Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 56

- Уходишь? – Айшер, отловленный в дверях, погрустнел. – Что ж, твоя дорога. В Нейю заходи, всегда будем рады. Через год посмотришь на наши новые поля. А через два – браги тут будет в избытке! Гверис придётся отсылать в твою долину, чтоб ей совсем худо не стало…

- Зайду, - пообещал Гедимин на языке наннов – и даже с формой слова не наврал, судя по тому, как вздрогнул выглянувший в дверь житель и тут же заухмылялся. Айшер хлопнул сармата по плечу.

- Осторожней по ночам! Скверное время…

…Гребни черепичных крыш исчезли за горизонтом. Гедимин шёл к побережью, проверяя следы бывшего «грязного пятна». Его ждала станция «Динси» и две недели карантина.

07.03.201 от Применения. Западная пустошь, ИЭС «Динси»

- Опять будешь нашей станцией командовать? – сердито спросил из-под потолка оператор трёхкамерного шлюза. Гедимин, неохотно выбирающийся из брони и комбинезона, пожал плечами.

- Засунете в камеру два на два – придётся. Что, отсюда рост не прикинуть?

Филк-оператор фыркнул.

- Наклонировали вас на наши головы… Иди мойся! Как ещё язвами не покрылся в своей броне?!

Гедимин сердито сощурился, но промолчал. С тех пор, как из-под рассыпавшихся пластов тринитита пробились реки, он мылся куда как чаще – бывало, что и через день, и уже думал, что неплохо было бы в «чистой» местности переодеваться в сменный комбинезон, а снятый – основательно застирывать. Но вылезать из брони посреди пустошей… пока сармат не был к этому готов, да и настолько «чистой» местность не была – даже в городах переселенцев из Мианы.

Медицинский сканер работал медленно, проверяя Гедимина миллиметр за миллиметром; дырку в руке ему уже проделали – и в неё же впрыснули блокатор, так что предплечье теперь слабо, но настойчиво ныло. Сармат думал о том, что сканирование не зря начинают с черепа – эа-клетки первым делом прорываются к мозгу, и если бы там был рассадник, его бы уже заметили. А раз сигнала нет, и газ в камеру ещё не подан – значит, вероятность эа-мутации падает с каждым проверенным миллиметром. Но всё равно под медленно ползущим лучом ему было не по себе.

- Чисто, - не без удивления признали за пультом. – Через две недели – повторный прогон. Заходи! И переборки не ломай – живо станнером успокоим.

Гедимин скользнул взглядом по стенам. Пока опускались переборки карантинной камеры, он успел найти и станнер, и лючок для подачи газа, и устройства слежения… Пневмопровод даже не прятался – по нему сразу прошуршал контейнер на два литра Би-плазмы пополам с водой. Гедимин поймал его, оценил прочность – падение из лючка на пол этот «мешок» выдержал бы.

Хлебнув Би-плазмы, сармат лёг на прохладный пол, вытянувшись во весь рост. Макушка почти касалась одной переборки, кончиками пальцев можно было потрогать вторую – но в целом места, хотя бы в одном направлении, хватало.

- И вот зачем было тащить в рот всё подряд? – проворчал невидимый медик. Где-то внутри станции разбирали сканы. Эа-клеток явно не нашли, иначе бы пища Гедимина занимала всех в последнюю очередь…

- Традиции, - отозвался сармат из карантинной камеры. – Пришлось соблюдать.

- Прочно же вас, Древних, сделали, - пробормотал медик. Гедимин хмыкнул.

- Чего вдруг «Древних»? Ты что, намного моложе?

- Тебя? Лет на сто, - отозвался филк. – Ты, с такой кожей, небось, ещё освоение Титана застал. А меня сделали в Третью войну. Да и дело-то не в том, кого когда сделали – а в том, кого делать больше не будут…

Гедимин сел.

- Ты там о чём?

- О том, - буркнул медик. – Ни один клонарий на станциях на ваш подвид не рассчитан. Разве что на «Эданне» - что там творят координаторы, я уж не знаю. А вот у «Динси» точно на такую достройку ресурсов не хватит. И чего ты дёргаешься? Это ваш координатор, Маркус, чтоб ему второй раз подохнуть, вас клонировать перестал. До всякой войны, когда цивилизация ещё не погибла. Вот тогда и надо было дёргаться… Ладно, хватит трещать. Отбой!

Под потолком лязгнуло. Гедимин, успевший подняться на ноги, растерянно хмыкнул и снова сел на пол, потирая висок. «А ведь верно. Нехватка ресурсов… Пока сарматы не вылезут из-под земли и не разберутся, где теперь что искать, она никуда не денется. И почему Исгельт не поделился со всеми механизмом дрейфа? Мощности реакторов хватило бы, даже без безоболочника, - станции ведь не такие громадные, как «Эданна»… Ну ладно. Как-нибудь не вымрем. Мне сейчас самому бы не убиться…»

До виска робко дотронулось тёплое волокно. Гедимин радостно ухмыльнулся.

- «Динси», приём! Спасибо за помощь с червяками. Теперь, без пополнения, их станет куда меньше. Не знаешь, что с водой?

- Течёт, - буркнули под потолком. – Хоть хранилища перестали переполняться. Потекла на юг. Вы с дикарями что, ещё и туннели прорубили?

Гедимин сердито фыркнул, обидевшись разом и за переселенцев, и за станцию, которая снова «поджала щупальца».

- Местные хоть разобрались, что и почему происходит. А вы только двести лет сидели без толку. Давно бы расчистили Тэкру и освободили дорогу воде.

- Когда ты эту яму называл Нефтяной, было лучше, - пробормотал филк. Под потолком снова лязгнуло. Гедимин выразительно пожал плечами и провёл пальцем по виску.

- «Динси», приём! Слушай, местные – те, кто на побережье – про тебя знают. Говорят, что другие «зверьки» тебя не обидят. И никого из вас.

В мозгу трепыхнулся клубок чужих мыслей. Перед глазами мелькнула размытая картинка – что-то вроде многолучевых звёзд или пласта нейронов разного размера, перекрывающих друг друга и связанных пульсирующими тяжами. Хранитель станции не был ни сердит, ни напуган – это всё, что удалось Гедимину понять.

- И другим станциям скажи, - пробормотал он, снова растягиваясь на спине и подсовывая руки под голову. «Две недели, мать моя колба… Кто бы сказал, зачем…»

02.04.201 от Применения. Западная пустошь, Старый Город Елгава

Ночью с дальних гор принесло тучу. Дождь умерил жару, но ненадолго – красно-жёлтая земля быстро впитала воду. За кочками жёсткой травы и подрастающими суккулентами поблескивал «холм» - обломок «хельдова туннеля». Когда-то они пересекали каждый материк, соединяя города, - пути скоростных поездов, закрытые от опасностей снаружи… Сейчас куски крытых туннелей были разбросаны по континенту – там десяток метров, там полсотни, - обрывки дорог, уже никуда не ведущие.

Этот туннель Гедимин знал – тут не было ни подстанций, ни коллекторов, зато на верхних рельсах чудом сохранилась ремонтная дрезина. Раз в десять лет сармат проверял её, - ломать было некому, «фонило» тут слабо, а такой длинный кусок туннеля, видимо, «работал» как Старый Город, замедляя внутри себя время и сохраняя механизмы от коррозии. Гедимин удивлялся только, почему этот эффект не работает на него, - для него время в развалинах шло, как и положено, ни разу он не застрял на месяц вместо часа…

«Хельдов туннель,» - Гедимин остановился, приглядываясь к блеску на горизонте. «Покататься на дрезине?..»

В этот раз длинный «холм» блестел как-то не так – будто в его «боках» появились тёмные бреши. Гедимин, озадаченно хмыкнув, ускорил шаг.

Бреши, и правда, были – кто-то аккуратно вынул из туннеля целые кольцевые фрагменты вместе с несущими балками. Гедимин шагнул внутрь, быстро огляделся, - теперь фонарь был не нужен, свет лился со всех сторон. Рельсы – и нижние, и верхние – исчезли вместе с крепежом. Некоторые болты прикипели, их выбивали, - крошево осталось в опустевших желобах. Нигде не было и дрезины. Гедимин присмотрелся к бывшим стыкам плит – рассоединяли их где-то механическими резаками, где-то лучом, но чаще – загоняя клинья, - на фриле остались характерные надколы. «А ведь это не крысы,» - сармат ощупал узнаваемый след лучевого резака. «И не просто мародёрство. Туннель разбирали нацело. Даже крепёж вынимали… старались, где получалось…» Он пригляделся к раздробленному выбитому болту – с ним долго возились, пытаясь провернуть, исцарапали головку, даже пытались впрыснуть под прикипевшую резьбу какой-то жир… «Перетопленный и очищенный жир животного» - определил лучевой сканер. Гедимин мигнул.