Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 162

«Кто-то из крупных квантовых сюда заглянул,» - Гедимин смотрел на высокие волны на графиках, ползущие за край экрана, - вспышка уже улеглась. Микана, сиригны и скайоты, подошедшие к «старейшине», говорили наперебой – о лозах и торисках, древесных посёлках, компостных ямах… Иногда Гедимин различал слово «храм» и полузнакомые имена – и каждый раз скайоты озадаченно переглядывались.

…Голос Итана сармат услышал из-за стены высокого злака с созревающими колосьями. Колос был короткий, но толстый, с крупными зёрнами, стебель крепкий, да и листья на что-нибудь сгодились бы. Но Гедимин поначалу обратил внимание не на сам злак, а на вьюнок, ползущий по стеблям. Листья у него были широкие, разлапистые, - питался он сам, нуждался только в опоре. «Это не бобы,» - сармат покосился на сканер, уверенно относящий зацветающее растение к родственникам тыквы. «Та штука, что я видел на бахче? Да нет, там побеги с два пальца толщиной. А тут усики тонкие, и цветы далеко не с кулак. И то растение наверх ещё не перенесли – из-за крыланов. А это крыланов не привлечёт? Ни цветами, ни плодами?»

- Да, они отлично растут вместе, - пояснял Итан, показывая эльфу и сиригну побег с крупным бутоном. – Думаю, другой злак с крепким стеблем тоже подойдёт. Да, и цеммас тоже. Но если мало земли, цеммас лучше сеять с бобовыми. А следующим уже пускать бутылочник с каким-нибудь злаком… наша тритика, местная минца… нет, совсем в воде не приживётся, так что тростник не считаем. Если земли много, хорошо ей давать передышку на четвёртый год…

«Бутылочник?» - Гедимин покосился на сканер, так и не определившийся с видом растения. «Цеммас – это они про кукурузу. А тритика… это вот эта штука. Эй, я не Кронион, - напиши хоть, что это и откуда…»

- Эск, а эск! – тяжело вздохнул сиригн – сармат случайно зацепил его сканирующим лучом. – Дай я на тебя посмотрю!

На его лбу сверкнула багровая искра, но веки тут же сомкнулись. Микана предостерегающе на него взглянул.

- Мастер Хеммин, и ты ищешь, что посеять над подземными крепостями?

- Я ищу Итана, - буркнул сармат. – Итан, можешь отойти на минуту? Не оборвут же без тебя все бутоны…

Едва они отошли за толстый хвощ, как Гедимин вскинул над собой и скайотом непрозрачное защитное поле.

- Сиригны обещали учить вас. Чтобы лучше обращаться с этим вашим… даром.

- Знаю, - Итан, замученный жарой и спецодеждой, слабо усмехнулся. – Очень кстати. Придётся только построить нечто под названием «святилище» - но человеческие жертвы не предполагаются. И это радует. Уф, прохладная вода! Спасибо.

Он сдвинул респиратор и отхлебнул из фляги, протянутой Гедимином.

- Но я не понял, продадут ли эльфы лозу, - сказал сармат. – Сиригны её вроде как растят. Но дрессировка – это к микана. И если они не передадут технологию… не знаю, у сиригнов-то она есть?

Итан пожал плечами.

- Может, удастся со временем получить семена – а с дрессировкой разберёмся сами. Учить с нуля проще, чем переучивать… и не завязаны же растения генетически на ушас… микана?

Гедимин криво ухмыльнулся.

- На одной станции есть семена. Я пойду на север, когда вернусь – принесу вам. Рабочие лозы – полезная штука. Да и сторожевые тоже. Только ты пока не болтай, ладно? Может, наши образцы уже утилизированы.

- Само собой, - Итан широко ухмыльнулся. – Возвращайтесь, даже и без семян. Мы попробуем всё-таки поправить вам спину.

31.09.249 от Применения. Западная пустошь, устье реки Аскири, город Ниса

С утра Гедимин откапывался из-под снега под плеск волн и хруст ломающегося льда. С океанским циклоном пришёл буран – но и тепло тоже, и река, подмёрзшая с «боков», воспряла и отвоевала у льдов по паре метров с каждого берега. Сармат, протоптав колею в глубоком снегу, проверил излучение – Аскири «фонила», но стрелка-указатель уверенно разворачивалась к дельте и далёким островам, пока скрытым прибрежными скалами. На востоке то вспыхивал, то гас золотистый огонёк – сиригны всё-таки уговорили Тунгу расти в высоких широтах.

Передатчик на запястье мигнул и загудел. На карте светился значок станции «Рута».

- Вот ты где, - в наушниках облегчённо вздохнули. – Опять влез в помехи!

- Что случилось? – спросил Гедимин. Кронион редко выходил на связь первым – и, правда, найти блуждающего сармата в западных пустошах среди усилившихся помех было непросто…

- У нас ничего, но твой опыт сорвался, - проворчал биолог. – И своих белкомартышек предупреди – эльфийские лозы не трогать!

Гедимин хотел было фыркнуть на «белкомартышек» - скайоты сарматам ничего плохого не сделали, можно было и не обзываться – но передумал.

- Почему не трогать? То, что ты вырастил… есть новые данные?

- Есть, - буркнул Кронион. – Не с наших посадок, но совет решил их утилизировать. На всякий случай. Данные из «Арамси». Ты не проверил, как ведут себя лозы при попытке уничтожения? Про споры, выживающие в огне и стремительно прорастающие? А вот Гескин и его отряд проверили. С разрешения ксеносов, конечно. Так вот – тебе тогда не наврали.

Гедимин ошалело мигнул. Он, и правда, не пытался рубить или сжигать лозы – да и зачем бы портить чужие вещи и отношения с сиригнами и микана? «Собирал сухие листья на ДНК – никакие споры не лезли,» - вспомнил он.

- Гескин сжёг сторожевую лозу? И ему, правда, разрешили? С чего вдруг?

- Дипломатия, - Кронион сдержанно усмехнулся. – Ксеносы были рады показать свою мощь. Хочешь запись?

Передатчик замигал. Отрывок был коротким – видеосъёмка и немного данных микросканирования и дозиметрии. Над раскладным фриловым поддоном когтистая лапа растянула побег с шевелящимися усиками и тут же отпустила – за миг до того, как стебель был отсечён лучевым резаком. Разрез задымился, побег отдёрнулся. Сок, вытекающий на поддон, стремительно испарялся. Обрубок вспыхнул, рассыпаясь в пепел и «отстреливая» мелкие чешуйки. Горка тёмной пыли на поддоне всколыхнулась, собралась в комок и раскатилась по фрилу. Изображение приблизили, и Гедимин увидел миниатюрные многогранники. Доля секунды – и каждый из них всадил в поддон короткий шип. Фрил выдержал, отбросив прорастающие споры, но мелкие корни, лезущие из полых шипов, распластались по поверхности, прилипая к ней, пытаясь впиться глубже… Несколько секунд – и весь поддон был опутан тонким трепещущим «мицелием». В кадре появился дозиметр, потом – сопло мощного излучателя. Защитное поле вокруг поддона позеленело. Проростки ещё подёргивались в потоке зелёного света, пока интенсивность излучения не перевалила за кьюген. Только тогда они обмякли и начали чернеть. Гедимин ждал нового выброса спор, но сил у лозы было на один предсмертный рывок.

Поддон исчез. В кадре появилась чёрная перчатка. Сармат в тяжёлой броне показывал ладонь, облепленную спорами. Корни оплели её и втиснулись под верхний слой обшивки – и, кажется, уже искали швы в нижнем. Сармат сунул руку в поток зелёного света. В этот раз начали с двух кьюгенов, - через полсекунды проростки перестали подавать признаки жизни. Сармат снял чёрный слой с перчатки, и Гедимин резко выдохнул – корни всё-таки нашли швы в ипроне и, дай им время, добрались бы и до нижней обшивки…

- Наши растения так не умели, - вздохнул Кронион. – Хотя отростками отлично размножались. Видимо, от этого создатели оружия и оттолкнулись. Только не спрашивай, как и в какой кузнице такое с растениями делают. Мы знаем не больше тебя.

- А рабочие лозы? Они тоже так умеют? – быстро спросил Гедимин. – С ними Гескин работал?

Кронион хмыкнул.

- А с чем, по-твоему, этот опыт ставили?.. Нет, сторожевую лозу он тоже проверил. Защищаться их учат раньше, чем работать. Хотел бы я заглянуть в эту лабораторию…

- Понятно… - протянул Гедимин. Споры, вгрызающиеся в фрил и слоистую обшивку, в своих бессильных попытках выглядели нелепо – но стоило подставить вместо прочных сарматских материалов хлипкие комбинезоны и тканые рубашки скайотов или даже стёганые доспехи наннов… «М-да. Интересно, есть у спор распознаватель «свой-чужой»? А то обрызгаешься, поправляя ветки…»