Бухта Магнолия. Магия, чистая и злая - Шредер К. Ф. - Страница 8

Генджи привел их к ряду невысоких строений на краю территории сада. Открылась дверь, в нее втолкнули Наэля. От толчка он упал на колени. В нос ударил запах крови и пота. За спиной он слышал причитания отца Кари:

– Нет, прошу вас… нет…

Наэль поднял голову – и наткнулся на две дюжины мертвых глаз.

Ему пришлось бороться со рвотными позывами. Помещение было полно «оболочек». Некоторые лежали или сидели на полу, но большинство стояло неподвижно, с лицами, лишенными всякого выражения. И их состояние… Даже в тусклом свете Наэль различил множество повязок, равно как и кровоподтеков и порезов, которые никто не потрудился перевязать.

Его колена коснулась мягкая шкура: это женщина-ягуар опустилась на пол рядом с ним. Наэль не заметил, как она вошла, настолько бесшумно та ступала своими бархатными лапами. Повернув голову, он увидел свое зеркальное отражение в ее темных глазах. Женщина-оборотень неотрывно смотрела на Наэля, как будто хотела ему что-то поведать.

– Что нам с ними делать? – спросил боец, крепко державший Наэля.

– Это зависит от того, насколько они готовы сотрудничать, – ответил Генджи и прокричал отцу Кари, тихонько стонавшему в темноте: – Сколько тебе говорить, чтобы ты заткнулся, и когда ты это поймешь?

Он дал старику пинка в живот. Тот со стоном скорчился.

– Ты что, не знаешь, кто это? – прошипел Наэль. – Ты считаешь разумным бить отца твоей госпожи?

– Кари плевать на него.

И все-таки не возразил против того, что Кари выше его по статусу. Наэль еще в «Люминере» предположил, а теперь точно это знал. Он сильно надеялся, что Кари снимет шкуру с этого урода.

– А вот что меня горячо интересует – какие у тебя дела с ее отцом. Или, может, даже с Кари? Что там было у вас в баре, а? – продолжил Генджи.

– Я встретил там Кари случайно, а кто бы мог устоять перед такой женщиной, как она, – ответил Наэль, хорошо понимая, что это не тот ответ, на который рассчитывал Генджи. Но зато заметил, что есть преимущества в том, чтобы спровоцировать противника. Кто злится, тот теряет осторожность. А неосторожному легче вонзить нож между ребер.

– Не ври, – прошипел Генджи. – Или мне яснее показать тебе, что будет, если меня не устроят твои ответы?

Он щелкнул пальцами, после чего один из бойцов Немеа подтащил к Генджи «мужскую оболочку». Отец Кари застонал, а Наэль сжал губы, когда Генджи выхватил нож и приставил его к поясу безгласного существа.

– За каждым неправильным ответом будет следовать один порез, – объяснил он.

И медленно провел лезвием диагональ по животу «оболочки», оставив на теле зияющий разрез. Из раны вытекла единственная капля крови. «Оболочка» неподвижно позволила этому совершиться, не издав ни звука. Безгласные существа не чувствовали боли, по крайней мере так считалось, и тем не менее это зрелище повергло Наэля в гнев.

– Я буду великодушен и дам тебе выбор. Руки или ноги, живот или грудь, – сказал Генджи и сначала провел вертикальную линию выше пупка, а потом последовали два креста – слева и справа на груди «оболочки».

Наэлю пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы удержать свою ярость. Мерзкий негодяй вычертил на теле «оболочки» смайлик и теперь улыбался, как ребенок, гордый своим художеством. Не будь охранники вооружены пистолетами и не пришлось бы Наэлю при этом подвергнуть риску жизнь отца Кари, он бы уже набросился на Генджи.

После очередного «художества» один из бойцов-скарабеев сорвал с Наэля куртку и разрезал ножом его майку. Насколько Наэль мог судить о Генджи, никакой самый ловкий ответ не уберег бы пленников от ножа. Слишком уж этот парень наслаждался, демонстрируя свою власть. Однако, вместо того чтобы наказать Наэля, он пнул отца Кари своим тяжелым ботинком в живот. Тот стонал на полу.

– Твой скулеж меня нервирует, старик, – проворчал он.

– Но я не вру! – закричал Наэль. Если Генджи захочет его пытать, он это выдержит, а вот отец Кари был уже на пределе. – Кари мне понравилась. – (И это, кстати, была правда.) – Я хотел произвести на нее впечатление, поэтому и ударил парня в баре. И потом проследил за ней до виллы. Я думал, если помогу ее отцу, то заслужу ее расположение. Я…

Генджи прижал нож к груди Наэля. Лезвие вонзилось в его плоть – и хотя лишь поверхностно, но достаточно, чтобы появилась кровь.

– Ты точно знал, кто такая Кари Немеа. Скажешь, нет?

– Ты прав. Я сидел в баре, чтобы встретить ее, – признался Наэль.

Это была лишь часть всей правды – остальное он рассказать не мог. В противном случае уже было бы все равно, переживет он сегодняшнюю ночь на вилле или погибнет, поскольку люди из синдиката «Горящая лилия» так и так убрали бы его с дороги.

– Для чего ты хотел ее встретить? – допытывался Генджи.

В этот момент дверь с шумом распахнулась. Младшие телохранители тотчас отпрянули, на лице Генджи отразился ужас. Кем бы ни был вошедший, в негласном табеле о рангах клана он, должно быть, стоял гораздо выше Генджи.

– Что это значит? – прогремел голос, который показался Наэлю знакомым.

– Харуо, я… я хотел послать за тобой, как только мы получим информацию, – оправдывался Генджи. Значит, то был Харуо, второй телохранитель Кари.

– Я же дал ясные указания, чтобы вы отпустили отца Кари, – ответил тот. Наэля он удостоил лишь коротким ненавидящим взглядом и тут же прошел мимо парня к отцу Кари и присел перед ним на корточки. Приставил ладонь к щеке старика.

Наэль ощутил подле себя движение. Краем глаза увидел женщину-ягуара, она подмигнула ему и слегка кивнула в сторону двери. Что это было – сигнал? Она хотела, чтобы он сбежал? Телохранители Немеа отвлеклись на присутствие Харуо. Это был шанс! Наэль слегка кивнул, чтобы просигнализировать, что он ее понял. Женщина-ягуар еще раз подмигнула, как это могут делать только люди, зарычала и прыгнула на молодого телохранителя. Она вскочила ему на спину и опрокинула. Генджи с проклятием отпрянул.

Наэль воспользовался моментом. Двумя точно отмеренными пинками он уложил на пол удерживавшего его парня и рванулся наружу. Не оглядываясь, прыгнул к ближайшему ряду деревьев и прижался к стволу, чтобы скрыться с глаз телохранителей Немеа. Сердце его колотилось с утроенной частотой.

Отец Кари остался в хижине. Харуо же сказал, что хотел его отпустить. И даже тревожился за него. Но мог ли Наэль положиться на сострадание Харуо? Бежать или сражаться?

Наэль еще не успел принять решение, как женщина-ягуар бесшумно очутилась подле него. Она довольно заурчала, снова подмигнула Наэлю и насторожила уши. Было ясно, чего она хочет.

– Почему ты зовешь меня с собой? – спросил Наэль.

Женщина-ягуар издала тихий рык и снова оглянулась. Она спасла ему в хижине жизнь, и поэтому он решил ей довериться. А разве у него был выбор?

Женщина-ягуар провела Наэля в виллу через тайную боковую дверь. Он поднялся за ней по лестнице, открывшейся за служебным входом, и шел по коридору, увешанному картинами и уставленному фарфоровыми вазами античного вида. Холмистые ландшафты на стенах сменялись изображениями летящих журавлей, рисовых полей и храмов в окружении озер. Наэль не мог поверить, что действительно очутился внутри царства Дайширо Немеа, одного из опаснейших главарей кланов Бухты Магнолия. Присутствие Наэля здесь было безумием. Если его тут застанут, уже ничто в мире не сможет спасти ему жизнь. Тем не менее сердце билось учащенно не от страха, а от волнения. Это было то самое место, где он давно мечтал побывать.

Женщина-ягуар остановилась перед одной дверью и ткнула в нее лапой чуть ниже ручки.

– Ты хочешь, чтобы я вошел? – спросил Наэль.

В ответ она медленно зажмурилась. Наэль колебался. Он не имел никакого представления, что ждет его по ту сторону двери. Что, если там затаились бойцы-скарабеи или, того хуже, сам дон? Вдруг это ловушка? Но об этом ему следовало подумать раньше. Теперь отступать было некуда. Его колебания женщина-ягуар прервала грозным рыком.