Точка опоры - Бон Наталья - Страница 5

Водитель пять минут петлял по однотипным улицам района, после чего остановился рядом с индустриальными постройками семидесятых годов. Филипп повернул голову в сторону Дидье, чтобы спросить, как долго он собирается его катать, но вслух так и не произнёс ни слова. Ему чертовски хотелось сорвать эту тряпку с головы.

Постройки казались заброшенными, но по выцветшим вывескам можно было определить, что ранее здесь базировалась компания по установке окон, технический сервис и ещё пара подобных учреждений. Разбросанные хаотично по значительному периметру невысокие обветшалые здания выглядели, мягко сказать, угрюмо.

– Я помогу вам выбраться. – Майор открыл дверь автобуса и сделал обещанное. – Идите за мной! – скомандовал он и подхватил Филиппа под руку, чтобы тот не споткнулся.

Пока они катались по городу, дождь усилился и уже вовсю заливал серые тротуары. Миновав пару двухэтажных зданий с зияющими дырами вместо окон, Дидье подошёл к самой неприметной из всех построек, резко остановился и подозрительно посмотрел по сторонам, не забыв обернуться назад.

Эта постройка оказалась ещё и самой странной в силу своего внешнего вида: площадью максимум четыре квадратных метра, высотою не выше двух метров, с плоской металлической крышей и без единого окна. Она скорее напоминала гигантскую собачью будку, только на массивной железной двери вместо надписи: «Осторожно, злая собака!» красовалась табличка: «Коммуникации района Ланси». На самом же деле это был один из бункеров, построенных в эпоху холодной войны. Швейцария насчитывала тысячи подобных убежищ преимущественно в горах и под городами.

Роже, убедившись, что за ними никто не следит, вытащил электронный ключ в виде пластиковой карты, приставил к замку и ввёл на жидкокристаллическом миниатюрном экране устройства серию запрошенных системой безопасности кодов.

Филипп услышал щелчок открывшейся двери и понял, что они уже прибыли и сейчас зайдут внутрь какого-то помещения. Когда дверь за ними захлопнулась, майор наконец-то снял мешок с головы Майера. Его глаза почти сразу привыкли к тусклому свету.

– Это одна из наших лабораторий, – констатировал Роже.

«Секретных лабораторий, раз уж ты использовал конспиративный метод, чтобы сюда добраться», – добавил про себя Филипп.

Они стояли перед винтовой металлической лестницей, ведущей глубоко вниз.

– Следуйте за мной! – отдал очередной приказ майор, словно обращаясь к подчинённому рангом ниже, и начал спуск.

Майеру ничего не оставалось, как покорно последовать за Дидье. Сначала он считал ступени и до первого подземного этажа насчитал семнадцать, но спустя ещё десяток он поддался угнетающей обстановке и потерял счёт.

В конце концов Дидье остановился прямо перед туннелем третьего подземного этажа.

– Сюда, – очередная команда прозвучала уже как нечто обыденное.

– Может, хотя бы намекнёте, зачем вы меня сюда привезли?

– Потерпите ещё пару минут и сами всё увидите, – безапелляционно объявил майор.

Филипп тяжело вздохнул от безысходности и последовал за Дидье по обшитому металлическими листами туннелю. Через пару секунд он снова поймал себя на том, что считает металлические двери по обе стороны коридора, как ранее ступени лестницы. Большинство из них были наглухо закрыты, но одна всё-таки привлекала его внимание из-за узкой щели в проёме. В ней Филипп увидел троих человек, внимательно изучающих что-то на экранах компьютеров, встроенных в бетонную стену. Изображения напоминали снимки со спутников.

Вскоре они подошли к двери в самом конце туннеля. Дидье приложил к электронному замку всё ту же пластиковую карту, но этого оказалось недостаточно для того, чтобы впустить посетителей. Миниатюрный сканер на стене слева запросил у него снимок сетчатки глаза. Когда с разблокировкой доступа в таинственное помещение было покончено, металлическая дверь сама бесшумно отъехала вправо.

Первое, что ощутил Майер, – волну холода, пробирающего до костей. Он не был труслив по своей природе, и вряд ли кто-нибудь из его знакомых мог назвать его слабаком, но от увиденного он явно почувствовал себя не в своей тарелке.

Просторное помещение полностью, от пола до потолка, было вымощено керамической глянцевой плиткой серого цвета. Посередине стояли три металлические каталки, как в кабинете у патологоанатома, и на одной из них что-то лежало накрытое серой простынёй. Филипп нервно сглотнул, потому что от нарастающей тревоги у него пересохло в горле. Он всё глотал и глотал воздух, пока не вздрогнул от внезапно громко раздавшегося рядом голоса Роже.

Так ему от владельца психиатрической клиники недалеко до того, чтобы стать её пациентом!

– Извините, что заставил вас испытать подобные чувства, – его интонация не стала дружелюбней, но уже не звучала по-командирски.

– Не думаю, что вы на самом деле раскаиваетесь, – пробубнил себе под нос Майер. – Может, скажете наконец, зачем я здесь?

– Да, сейчас самое время. – Оказалось, не только холод помещения пробирал Филиппа до самых костей. Голос майора отдавал ещё большим холодом. – Я хочу вам показать кое-что или кое-кого. Сам пока не знаю, какое этому дать определение. Но сначала расскажите мне всё, что вы знаете о Гансе Шрюбере.

Майер в недоумении посмотрел на Дидье.

– Вы за этим меня сюда привезли? – Филипп почувствовал, как тревога уходит на задний план, уступая место негодованию. – Какого чёрта мне нельзя было задать вопрос о моём пациенте в другой обстановке? Зачем было всё нагнетать до такой степени? Я же не какой-то рецидивист!

– И всё же попрошу ответить на мой вопрос.

– Если вы надеялись услышать от меня что-то необычное, то смею вас разочаровать: вы ничего такого не услышите, – раздражённо бросил Майер. – Просто потому, что всё касаемо Ганса Шрюбера банально. Он поступил на лечение в мою клинику два месяца назад по социальной программе с диагнозом «пограничное расстройство личности».

– Это правда, что в настоящий момент вы полностью несёте за него ответственность?

– У него нет близких, так что в каком-то роде – да, до его полного выздоровления и выписки.

– Скажите, а где в данный момент находится Шрюбер?

– Он находится в моей клинике, в палате 17.

– Вы уверены в этом?

– Можете позвонить моей ассистентке, и она свяжет вас с ним по видеосвязи.

– Звоните.

Майер в которой раз в недоумении посмотрел на агента.

– Здесь, на такой глубине, есть связь?

– Здесь есть всё.

Филипп смиренно выполнили просьбу Дидье, а когда Лиза, его помощница, вышла на связь и отыскала Ганса в его палате, передал телефон Дидье. Тот внимательно посмотрел на экран, задал пару банальных вопросов наподобие: «как зовут?», «как самочувствие?» и «как проходит лечение?». Получив удовлетворительные ответы, он, не предупреждая, прервал связь.

– У меня есть информация об опытах, проводимых в лабораториях «МайерФарм» – вашей фармацевтической компании. Она свидетельствует о том, что вы тестируете новые аппараты на людях с психическими расстройствами без медицинского основания, без особого разрешения и согласия их самих. Вы тестируете препараты на пациентах вашей психиатрической клиники.

Майер внимательно выслушал Дидье, но ответил не сразу, хотя был полностью готов к подобному вопросу, так как уже подвергался, и не один раз, подобным нападкам со стороны прессы по данной теме.

– Не знаю, зачем вам это, – спокойно произнёс Филипп, – но и вы, и я прекрасно знаем, что задавая данный вопрос, вы теряете и своё, и моё драгоценное время, так как у вас попросту нет никаких доказательств! Впрочем, как их нет и не было ни у Трибун де Женеве, ни у ТСР, ни у правоохранительных органов. Так что если это единственная причина моего пребывания здесь, советую вам прекратить этот цирк немедленно и отвезти меня обратно! Иначе я подам на вас в суд за превышение служебных полномочий и моральный ущерб. С этой минуты мы будем общаться только через моего адвоката.

– На вашем месте я бы не делал поспешных выводов и действий, которые могут привести к краху вашей империи, – зловеще процедил Дидье с каменным лицом. – Если я не прав, тогда как вы объясните вот это?