолодело.

Я схватилась за рубашку Райкера, с силой потянув ее.

— Райкер...

Его хватка не ослабла. Дыхание не изменилось.

Но его голос?

Он стал ниже, смертоноснее.

— Ты сейчас уйдешь, Ралстон. Вы с твоими приятелями уберетесь с моих глаз долой, пока я не решил, что мне плевать на шум. Кроме того, это ты протаранил нас, помнишь? Я уверен, что камеры на перекрестке с удовольствием подтвердят этот факт.

Челюсть Мэтта напряглась. Его сокурсники неловко переступили с ноги на ногу.

Райкер еще мгновение выдержал его взгляд, прежде чем наконец отступить.

Мэтт провел рукой по своим коротким волосам, пытаясь выглядеть безразличным. Но я видела там страх.

— Ладно. Еще увидимся.

Затем, один за другим, кадеты из «Цитадели» попятились, рассаживаясь по двум седанам, припаркованным у обочины. Шины завизжали, когда они сорвались с места и скрылись за углом, оставив после себя лишь удушающую тяжесть от того, что только что произошло.

Долгую секунду никто из нас не двигался.

Затем Райкер повернулся, обхватив мое лицо обеими руками; его хватка была твердой, но не жестокой, а большие пальцы скользили по моим скулам. Его дыхание было поверхностным и неровным.

— Ты ранена? — его голос звучал низко и гортанно.

Я покачала головой.

— Не думаю.

Он прищурился, окидывая меня взглядом, его пальцы скользнули по моим рукам, бокам, проверяя на наличие травм.

Мое дыхание сбилось, но не от страха.

Даже близко нет.

Его руки. Его прикосновения. Даже сейчас, после засады на улице, мое тело все еще реагировало.

И Райкер? Он тоже это чувствовал.

Я увидела перемену: то, как сверкнули его темные глаза, как его пальцы задержались на моей талии, как его хватка усилилась на секунду, прежде чем он оторвался от меня.

— Пошли, — пробормотал он, поворачиваясь к машине, которую Маркус подогнал к обочине.