Сезон продаж магических растений (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 34

— Или ты сбегаешь за адренацеей и зубастую мухоловку принесешь? — сыронизировал болезный маг.

Кэсси уверенно кивнула, потом вспомнила про педагогический метод кнута и пряника и добавила загадочным тоном:

— Будешь откровенен — про эксперимент со скалолазом расскажу!

— Совсем про всё рассказать не вправе, но держать в секрете от тебя суть пропавшего заклинания, пожалуй, не стоит, хоть будешь понимать, что на кону стоит, — задумчиво согласился Мар и опять съехидничал: — Только я запутался, с чего мне начинать изложение событий.

— Так подозреваю, что с челночной дипломатии.

Если на участок учебного полигона академии является группа магов, уважительно осматривающих окружающие их растения и внимательно следящих за тем, чтобы не сходить с тропинки, — это наверняка целители или артефакторы. Если в их разговорах между собой частенько мелькают правильные названия встречающихся видов флоры, то вернее ставить на целителей.

За плотным пологом из зелёных веток к Кэсси приближались студенты, дружно перевирающие почти все виды трав и кустарников — значит, артефакторы, как и ожидалось согласно расписанию. Тоже хорошо — больше всего ей нравились занятия с теми магами, у которых основной рабочий инструмент всё-таки мозг, а не магия. Признаться, привычка вначале думать, потом ещё раз думать и лишь затем осторожно действовать, продолжая думать, выгодно отличала их от других групп. Прежде всего, от групп стихийников и боевиков, особенно от последних. Декан факультета боевой магии любил уверять коллег с других кафедр, что воины обязательно умеют мыслить логически, взвешенно оценивать все риски и разрабатывать наиболее действенные стратегии. С ним давно никто не спорил — преподаватели кафедр целительства, проклятий, магической ботаники и зоологии лишь скорбно вздыхали, в ожидании, когда декан боевиков выдаст свой бравурный спич, а потом тоже грустно-грустно вздохнёт. Ибо как ни бились наставники и тренеры, подавляющая часть адептов факультета вначале действовали, потом снова действовали (исправляя итоги предыдущего действия) и затем опять действовали (поспешно проводя работу над ошибками всех предыдущих акций). Обычно бесконечная цепочка заканчивалась вызовом специалистов, способных исправить все ошибки и последствия, и как правило это были врачи, растениеводы, ветеринары.

— Доброе утро, нэсса! — радостно приветствовал её выбравшийся на открытый участок второй курс артефакторов, и Кэсси ответила столь же искренней улыбкой. Она будет скучать по ребятам во время каникул… если, конечно, ей не отрубят голову, лишив возможности скучать. После ночных откровений главы имперской безопасности ближайшие перспективы несколько удручали.

— Надеюсь, вы и по окончании занятия будете считать утро добрым, — лукаво усмехнулась она. Глава имперской безопасности, к примеру, утро добрым не посчитал: он проснулся окружённый зелёными охранниками, надежно препятствующими побегам полностью обессиленных магов из самодельных лазаретов. — Поведайте мне главное правило взаимодействия с бракованными, испорченными артефактами.

— Сперва разряди, потом чини! — в один голос гаркнули студенты, и командир группы охотно пояснил для преподавательницы-человека: — Невозможно предсказать, как сработает артефакт или амулет с дефектом при малейшем прикосновении, сотрясении, нагреве хоть на градус, поэтому прежде всего необходимо полностью вывести его из режима функционирования, а уж потом разбираться, в чём загвоздка.

— Раз повреждённый артефакт нельзя трогать и воздействовать на него собственной магией тоже нельзя, то как его разрядить? Ведь попытка вобрать его магию в собственный резерв может закончиться плачевно.

— О, для этой цели в лабораториях есть множество приборов, рассчитанных на все…

— А не в лаборатории? — прервала Кэсси повествование, грозящее затянуться надолго.

— Не в лаборатории? — опешили артефакторы. — А где?!

М-да, редко выбираются ребята на природу, редко. Всё связанное с профессиональной деятельностью намертво ассоциируется у них с оснащёнными оборудованием пространствами.

— В поле, в лесу, на дорожном тракте. Знаете, где только ни обнаруживает служба имперской безопасности подозрительные и потенциально опасные предметы. Контакт с амулетом-накопителем тоже не всегда приводит к тому, что магия артефакта покорно перетекает в него.

— Ещё бы, в сложных, многофункциональных артефактах специально ставят блок, препятствующий забору магии, — кивнули студенты. — Особенно важно ставить такие блоки в боевом оружии, иначе врагу достаточно дотянуться до него заклинанием оттока магии, чтобы оставить тебя без арсенала. Нет, тут нужно специальное лабораторное оборудование.

— В поле и в лесу? А если необходимо разрядить опасный амулет прямо на месте его обнаружения, поскольку любая транспортировка опасна взрывом? А если ваш собственный артефакт сломался и представляет угрозу, а до лаборатории ой как далеко? Я веду к вопросу, какие вы знаете природные аналоги дорогостоящего оборудования?

— Так-то все магические растения можно использовать для слива магии, но резерв у них не велик, и большинство видов охотнее сожрёт тебя, чем выкачает магию из твоего амулета, — почесали затылки артефакторы.

— Поэтому сегодня мы изучаем растение, которое довольно просто отыскать в нашей местности. В лабораториях маги его не держат и в лавках не продают, оттого вы с ним вряд ли сталкивались, так что представляю: магоед обыкновенный! Имеет привычку прятаться в заброшенных осиных гнёздах. Обладает внушительным магическим резервом, обычно пустующим и желающим быть заполненным. Кроме того, растение маленькое, физически слабенькое, никогда ни на кого не нападающее.

«Слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой, — отчётливо читалось на лицах проницательных студентов, успевших изучить за год дидактический стиль нэссы Валенса, ещё в прошлом семестре замещавшей нэссу Лиеру. Они внимательно разглядывали выданные им карточки с цветным рисунком и основными характеристиками вида. — И что в лабораториях сие полезное и безопасное растение не держат, тоже подозрительно».

Боевики уже рассыпались бы цепочкой по лесу, разыскивая искомое и потроша осиные гнёзда, а артефакторы настороженно ждали продолжения инструкций. Однако Кэсси считала, что лучше всего усваиваются те знания и навыки, что получены на практике, и сделала широкий жест, приглашающий прогуляться по близлежащим зарослям.

— Одного магоеда на группу будет достаточно, — скромно обозначила она свои пожелания.

Гроздья осиных гнёзд свисали с верхних веток стоящего неподалёку засохшего кипариса и сразу бросались в глаза. На соседних деревьях тоже виднелись десятки гнёзд, и адепты академии взялись совещаться. Никакого соперничества между собой, как у боевиков, ни малейшего стремления работать в одиночку, чтобы успеть выполнить задание раньше других и тем доказать, кто тут самый смелый, ловкий, умелый. Артефакторы неподдельно обрадовались, что им разрешено работать группой, и тактику действий обдумывали сообща. Да уж, это не проклятийники, которых вовсе запрещено объединять в группы, превышающие размер пары, по причине исключительно склочного (от природы) характера. Разделившись на отряды, артефакторы разошлись под три дерева. В каждом отряде двое магов поднялись вверх и принялись осматривать гнёзда, остальные страховали их снизу.

— Нашли! — вскоре долетели крики довольных студентов, осматривающих добытых магоедов, похожих на жёсткие жёлтые оладушки, как многие другие лишайники. — Целых три нашли и тут ещё есть! — Пауза, и голоса стали менее счастливыми: — Только гнёзда не все заброшены — осы загудели!

— Спускайтесь! — рявкнул командир группы, и начался основной акт педагогической пьесы.

— Не можем!!! Заклинания не сплетаются! То есть у нас опустошён резерв!!!

«Естественно, вы же сами искали магоедов», — усмехнулась про себя Кэсси.

— Магоед обыкновенный обнаруживает жертву по тому, как она раскидывается магией, — процитировал надпись на карточке командир группы. — Дьявол, надо было лезть на дерево по веткам, а не парить как птицы! Далее… у магоеда радиус дотягивания до жертвы не более одного метра…