Наш маленький рай - Шеперд Кенди - Страница 2

Позже она даже подружилась с Митчем. Но в последнюю встречу он так непростительно обидел ее, что Зоя снова, до самого окончания школы, ушла в себя. И теперь у нее не было желания общаться с бывшими соучениками. А меньше всего – с Митчем Бейли.

Зоя напряглась, оглядываясь в поисках путей отступления, чтобы незаметно ускользнуть, но потом поняла, что зря паникует. Ее ведь теперь невозможно узнать. Она больше не похожа на ту унылую семнадцатилетнюю девчонку, которой была десять лет назад.

Ей хотелось спросить менеджера о том, работает ли аэропорт, чтобы улететь завтра утром в Сидней, но Зоя боялась привлечь к себе внимание. Управляющий сказал, что гостям можно вернуться в номера. Значит, нужно поскорее попасть в коттедж.

Пока остальные туристы продолжали засыпать управляющего вопросами, она потихоньку отошла в сторону и направилась к своему номеру.

– Зоя? – раздался сзади знакомый голос.

Вздрогнув, она подавила порыв обернуться и продолжила шагать вперед в надежде, что Митч больше ее не окликнет. Пусть думает, что ошибся.

Митч заметил темноволосую девушку, завернутую в белое полотенце, едва она вошла во двор отеля. Да и какой мужчина из плоти и крови не обратил бы на нее внимание? Небольшое полотенце едва прикрывало восхитительное тело.

Завязанное узлом между высоких округлых грудей и спадающее до середины стройных загорелых бедер, оно, казалось, может соскользнуть в любой момент. Интересно, надето ли под ним хоть что-нибудь?

Она села среди туристов, расположившихся вокруг управляющего отеля, рассказывающего о последствиях землетрясения, и Митч тут же забыл о ней. Он уже бывал на Бали прежде и знал, что небольшие землетрясения случаются здесь довольно часто, но все же задал вопрос о цунами, не желая игнорировать возможную опасность. Он относился к тем людям, которые предпочитают просчитывать следующий шаг – «читать игру», как говорят в футболе.

Когда он спросил про повторные толчки, девушка в полотенце повернула голову, чтобы посмотреть, кто это задает такие пугающие вопросы. Она тут же торопливо отвернулась.

Митч привык, что с тех пор, как он стал всемирно известным футболистом, его узнают на улицах. А еще его лицо – на билбордах с рекламой мужской одежды и дорогих часов, которые можно встретить даже здесь, на Бали. Наверное, эта особа – юная мамочка, желающая, чтобы он оставил автограф на футбольном мяче для ее ребенка, или поклонница, у которой на уме получить от него больше, чем автограф.

Митч прищурился. Дело в том, что эта девушка и ему показалась знакомой. Их взгляды встретились лишь на пару секунд, но что-то в беспокойном выражении ее глаз и в бледном лице вызывало смутные воспоминания.

Но затем девушка, выбравшись из толпы туристов, торопливо зашагала прочь в сторону сдаваемых в аренду коттеджей. Митч провожал ее глазами, любуясь, как покачиваются при ходьбе ее бедра под облегающим их полотенцем.

И вдруг Митч заметил, что она слегка, почти незаметно, прихрамывает, осторожно наступая на правую ногу. Этого наблюдения было достаточно для того, чтобы в памяти всплыли воспоминания о девчонке из его школы, с которой они недолго дружили.

– Зоя! – позвал он.

Она замерла на мгновение с напряженными плечами, а затем зашагала дальше.

Митч в несколько шагов догнал ее.

– Зоя Саммерс? – спросил он еще громче.

На этот раз она остановилась и повернулась к нему.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Митча поразило то, что Зоя узнала его и все же хотела уйти. Его обуревали противоречивые чувства, главным из которых был стыд. В голове мелькнуло: «Наверное, я заслужил такое обращение, учитывая то, как обошелся с Зоей много лет назад».

– Митч Бейли, – проронила она, кивнув без всякого намека на улыбку. – Какими судьбами.

– Так и знал, что это ты.

Судя по выражению лица собеседницы, поцелуй, объятие и даже рукопожатие были бы неуместны, поэтому Митч вытянул руки по швам.

А Зоя не сильно изменилась, хотя, конечно, повзрослела. Но у нее по-прежнему четко очерченные черты лица, светящегося умом, и та же черная шевелюра, только короче. От сделанного когда-то в школьные годы пирсинга остались лишь крохотные дырочки над правой бровью и в носу. Раньше Зоя носила в ушах большие серьги-обручи, а теперь – пару золотых сережек-гвоздиков.

И все же она кажется иной. Возможно, это из-за окружающей ее ауры уверенности, которой раньше не было. Прежде все ее существо излучало страдание, на лице было словно написано: «Держись подальше», что отталкивало от нее других подростков. Митч считал, что ему повезло разглядеть за всем этим удивительного человека. А потом он разрушил их дружбу…

– Не думала, что ты меня узнаешь, – сказала Зоя.

Митч и забыл уже, какой волнующий тембр у ее голоса – сочный, слегка хрипловатый.

– Хочешь сказать, надеялась, что я тебя не узнаю? – Митч намеревался сказать это весело, но голос прозвучал безжизненно.

Она пожала плечами:

– Я этого не говорила. Столько лет прошло.

– Странный способ снова встретиться – во время землетрясения.

– Управляющий отеля назвал это «подземные толчки». – Зоя скривила губы. – Специально преуменьшил, чтобы не волновать туристов.

– Как это ни называй, а я испугался до чертиков.

Она вскинула в ответ идеально очерченные черные брови:

– Я тоже. – На губах ее мелькнула тень улыбки. – Уж было решила, что мне пришел конец. До сих пор считаю, что могло случиться и так.

– Где ты была, когда началось землетрясение?

– На процедуре массажа в спа-салоне.

Так вот почему она завернута в полотенце. Значит, под ним она совершенно голая.

Митч с трудом удерживал взгляд на уровне лица собеседницы. До сих пор он видел ее только в уродливой, мешковатой школьной форме. Он тогда и не обращал особого внимания на тело Зои – его больше интересовали ее мозги. К тому же у Митча в то время была подружка. И теперь он неожиданно открыл для себя, какое у Зои красивое тело. Она казалась горячей штучкой, хоть и в своей, сдержанной, манере.

– А где был ты, когда начались толчки?

– Как раз собирался нырнуть в бассейн, но заметил, что поверхность воды дрожит, и это показалось мне странным.

– Это, должно быть, выглядело пугающе, – поежилась Зоя.

– Да.

– Чересчур для тропического рая, – произнесла она с бравадой, но в ее глазах по-прежнему отражалось беспокойство.

Зоя крепче прижала к груди полотенце. Митчу тут же захотелось вообразить, что будет, если оно соскользнет, но он одернул себя.

Между ними воцарилось неловкое молчание. Первой его нарушила Зоя:

– Я собираюсь вернуться к себе в коттедж.

– Может, мне пойти с тобой? Кто знает, что мы обнаружим по возвращении в свои номера.

Ответом послужила улыбка, которую скорее можно было назвать кривой усмешкой.

– Спасибо, но мне не нужен большой, сильный мужчина, чтобы меня защищать. Я и сама могу приглядеть за собой.

– Уверен, так и есть. Но я… Ну, мне не хотелось бы оставаться одному: вдруг будут новые толчки.

– О! – растерянно произнесла Зоя. – А ты разве… разве не с кем-то?

– Имеешь в виду подружку? Нет, я один. А ты?

– Я тоже, – коротко ответила она.

Митч бросил взгляд на ее руку – обручальное кольцо отсутствует. Хотя, конечно, не факт, что в ее жизни нет мужчины.

– Мне хотелось бы наверстать упущенное – узнать, чем ты занималась эти десять лет.

– Ну, мне-то не нужно спрашивать, что делал ты с момента нашей последней встречи. Митч Бейли – настоящая звезда спорта. Пресса тебя любит.

Он пожал плечами:

– Да… Это так… Только не верь всему, что они пишут обо мне. А если серьезно, Зоя, я действительно хотел бы провести с тобой немного времени.

Митч Бейли остался все таким же – красивым и раскованным. Он стоял перед Зоей в одних лишь шортах, не скрывающих идеальной красоты его тела, исполненный уверенности в себе, а также в том, что Зоя точно захочет провести с ним время.