Файролл. Петля судеб. Том 4 - Васильев Андрей - Страница 2

– Забыл? Ты тогда броню уникальную притащил, с какого-то их воина снятую, а я после за немалый куш ее обратно в «Меч и посох» запродал.

Верно-верно. Было. Как, бишь, этого слоняру-то звали… Э-э-э-э… А! Игрэйн Лютый. Он еще немало гэльтов посек, что Вайлериуса охраняли, прежде чем мы его прикончили. И только после того, как скопом навалились.

– Знать бы прикуп… – продолжил казначей. – А теперь мы через нашу скаредность проблем получим ого-го сколько. Там такая бронька, что с ней половину наших можно разметать, не потеряв и части здоровья. Ее не всяким мечом вскроешь.

– Мой косяк, – признал я. – Не надо было возвращать, твоя правда. Лучше бы я из нее чучелко сделал, как с самого начала собирался.

– А хотите, я его убью? – вдруг предложила Трень-Брень.

– Кого? – с сочувствием глянула на нее Фрейя, а после даже подошла и потрогала лоб феечки.

– Ну этого, в броне. Да убери ты руку свою! Нет, серьезно. Я тут недавно пару заклинаний выучила под свой класс, с которыми вот таких шкафов только и валить. Да что вы ржете? Я серьезно!

– Договорились, – приобнял я фею за плечи, – Игрэйн за тобой.

– Кто?

– Ну, рыцарь этот. Так, двое из двенадцати участников есть.

– Почему из двенадцати? – удивился Слав.

– По правилам, – ответил ему я. – В самом начале было сказано: в первом туре будут драться группы по двадцать четыре игрока, во втором – по двенадцать, в третьем – по восемь. Ну а в финале, наверное, двое на двое.

– Ты мне место обещал! – выдвинулась вперед Флакки. – Чего вы загалдели? Уровень у меня нормальный, клан никогда не подводила, «Меч и посох» презираю уже минут пять как. Аж зуб крошится, как их не люблю!

– Было, обещал, – кивнул я. – Да и в остальном все так. Ты третья. Мысь, ты четвертая, Кро пятая. Кому, как не ей, стрелками командовать?

– Хорошо хоть не забыл, – фыркнула моя замша.

– Ты о чем?

– О своем.

– Так, с лукарями все, – в целом поняв, что она имеет в виду, но при этом решив не обращать на происходящее внимания, продолжил я. – Фрейя, ты шестая. И Тэйри скажи, что она седьмая. Вдвоем управитесь или еще Сайрин возьмем для внесения нотки безумия в происходящее?

– Безумия? – заинтересовалась означенная особа, устроившаяся в уголке каминной и читающая какую-то книгу.

– Если с Тэйри, то нормально, – кивнула магесса. – Не надо Сайрин.

– Не надо, – кивнула наша блаженная и снова углубилась в книгу.

– Ариадна, ты здорово прибавила за последнее время, – глянул я на девушку-огневика, которая печально вздохнула. В принципе, я не должен ей ничего объяснять, конечно, но не хочется обижать невниманием очень и очень перспективного человека. Есть в Ариадне потенциал, причем немалый, это даже я, не особо заморачивающийся на клановые «внутряки», вижу. – Но будем объективны: пятьдесят пятый уровень для Арены – ничто. Тебя завалят в первые же минуты.

– Да я понимаю, – отозвалась та. – Только хотелось же…

– Ничего-ничего, – приободрил я ее. – Сдается мне, что для тебя работа и забава уже скоро найдется. Кро, твоя точка зрения по магам. Двух хватит?

– У них точно будет минимум на одного больше, – потерла лоб моя замша. – Сайрус к магии неровно дышит, я это давно заметила. Тем более что он себе это может позволить из-за разницы в боеспособности наших и его «танков». Потому нам лучше, конечно, усиливать нападение. Только перевести все в ближний бой, других вариантов не вижу. Хотя этот их Игрэйн… Вспомнила я его. Турок или Нокс из «Гончих», пожалуй, один на один его бы сделали, но у нас таких ходячих крепостей нет.

– У вас есть я! – возмутилась Трень-Брень. – Сказала же – верзила на мне. Все, забудьте про него.

– Дай бог нашему теляте волка задрати, – вздохнул я и я глянул на столпившихся вокруг меня сокланов. – По бойцам – Вахмурка, Гуго, Торин, они самые мощные из наших гномов. Это десять. Шеркон и Слав – одиннадцать и двенадцать. Собственно, все, мне группа видится такой. Если у кого есть другое мнение на этот счет – готов выслушать. Но только давайте без разных «почему он, а не я», хорошо? Четко, обоснованно, коротко. Если аргументы убедительны – начинаем обсуждение.

– Плюс имейте в виду – нам, если что, геморроев прилетит больше, чем тем, кто на трибунах сидел, – добавил Слав с ухмылкой. – Кто на Арене – тот и крайний.

– Кстати, да, – кивнул я. – Совсем этот фактор не учел. Потому, если кто хочет свою кандидатуру снять – не вопрос. Обид никаких не будет, и шушуканья за спиной тоже. Это игра, репутация в ней – не последнее дело, а тут ее профукать можно на раз-два.

– Я свое место никому не уступлю, – мигом заявила Флакки.

– Мне вообще пофиг, – хихикнула Трень-Брень, доставая из сумочки, висящей у нее на боку, длинный леденец в пестрой обертке. – Трудно потерять то, чего нет.

– Чистая правда, – заметила Фрейя. – Причем твои ум, честь и совесть находятся там же, где и репутация. То есть в некой космической черной дыре, куда никто никогда не доберется.

– Удобно, – задумчиво пробормотала Элерин, а после, встрепенувшись, заявила: – Я тоже хочу на Арену. Вам без меня не справиться!

– Предупреждение первое, оно же последнее, – устало сказал я. – Пойми одну простую вещь – кому дурака включать в серьезный момент, у нас уже есть, так что тут ты опоздала. И, заметим, Тренька в такие моменты, как сейчас, или молчит, или говорит по делу.

– Вот-вот! – пискнула фея.

– Трень наша, а эту мы вообще не знаем, – вдруг произнес Снуфф. – Может, сразу ее из клана того? Чую, неделька будет ой-ой, на фига нам эта клоунесса?

– Правильно! – поддержала ее фея, растягивая рот в улыбке. – И вообще она мутная какая-то. Мне сразу не понравилась.

Элерин, поняв, что сейчас никто тут не шутит и ее присутствие в клане на самом деле висит на волоске, дальше выпендриваться не стала и эдак незаметно сначала переместилась в уголок залы, сев рядом с Сайрин. Мол, все-все, читаю книжку, не отсвечиваю.

– Заметь, Хейген, эта все же поумнее нашего бедствия, – сообщила мне Фрейя. – Вон спорить не стала, тихонько слилась.

– Тогда пока пусть будет. Так, что еще? Тем, кто попал в состав, но здесь и сейчас отсутствует, передайте, что они в группе. И вот еще что. Кро, резервных бойцов назначь по каждой кандидатуре, включая наши с тобой. Жизнь есть жизнь, мало ли что до четверга случится? Может, у кого-то зуб разболится, пересдачу в институте назначат такую, что не задвинешь, или интернет отключат.

– Сделаю, – кивнула эльфийка. – Да и вообще мы с тобой еще это все не раз обсудим. Блин, вот чего мы тот первый бой не проиграли? Сейчас бы жили спокойно, готовились захвату и разграблению Запада, а вместо этого что?

– Перспектива стать первым кланом, который попадет в опалу вообще ко всем вернувшимся богам, – невесело рассмеялся я. – Пусть и поневоле. Может, даже какое-то достижение дадут. Да нет, наверняка дадут, нам же прилетит ого-го как. Тиамат будет зла за то, что мы проиграли. Лилит нас в черный список кинет за то, что мы, вместо того чтобы поднять лапки кверху, сражаемся с ее фаворитами до последнего зуба. Ну а у Мессмерты и Витара ко мне лично имеются сильно старые счеты, которые они, конечно же, при первой возможности перенесут на мой клан. А выход из фавора у Тиамат как раз она и есть.

– Про это ты нам не рассказывал, по крайней мере, в полном объеме, – заметила Фрейя. – Прямо большие счеты?

– Немалые. Да не суть, дела давние. Я к чему – даже если огребем, то хоть неслабо выпендримся!

Как ни странно, народу такая перспектива понравилась, он даже снова галдеть начал. Я же говорю – странный у меня клан. Алогичный, живущий по принципу «чем нам хуже – тем нам лучше». Бред? Бред. Но весело же!

– Не думаю, что Тиамат нас проклянет навеки, – негромко добавил Амадзе. – Храм-то никуда не денется, он как тут стоял, так и дальше стоять будет. Первокирпич из основания не вынешь так просто.

– Разумно, – кивнул я. – Да и первожрец на нас подвязан намертво. Флоси северянин, ему условие «или я, или они» ставить глупо, он кого хочешь в этом случае по матушке пошлет, просто из принципа. Хотя, конечно, первожрец не храм, его-то сменить можно. Но пока суд да дело, Тиамат и отойти может.