Отставной экзорцист 3 (СИ) - Злобин Михаил - Страница 2

— Виноват! Раньше за Бугровым такого не водилось. Разрешите попробую снова до него дозвониться?

— Да уж потрудитесь, майор, — красноречиво выделил интонацией последнее слово Аваков, после чего повернулся к генералу. — Извините, Фёдор Харитонович, не ожидал я такой необстоятельности от своего сотрудника.

— Потом сам с ним обсудишь, — медленно огладил пышные усы Щукин. — А сейчас лучше расскажи мне, Валера, что там за ситуация такая? И каким образом твой отдел в неё угодил?

— Ох, товарищ генерал, если бы я сам ещё понимал…

Аваков недобро зыркнул на подчинённого, и Фирсов постарался сделать вид, что целиком поглощён поиском контакта в адресной книге.

Ну, Бугров, ну удружил, гад!

Пока генерал по-свойски беседовал с полковником, Дмитрий Сергеевич с замирающим сердцем ждал, когда начнётся дозвон. Но вот шуршащая тишина в динамике сменилась пронзительной трелью сетевого уведомления. Бездушный голос монотонно затараторил: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети…» Но для майора это прозвучало как приговор.

— Что, Фирсов, не дозвонился? — полувопросительно осведомился Щукин, заметив, как поник сотрудник «Отдела-С».

— Никак нет… — выдохнул полицейский, в сотый, наверное, раз жалея, что не закрыл Бугрова в изоляторе.

— Видать, у твоего «эксперта» дела поважнее нашлись, потом поблагодаришь его, — иронично хмыкнул генерал, но почти сразу же грозно насупил кустистые брови. — Ну а пока, майор, докладывать предстоит тебе. И постарайся изъясняться так, чтобы даже мне всё было понятно. Ферштейн?

Я осторожно поднялся и прислушался. Повсюду царила по-настоящему мёртвая тишина, которой просто не может существовать в нашем мире. Над головой нависало низкое тёмное небо, где сквозь плотные облака пробивалось болезненное желтоватое свечение. А вокруг меня простиралась густая кривая роща.

Деревья здесь перекручивались винтом, а их ветви отвисали практически до земли под весом обильных плодов. Они были совсем небольшие, размером с монету. Но росли целыми гроздями. Я не хотел присматриваться к окружению, поскольку понимал, что ад будет воздействовать через него. Но невозможно отрешиться, когда пространство само лезет в глаза и просачивается под веки навязчивыми образами.

Преисподняя любит брать привычные пейзажи из реальности и причудливо переплетать их с сюжетами ночных кошмаров. И чем дольше здесь приглядываешься, тем больше отвратительных деталей подмечаешь…

Вот и сейчас, стоило только обратить внимание на непонятные грозди, как они зашевелились. Не уверен, что шорох можно назвать влажным, но именно такой звук разнёсся по уродливому лесу. Плоды оказалась глазными яблоками, висящими на белёсых жгутиках. Они уставились прямо в мою сторону, а вместе с этим на стволах деревьев с тихим хрустом начали раскрываться бугристые наросты. Они раззявливались подобно кривым пастям, и что-то беззвучно бормотали.

До тошноты мерзкое зрелище…

Где-то вдали под щербатыми небесами Бездны разнёсся низкий утробный вой, от которого у меня по затылку побежали мурашки. Чем-то он был похож на протяжный стон, издаваемый какой-то исполинской металлической конструкцией.

Отродья почуяли меня. Охота началась…

Не разбирая дороги, я ринулся сквозь чащу прокажённого леса. Миллионы источающих влагу глаз, свисающих с ветвей, поворачивались ко мне. Кажется, рты на стволах деревьях что-то кричали, но я не слушал их. Я мчался, стараясь убраться подальше от твари, что выла где-то позади.

Но как бы я ни рвал жилы, а звук за спиной приближался. Неведомое чудище нагоняло, и периодически я различал его болезненно-белый силуэт. Он мельтешил где-то между деревьями на самой границе видимости этого сумрачного места.

Вскоре мне удалось рассмотреть порождение Бездны подробнее. Выглядело оно крайне неприятно. Какая-то непропорционально вытянутая и худая фигура с тонкими изломанными конечностями, которые длиной совсем чуть-чуть не дотягивали до её собственного роста. Тем не менее, тварь очень резво перемещалась в лесу, хватаясь своими костлявыми руками за ветви и стволы.

Всего на секунду отвлёкшись на существо, которое меня преследовало, я проморгал другую опасность. Откуда-то из-под пня, больше похожего на груду гниющей биомассы, мне под ноги кинулось нечто тёмное. Оно молнией скользнуло по земле, и моё бедро ожгло болью.

Ух-х, сука! Вцепилась прям в мясо!

Что-то небольшое, едва ли крупнее спаниеля, повисло на моей ноге. Тварь яростно вгрызалась в меня и крепко вонзала когтистые лапы в плоть. Её заострённый хвост хаотично метался в разные стороны, норовя хлестнуть по телу, чтобы оставить глубокий кровоточащий разрез.

Рыча сквозь стиснутые от боли и злости челюсти, я ухватил хищное создание за костлявую шею и рванул вверх. Когда его мелкие зубки вырвали из моего бедра солидный кусок, кажущийся под светом трупного неба Преисподней почти чёрным, я не сдержался и заорал.

Мелкое отродье, болтаясь в руках, попыталось цапнуть меня, но я со всего маху швырнул его на землю, а потом прыгнул сверху двумя ногами. Влажно хрустнуло, и пронзительный скулёж существа резанул слух.

Тотчас же застонала и вторая тварь, преследующая меня. Запах крови её взбудоражил, подстегнул и заставил ускориться. Теперь возбуждённый вой позади напоминал какой-то тоненький волчий плач, от которого сердце заходилось в тревожном приступе.

Я поднажал сильнее, но бледное создание не отставало. Оно было совсем рядом и с каждым мгновением сокращало расстояние. В какой-то момент ему удалось сцапать меня за голень. Потеряв равновесие, я полетел вперёд.

Мой лоб с сухим стуком впечатался в узловатые корни, покрытые чем-то влажным. Сознание опасно подёрнулось дымкой. Но даже в таком полуобморочном состоянии, я забился что есть мочи. Ведь мне прекрасно было известно, что тот, кто сдался, мучается в аду гораздо сильнее.

Я хрипел и лягался, пытаясь переломить ударом пятки худощавую конечность, удерживающую меня. Иной раз попадал весьма неслабо, отчего мерзкая тварь обиженно визжала, но всё равно не отпускала, а волокла к себе.

Позабыв о брезгливости, я схватился за ближайший покрытый слизью ствол дерева, но вместе с тем неосторожно угодил в один из раззявленных ртов. Раздался хруст, а за ним и мой вопль. Из пяти пальцев на моей правой ладони уцелело лишь три. Остальные оказались начисто откусаны под самое основание. Теперь на их месте зияли только белёсые головки суставов.

Стоило мне на мгновение потерять концентрацию, как бледное отродье схватило меня и за вторую ногу. Я задёргался с утроенной силой, но ничего не помогало. В этих худощавых руках скрывалось необычайно много силы…

Тварь легко подняла меня над землёй, отчего я повис вниз головой, а затем приняла неспешно тянуть, как запечатанный пакетик со сраными специями. Тут уже сил на крик не нашлось. Я попросту задохнулся от парализующей боли. Слышал, как трещали связки, чувствовал, как рвётся кожа, как лезут наружу внутренности… Обжигающий поток крови побежал по животу, груди, затем шее. Крупные тёмные капли с тихим звуком падали на древесные корни, и они начинали драться за право её поглотить.

«Прими мою силу, смертный, и твои муки сразу закончатся», — зазвучал в сознании соблазняющий шёпот Валаккара. — «В этом месте я полноправный хозяин, никто не посмеет на меня покуситься».

«Катись… к чёрту…» — только и успел подумать я, как бледнокожее отродье швырнуло мою надорванную тушку оземь.

Оно не стало добивать меня сразу, а разорвало тело примерно до половины. От удара во мне что-то хрустнуло, а вывалившиеся кишки шлепками опали рядом. Тварь рывком приблизилась к моему надорванному брюху и принялась с отвратительным хлюпаньем и чавканьем поглощать мои внутренности непомерно огромной пастью.

Я дёргался и хрипел, пытался отбиваться руками, поскольку ноги уже не шевелились. Но моё сопротивление лишь разжигало у отродья интерес и аппетит. Оно с фанатичным любопытством пожирало меня не только буквально, но и взглядом. Его широко распахнутые глаза, лишённые век, жадно следили за каждым моим конвульсивным рывком. Казалось, что моя агония для порождения Бездны была даже слаще плоти.