Внезапно замужем, или Как спасти репутацию (СИ) - Семина Дия - Страница 5

— А затем! Без мужа ты и чека подписать не сможешь. Разведёшься, тогда я твой законный опекун, и без меня не сможешь ничего сделать. Ты – баба! Смирись, дурында, была бы парнем, разговор был бы совершенно иной. Ты моя собственность, и твоего мужа я сам найду, за такие деньги я его…

Он сделал угрожающий жест, проведя рукой по своему горлу. Хватаю узел, и пока дядя пыхтит от злости, отталкиваю его и бежать по второй лестнице. Не тормозя, сбиваю с ног ушлого лакея и прямиком на кухню, чёрный ход, и яркий солнечный свет ослепил, дезориентировал, на мгновение замешкалась. Бежать, скорее бежать, ну нет, развернулась и на дверь повесила замок, пока они пробегут вокруг дома от парадного крыльца, меня и след простынет…

Я выиграла себе фору в несколько минут. Лакей со всей дури долбится плечом в закрытую дверь, пытается выбить её, ну и пусть, чем дольше слышу стук, тем спокойнее бежать.

За поворотом узкий-узкий проход, протиснулась и вот уже другая улица, дальше небольшая площадь. Я всегда уезжала в пансион именно отсюда на городской карете, правда обходила с парадной стороны, но и этот путь помню, осталось пробежать вперёд, запрыгнуть в первый экипаж и на ходу назвать адрес. Какое счастье, что доходный дом Варвары Михеевны находится совсем в другой стороне города.

— Но, пошла родимая!

Я вжалась в твёрдую спинку сиденья и даже зажмурилась, порой что-то детское во мне всколыхивается, наверное, привычки настоящей Натальи. Но я и сама сейчас дрожу как осиновый лист. Степан понимает, куда я побежала, к счастью, извозчик по столичному обыкновению заставил лошадь сразу набрать скорость и повёз к мосту, в другую сторону от дома Соколовых. Теперь им меня не догнать и не найти. Маленькая девушка в огромной столице такая же незаметная…

— Вот чёрт! Ой, — и по традиции пансиона тут же перекрестила рот после ругательства. — Полмиллиона, Боже мой, меня же за такие деньги просто убьют. И кто знает о настоящей сумме? Дядя, муж, директриса, и те, кто украл документы у покойной свахи, они все откроют на меня охоту, и с каждой неделей, ближе к моему дню рождения, опасность будет возрастать.

Шепчу сама себе, чтобы услышать реальность такой, какая она есть. Почему, интересно, отец Натальи поступил именно так. Мог бы оставить деньги в каком-то попечительском фонде, раз не доверял дяде. Или другого опекуна можно было назначить.

Но теперь уже чего вздыхать. Ситуация такая, какая есть, мне нужно залечь на дно, и дядя был прав, скорее всего, замужество – это реальный план Натальи, только я в него не посвящена, и не могу ничего вспомнить. И отсидеться в «Оранжерее» тоже была неплохая идея, увы, план провалился, и теперь я словно очутилась в игре, действую так, как фишка ляжет.

Ненавижу спонтанность!

Я люблю, когда всё степенно, чётко, и по плану, когда даже форс-мажорные обстоятельства внесены в список текучки (рутины). Как это было в маленькой районной газете, где я работала помощницей главного редактора до того момента, как в лихие девяностые нас перекупили и сделали рекламным еженедельником. А такие, как я, предпенсионеры ушли кто куда, кто в технички, а кто-то в небольшие круглосуточные киоски, бр-р-р-р, какие ужасные годы мы тогда пережили, а вот опять такое же ощущение пугающих, стремительных перемен.

Воспоминания о газете натолкнули меня на мысль. А что, если дать объявление: Андрея Петровича Уварова в отчаянии разыскивает безутешная жена, найдись, любимый, я всё прощу. И адрес почты до востребования. Или пусть в само издательство приносят записки для меня, потом приду и заберу.

Показалось, что это вполне реальная мысль, в восьмидесятые годы у нас была такая колонка: «Ищу тебя, отзовись!». И ведь находились люди, и родственники, и друзья, и сослуживцы. Эта идея вдруг стала локомотивом в плане ближайших дел. Только бы Варвара Михеевна не отказала мне в жилье.

Мы проехали довольно долго, пришлось отдать всю мелочь за доставку, чаевых от такой бедненькой красотки извозчик даже не ждал.

— У самой-то хоть деньги есть? — уточнил сердобольный, и я кивнула, приятно, что не все люди такие жмоты, как мой дядя.

Дом оказался вполне приличным, свежая краска на стенах, окна все чистые, видно, что дела у хозяев идут хорошо, только бы цену не заломила. Одна надежда, что из-за дружбы с Клавдией я получу хотя бы какие-то преференции.

— Добрый день, а могу я поговорить с Варварой Михеевной? — вхожу в изысканное парадное и сразу спрашиваю у солидного консьержа о хозяйке. Надо заметить, что для консьержа мужчина очень хорошо одет, да и выглядит почтительно.

— Добрый день, юная леди. А кто такая Варвара Михеевна?

Он вышел из-за высокой стойки, осмотрел меня с ног до головы, и, кажется, принял за вполне приличную «леди».

— Хозяйка, мне дали этот адрес с рекомендацией. Я выпускница Благородного пансиона, вот посмотрите.

И протягиваю мужчине записку Клавдии.

— Сожалею, сударыня, но вас привезли в совершенно другой район. Название улиц похожее, и номер дома совпадает, но это другой адрес.

— О, Боже! Я же сама в спешке напутала и назвала извозчику этот адрес.

До меня дошло, какую ошибку я совершила. Названия улиц похожие…

— Так с какой целью вы искали тот дом? Устроиться на работу? — качаю головой, отклоняя идею с работой. И он тут же продолжил развивать мысль. — Насколько я знаю, там дома не славятся безопасностью и чистотой. Может быть, вы решите осмотреть комнаты на четвёртом этаже? У нас тихо, за порядком тщательно слежу, цена не многим больше, чем там, куда вы собирались. Или Варвара Михеевна разместила бы вас бесплатно?

— Нет, вряд ли бесплатно, полагаю, что там дешевле, но и мест свободных нет. Если вы мне назовёте цену и покажете комнату, то я подумаю.

— О чём же думать, соглашайтесь. Сейчас позову горничную, она вас проводит, комнаты маленькие, тёплые, цены разные: три, пять и семь рублей в месяц, если вам нужны услуги прачки, то смена белья двадцать копеек в неделю.

— Кажется, мне подходит. А подруге я напишу письмо. Чтобы не волновалась.

— Конечно, конечно. Здесь недалеко есть почта. Вам понравится.

— Вы так обо мне заботитесь, это немного странно, простите за вопрос, но какая вам выгода? — я не сдержалась и задала вопрос. Который может мне стоить комнаты и доброго отношения. Но лучше узнать на берегу, к чему такие сахарные условия.

Консьерж очень серьёзно ответил:

— Вы одна и благородная, насколько я вижу по вашим манерам, да и по облику в целом, поймите, в нашем обществе принято заботиться о женщинах, оставшихся без попечения семьи. Ведь я правильно понял, вы сирота?

— Да, я сирота.

— Если с вами что-то случится, а мы вас не поддержали, хотя имели такую возможность, это ужасный проступок.

В этот момент я поняла, что существует иная сторона того «закона» о попечительстве над девицами и женщинам, о котором упоминал дядя. Заботу обязан проявлять любой, кто может. Это общество небезнадёжно…

Горничная поспешно проводила меня на четвёртый этаж, попутно рассказывая про дом, какие здесь условия, где можно взять кипяток для чая, где купить готовой еды или на общей кухне на первом этаже приготовить кашу.

— Вот первая комната, она самая дешёвая, остальные дороже.

Девушка распахнула дверь, и мы с ней застыли на пороге. Она в ожидании моего решения, я от удивления. Этот дом продолжает удивлять. Комната очень простая, но солнечная, что весьма редко для Петербурга. Стиль Прованс читается во всём, обои, простенькие шторы, кровать и креслице у столика. Небольшой фикус на табуретке в углу. Тумба с умывальником.

На вид даже лучше, чем в пансионе, веселее и теплее.

— Беру, а кому деньги отдать?

— Завтра утром приедет управляющий Глеб Сергеевич и произведёт расчёт.

— А как зовут консьержа?

— Консьержа? Это господин Алексей Архипович Перовский, он хозяин дома, сидел в ожидании своего экипажа. Он замечательный. Разыграл вас? Он любит так шутить над публикой. Вообще, он очень интересный человек, значит, вам очень повезло. Думаю, что он заставит Глеба Сергеевича ещё снизить цену за жильё, до того момента, как вы найдёте работу или содержание.