Друид Нижнего мира. Трилогия (СИ) - Золотарев Егор - Страница 61

– Очень. Хочешь прочту отрывок? – предложил он.

Мне было неудобно отказываться, поэтому кивнул и откусил поджаристый хлеб, щедро намазанный цветочным медом.

Иван откашлялся, поерзал на стуле и начал читать:

– «Ветер бил в паруса „Черной чайки“ с такой силой, что мачты гнулись и скрипели. Капитан Григ стоял у штурвала, щурясь в темноту. Море шумело, волны катились одна за другой»… Эх‑х‑х, а я шире речушки, что за воротами, и не видел ничего.

Он захлопнул книгу и задумчиво уставился в темный прямоугольник окна и еле слышно произнес:

– Вот и жизнь прошла, а я ничего не успел.

В словах было столько горечи, разочарования и безнадежности, что мне стало не по себе. Эти люди достойны лучшей жизни. Все, а не только Державины. В большинстве своем общинники с добром относились к Егору. Но даже он замечал, как многих изменила эта суровая жизнь. Угрюмыми и ожесточенными они стали только из‑за тех условий, в которых им приходится жить: постоянная опасность, исходящая от Дебрей, мало еды и прочее.

В моих силах изменить многое в лучшую сторону, что я и намеревался сделать, ведь теперь это мой дом.

Иван еще немного почитал мне о приключениях капитана Грига, а потом мы вместе вышли из кухни и разошлись по комнатам.

Развернув рулон с картой, я решил начать перерисовывать. Работы много, поэтому придется потратить несколько дней.

«Доблестный господин, ты помнишь про задание? Время идет», – тут же раздался в голове голос Лары.

«Ты что, следишь за мной?» – недовольно буркнул я.

«Нет».

«Ага, так я тебе и поверил».

Если честно, мне очень не хотелось его выполнять. Убивать заразных, агрессивных крыс своими руками не то же самое, что махать посохом.

«Всего три дня. Если не успеешь – задание не будет считаться выполненным и вознаграждение не получишь», – совершенно беспристрастным голосом произнесла амазонка.

«Понимаю, но сегодня я не намерен этого делать», – ответил и взял свои новые краски.

При покупке я выбрал самые нужные цвета: черный, красный и зеленый. Жаль, что синей краски нет, но есть огрызок синего карандаша.

Обыскав все полки и шкафы, нашел кусок картона с желтым пятном на углу. Пятно меня нисколько не смутило: главное, что теперь смогу перерисовать карту и постараюсь сделать это наиболее точно, ведь каждый поворот реки мог иметь значение.

Обустроившись за столом, принялся за работу. Карта была довольно подробная. Кроме поселений, были обозначены озера, реки, холмы, а также лес. За Волчьим краем при обозначении леса художник использовал темно‑зеленые и черные краски, в то время как в обратном направлении лес выделялся однородным зеленым цветом. Что это значит? А может, художник что‑то знал?

Рисовать я начал именно с нашей общины и продвигался дальше, запоминая каждую дорогу и каждую общину, находящуюся неподалеку. Высокий Перевал, столица Нижнего мира, находился почти в самом центре карты. Мне стало интересно, какое расстояние от Волчьего края до Перевала.

Я намеревался спросить об этом Ивана, но, как только вышел из комнаты, понял, что прошло гораздо больше времени, чем думал. В доме царила темнота и слышалось похрапывание. Все спали.

Ну что ж, мне тоже пора на боковую. На рассвете пойду провожать караван. Может, еще что‑нибудь удастся подглядеть, когда ворота раскроются.

Ночь прошла как обычно быстро. Юношеский организм требовал отдыха и восстановления, ведь рос и креп гораздо быстрее обычного благодаря струящейся энергии. Поэтому я засыпал, как только голова касалась подушки и с трудом продирал утром глаза.

Однако внутренние часы безошибочно будили меня тогда, когда было нужно. Как только над стеной раскинулись первые лучи солнца, я проснулся. В доме еще спали, поэтому тихонько умылся, оделся и вышел на улицу.

От влажного прохладного воздуха по рукам побежали мурашки. Зря не взял куртку. Возвращаться не хотелось, поэтому решил пробежать до дальних ворот и заодно согреться.

Аккуратно прикрыв калитку, чтобы с грохотом не захлопнулась, как обычно, я немного размялся и медленно побежал по дороге. Сначала ничего не почувствовал, но как только немного ускорился, ощутил, что внутри начал струиться невидимый жар. Это разгорался магический источник, наполняя мышцы легкостью.

Ох, как мне этого не хватало! Блаженство.

Я припустил со всей силы, не чувствуя усталости. Ноги будто сами меня несли. С каждым усилием энергия сильнее разгоралась, подстегивая и подталкивая вперед.

Пробежав мимо колодца, увидел суету у ворот. Торговцы и охотники собирались в обратный путь. Некоторые общинники тоже вышли их провожать, а может, вовсе не ложились и всю ночь танцевали под звуки, доносящиеся из прибора под названием «магнитофон». У нас в общине ни у кого такого не было. Хотя, может, я не прав и у наместника есть, но мне видеть и не слышать не доводилось.

Я так резко остановился, что с трудом удержал равновесие. От быстрого бега и энергии, разогнавшейся внутри, в висках ритмично застучало, а из глаз посыпались искры, какие бывают при ударе. Я почти не запыхался, хотя пробежал довольно быстро.

Двое мужчин‑общинников уныло посмотрели на меня, но ничего не сказали. Я же силился увидеть Бинокля, но большей части охотников здесь еще не было.

Энергия не успокаивалась, поэтому я просто не мог оставаться на месте и рванул в обратную сторону. В ушах засвистел ветер, глаза заслезились, но я бежал. Бежал так, будто за мной гонится стая кратов, готовых меня сожрать.

Не заметил, как добрался до противоположных ворот. Перебежав на Четвертую улицу, рванул вверх – обратно к торговцам. Только на этот раз, когда остановился у вышки и прислонился к деревянной перекладине, понял, что устал. Но эта усталость была приятной, напитывая мышцы силой, и быстро прошла.

– Ты чего носишься, как оголтелый? – беззлобно спросил старик Ворон, незаметно подобравшись слева. – Случилось чего, али ноги разминаешь?

– Разминаю, – кивнул я, протяжно выдохнув. – А вы что здесь делаете? Тоже торговцев пришли провожать?

– Не‑е, на кой‑черт мне их провожать? Тоже мне «гости дорогие», – в его голосе послышался сарказм. – Гречку забыл купить, вот и пришел.

Он указал на кулек, торчащий из кармана рабочего пиджака.

– Ясно, – кивнул я и тут вспомнил о недавнем разговоре с Женькой. – Скажите, а как можно стать наместником?

– Теперь уж никак, – махнул он рукой. – Правитель назначил к нам этого, – он покосился назад и тихонько продолжил: – подонка из Верхнего мира. Других слов для него у меня нет. Всего несколько лет прошло, а Волчий край уже на ладан дышит. Еще несколько лет, и все передохнем. Помяни мое слово.

– Как раньше назначали наместника?

– Сами люди выбирали. Собирались все вместе и голосовали. За кого больше рук подняли – того и наместником назначали. Хорошо было, правильно. А что теперь? Эх‑х, – он махнул рукой.

В это время приблизились остальные охотники, а за ними увязались трое мальчишек, одним из которых был Никита. Увидев нас, он подбежал и сначала протянул руку Ворону, а потом и мне.

– Вон тот торговец, что у Фарруха игрушки твои купил. – Никита вытянул руку и совершенно без стеснения указал на молодого мужчину. Кажется, он продавал посуду и другую домашнюю утварь.

Вдруг мне в голову пришла замечательная идея. Я торопливо двинулся к торговцу и, подойдя вплотную, сказал:

– Утро доброе. Как спалось в нашей общине?

– Здорова, – он удивленно посмотрел на меня. – Нормально вроде, а чего такое?

– Мне сказали, что это вы купили вчера мои фигурки из Слоновьего ясеня.

– Твои игрушки? Э‑э, а как же…

– Фаррух соврал. Он выкупил их у меня за восемнадцать рублей и перепродал вам, – прямо высказал я. – У меня есть предложение.

Однако сейчас торговца меньше всего волновало мое предложение. Он сжал кулаки и начал кого‑то высматривать.

– Где этот Фаррух живет? – процедил он сквозь зубы.

– Там где‑то, – неопределенно махнул я рукой и продолжил: – Давайте я сделаю игрушки, и вы купите их у меня за тридцать пять рублей. Уговор? – протянул ему руку.