Скрипка. Я не буду второй (СИ) - Хеппи Катя - Страница 20

Я сглупила, что осталась после своего выступления.

Нужно было уезжать…

Тогда я бы не наделала всего этого…

Тогда бы мне не пришлось хвататься за перила лестницы от страха и осознания того, что я натворила непоправимое…

— Не ври. Ты просто хотела занять её место… — ещё больше бесился Пантера.

— Дан, если ты не понял, то Лола ушла. А ты распалялся о любви и чувствах в пустоту. Если бы на сцену не вышла я, ты выглядел бы жалко… По уши влюблённый парень, которого кинула девушка на глазах у нескольких сотен фанатов. И это не считая тех, кто смотрел концерт в прямом эфире. Ты этого хотел?

— Лучше так… — в отчаянии кричал Чернов, а в его голосе было ещё больше злости вперемешку с разочарованием.

— Тогда зачем ты продолжил все, когда вместо Лолы на сцене оказалась я? Зачем признался в любви мне, если был готов к публичному унижению? Почему только сейчас орёшь и отталкиваешь меня, когда должен был сделать это на сцене? Почему прямо перед зрителями и журналистами не заявил, что я самозванца, а не твоя девушка? Вернись и скажи всем правду! Думаю, ещё не поздно…

Сейчас орала я.

Потому что до меня окончательно дошло, что произошло.

Это полный пиздец…

Но больше всего бесило, что отмотай время назад и я бы снова сорвалась ему на выручку…

Потому что чувствовала, что ему будет вдвойне больно, если к отказу Ло, добавится ещё и критика со всех сторон.

Только Дан видит все иначе…

Он готов быть посмешищем, готов загубить свою музыкальную карьеру, но не готов даже понарошку быть влюбленным в меня…

— Чернов, я притворилась твоей девушкой по тем же причинам, по которым ты не остановился, а доиграл спектакль, хоть и сменилась главная героиня. В моем поступке нет скрытого подтекста… Я просто хотела спасти коллегу от позора и нашу группу от провала на концерте…

Только вот обрекла себя на фиктивные отношения, а свое и так раненное сердце на очередную порцию ножевых…

Дан

Меня штормит, как после недельного запоя, хотя я и не пил.

Но моё состояние объясняется одним словом…

Скрипка…

Эта бесячая выскочка снова вернулась в мою жизнь.

Проклятье обрушилось на меня с удвоенной силой…

И я не хочу признавать, что сам открыл ему дверь. Сам притянул эту проблему себе на голову…

Стиснув зубы, решаюсь прямо посмотреть в глаза девушке. Не делал этого целый месяц, потому что знал, что сорвусь. Меня корежило до потери пульса даже в одном помещении с ней.

Только презрение и ненависть во взгляде Беловой помогали мне держать руки подальше от неё. Но, само собой разумеется, я все равно не мог устоять перед завитушкой её волос, выбившейся из пучка, нервным покусыванием губ, белыми гольфиками и веснушками, которых за этот месяц стало ещё больше.

Тянуло прижать ее хрупкое тельце к себе и пересчитать каждую веснушку как минимум десяток раз.

Ведь я до умопомрачения скучаю по этой девушке…

И каждый раз во мне что-то надламывается, когда я запрещаю себе признаться в этом.

Каждая раз сердце разрывается в груди на ещё более мелкие кусочки, когда я смотрю на мою Скрипку…

Не просто смотрю, я жадно разглядываю.

С каждым таким откровенным зависанием на Беловой я ненавижу себя больше и больше. Ненавижу, что дал слабину, что снова позволил себя поддаться чувствам, что разум не можем остановить рой мыслей, крутящихся в моей голове.

Уже месяц я пытаю себя вопросом: а что если бы я нашёл возможность быть с Энн?

Но такой возможности не было…

А сейчас…

А сейчас мне совсем неважно, почему Ло ушла.

Куда важнее, что мне делать со Скрипкой.

Ведь именно ей перед тысячной толпой я произнёс признание в любви…

И не то заученное наизусть, а искреннее…

— Хочу быть с тобой и только с тобой…

Вот та мысль, которую я был уверен, что никогда не озвучу Скрипке.

Но сказал так громко, что её услышала тысяча ушей…

Только вот услышать, не значит поверить или принять.

После всего Энн не способна на это…

Не способна поверить, что я влюблённый идиот с разбитым сердцем. Для её я конченый придурок, который для всеобщей потехи издевался над ней и её чувствами ко мне.

Втягиваю носом воздух, а затем выдыхаю, пытаясь освободить грудь от скопившихся эмоций. Пытаюсь придать равнодушность голосу:

— Мне нужно знать ответ на один вопрос, Скрипка. От этого будет зависеть, как мы будем выпутываться из сложившейся ситуации.

— Спрашивай… — говорит так, словно я для неё незнакомец, случайно подошедший на улице.

Остатки и так поистрепавшейся надежды машут мне на прощание ручкой!

Полный пиздец!

Лучше бы уже ненавидела всей душой, чем просто забыла, оставила в прошлом.

А в том, что я для Энн ничего не значу, уже нет сомнений.

Белова не умеет скрывать эмоции, она выплевывает их неконтролируемо.

А сейчас эмоций тупо нет…

Значит ли это, что чувств больше нет?

Не знаю...

Она слишком… другая. Сдержанная, закрытая, недоступная… И я не знаю, как вести себя рядом с такой версией Скрипки.

Ладони потеют, и я стискиваю их в кулаки, со щемящим чувством внутри решаюсь на опрометчивый шаг:

— Энн, ты ещё любишь меня?

— Нет, — отвечает, не задумываясь ни на минуту.

Сердце переворачивается в груди, и на мгновение я умираю.

Но следующие её слова заставляют ожить и доказать и себе, и ей, что это ложь…

Потому что я до мельчайших подробностей помню, что творилось с ней, когда я прикасался, обнимал, целовал её…

Это вовсе не “всплеск эмоций”…

Это была “любовь”...

И я напомню тебе об этом, моя Скрипка…

— И вообще, я ошибалась, думая, что влюбилась. У меня совсем нет опыта в отношениях между парнями и девушками, поэтому я неправильно оценила свои чувства. Это был всего лишь всплеск эмоций от резких перемен в жизни. Все в одночасье изменилось: окончание школы, переезд в Москву, музыкальный проект, новые люди вокруг, взрослое общение… Дан, это была не любовь, потому что стоило нам перестать общаться и все прошло… Я даже не вспоминаю о тебе…

— Вот как… — мрачнею я, снова врубая больного засранца. — Гарантирую, что с этого момента ты будешь думать обо мне непрерывно. Ведь по твоей инициативе мы сейчас пара. И хоть мне и насрать на тебя, Белова, но играть влюбленных мы будем до ужаса правдоподобно. Потому что мои фанаты предпочитают фото с откровенными поцелуями, а я уже привык быть на первых строках рейтинга…

Дан

— Я искал тебя вчера вечером?

— Зачем? — спрашивает, не отрываясь от кофемашины.

— Где ты была? — сверлю взглядом идиотские сердечки и скрежещу зубами, потому что заведомо знаю ответ на вопрос…

— Я была с Лёшей…

Я, блядь, готов расхреначить кофемашину за то, что из — за неё Скрипка не замечает меня.

Догадываетесь, каких усилий мне стоит побороть в себе желание переломать все пальцы Манулу. Этот гавнюк уже в открытую флиртует с Беловой. И я не уверен, что этот флирт не шагнул дальше…

Ближе… Глубже… Откровеннее…

Пиздец, как внутри все трещит! И нужен лишь один толчок и все с грохотом разлетится на острые осколки!

Я балансирую на грани сумасшествия.

То я рвусь вытряхнуть ответы на все свои вопросы с Беловой…

Было? Что? С Манаевым? Сколько раз? Понравилось?

То готов наброситься на Манула без особой причины.

Просто потому что он с ней, потому что ему можно, а мне нет, потому что она улыбается ему…

То я уговариваю себя забить на Белову и жить свою собственную жизнь…

Но сейчас я имею право не игнорировать похождения Скрипки…

Я сейчас, твою мать, её парень… Насрать, что фиктивный… Ведь это не отменяет моего права на гребаную ревность, которую она распаляет во мне…

— Как же отличается лето в Москве! Погода прекрасная. Так и хочется гулять, есть мороженое и целоваться…