Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 101

- Никаких возмещений, Скиталец, - отмахнулся Хараш. – Годная вещь в руках эска не портится! Хэй, почтенные микана, - что вы узнали в доме богов?

- Достаточно, чтобы прилететь к нам и поставить всех на уши, - проворчал седой нанн-строитель. – Хедмин, ты же видел святилище? Скоро мы его и достроим, и украсим. Эль… микана говорят – тут ваш род под рукой Нуску, владыки испепеляющего света. Но ты, странник и искатель, может, чтишь Макегу, хозяйку дорог и ветров? Или Древнего Владыку, в чьей руке все огни и руды?

Гедимин только мигал. «Эльфы! То людей запишут в свой клан, то нам навесят какого-то бога. Хотя… испепеляющий свет? Местный «коллега» равнинного Ку-унну? На Равнине, помнится, меня чуть не записали в его жрецы. Удрал оттуда, так теперь на Земле то же самое…»

- Каждому виднее, кто его слышит, и чья рука его ведёт, - самый нарядный эльф слегка наклонил голову. – Мы лишь говорим, кто из могущественных пришёл в Орин. Кто поднимает его из пепла. Ты, Скиталец Хеммин, спрашиваешь о Каримасе, Мацингене и Праматери Рек?

Сармат кивнул.

- Каримас… - он повторил это имя про себя, растягивая каждое «а»; «Или совпадение, или…» - он снова отогнал видения неистового жара и глубокой пустоты. – Каари Маас… Кажется, я когда-то его знал.

Эльф прижал руку к груди.

- Ты, Древний, застал в смертных телах всех троих. И вместе с ними прошёл сквозь пламя перерождения. Да, их имена звучали иначе. Ты мог знать Каримаса, хранителя лесов, как лесничего – или как учителя садовников из Клана Железа. Ты мог знать и Мацингена, защитника зверей и степных трав – как великого зверовода и наставника в этом ремесле. Он, выводящий живое из мира мёртвых, был истинным мастером – таким и остался.

Эльф с почтением склонил голову. Гедимин ошалело смотрел на него. «Защитник зверей, выводящий из мёртвых?.. Так. «Ма-цинген», «Ма-кега»… Если «ма-» - значимый корень, то речь о «Цингене». Два с половиной века, передача на слух, эльфийский акцент… Биолог Якоб Зигман?! Значит, им двоим предложили то же, что и… Стоп! Это был бред после обрушения шахты. Мне никто ничего не предлагал!»

Дозиметр мигнул красным светодиодом. Эльф на мгновение навострил уши и недоумённо взглянул на Гедимина.

- Да, Каримас, Мацинген и великая Омнекса, пришедшая обучать их… К ним тут и надлежит обращаться как к Богам Жизни. А вы, сарматы, близки к Огню – и старшему из его владык, Куэсальцину, и Богу Солнца Макехсу, и могучему Нуску, выжигающему гниль и мертвечину… Странно лишь одно, Древний. Если ты, как Боги Жизни, прошёл сквозь великий огонь, отчего анклавы могущества не призвали тебя? Ведь и ты – великий мастер и защитник. Странно, что Древний Владыка не избрал тебя…

Гедимин стиснул зубы. Врать он не любил, врать самому себе было глупо, но и рассказывать о тех «видениях» совсем не хотелось. Хорошо, что эльф почти сразу перевёл взгляд на пустую кружку.

- Не много ли речей о богах, достойные нанны? И не мало ли медовухи? Или наши пчёлы плохо поработали?

Перед Гедимином незаметно появилась новая кружка, полная браги. На колени залезла полосатая кошка. В этот раз она даже не взглянула на стол, - свернулась клубком и размеренно зарокотала. Сармат неуверенно погладил её, думая, не снять ли перчатку – всё-таки металл в семь слоёв вряд ли приятен зверьку…

- Стеклянный топор?! – кто-то из наннов снова повысил голос. – Чего ни удумают эль… микана! Нет уж, в Эннаре не затем строили печь, чтобы мы рубили куском стекла! Это какое ж оно должно быть…

- Мастера из дома Нармаадех хорошо поработали, - микана едва заметно улыбнулся. – Завтра увидишь, каковы их инструменты в деле. Иррилика – великое творение!

- Ну-ну, - нанн хмыкнул в бороду. – У вас, остр… микана, с давних лет беда с железом, а медью немного нарубишь. Вот вы и изощряетесь – нет бы купить хороший эннарский топор!

«Иррилика?» - мозг, уже «остывший» после недавнего «перегрева», вновь зашевелился. «Сплав стекла и рилкара? Ну да, прочность должна быть на уровне. Только заточка будет… специфической. Но острота скола… Да, я бы тоже посмотрел на эту штуку в деле.»

03.03.247 от Применения. Западная пустошь, город Нейя

- Нангер Многопряд? – Хараш погрустнел. – Да, он первым ушёл от нас на этой земле. Мастер-ткач, глава и защитник рода… Пять дней назад это было – вы с ним ненамного разминулись. Что ж, он видел, как в небо вернулись тучи, а в реки – рыба, и достроил станок по шолатскому образцу, и надел одежды из шолатской ткани, сшитые в Нейе…

Рабочая рубашка Хараша, хоть и вышитая, была из ткани простого переплетения – только на манжетах Гедимин разглядел трикотажную резинку машинной вязки.

- С Серыми Сарматами у вас всё мирно? – осторожно спросил он. Вязка-то была машинная, только эту машину и впрямь построили в Нейе – из того, что у наннов было, и своими руками.

- Никакого беспокойства, Хедмин, - Хараш добродушно ухмыльнулся. – Ни нам от них, ни, надеюсь, им от нас. Стада мы отогнали от их дома – если им нужна нетронутая трава, быть по сему! Мы им и стадо хотели дать, но сам знаешь – вашего рода звери сторонятся. Так что приезжают, когда зовём, а взамен берут шерсть и шкуры. Но в Нейе сейчас никого, не то вчера ты бы их встретил. Айшер созвал мастеров шахт и машин к себе в Эннар. Но не знаю, уговорил ли остаться. Мы в Нейе сколько раз просили – всё без толку.

Гедимин мигнул.

- Они так и живут в убежище? Там ведь тесно. И здание наверху уже обветшало.

Хараш шумно вздохнул и пригладил заплетённую бороду, поправляя цветные кисточки и бусинки. Нанны, собравшиеся на холме у недостроенного святилища, все так или иначе себя украсили – не одеждой, так «цацками». Оно никому не мешало – стройка встала, все расселись на заготовках для стел и ждали, глядя на юг. С холма хорошо были видны поля минзы, мохнатые сады хищных деревьев, дальние дубравы и клочки степи с цветущими вьюнками. В степи стояли на подпорках длинные колоды. Их сейчас и обходили, что-то высматривая, двое эльфов и двое наннов. Гедимин различал их только по росту – и те, и другие были в длинных белых балахонах, волосы убрали под капюшоны и высокие воротники. Сармат пригляделся, пытаясь понять, что у них с лицами, и беззвучно хмыкнул – пасечники надели на головы корзины из тростника днищем на лицо. Даже эльфийская пчела через такую маску жалом не дотянулась бы, - а растревоженных пчёл было видно даже с холма. Они реяли облаком вокруг медленно идущих наннов. Эльфов почему-то не замечали.

- Ох-хо-хо, - протяжно вздохнул Хараш, проследив, куда Гедимин смотрит. – Но мёд годный, тут никто не поспорит. А что злые – так кто, прожив двести лет среди пепла, подобреет? Где только у богов тайник, прокормивший такие рои…

«И что такое вообще этот «тайник богов»,» - додумал про себя Гедимин. Ещё одно давнее и вроде бы не имеющее смысла видение так и вставало перед глазами. «Даже если профессор Маас как-то защитил заповедник от Применения, - где такая огромная территория могла спрятаться? Многокилометровый саркофаг к западу от разлома я бы за двести лет заметил. Не под землю же закопался целый лес…»

- Хороший денёк, почтеннейший Хараш, - эльф из дома Тенанкана подошёл незаметно. – Смотрю, вся Нейя в сборе. Что же, тем меньше потом будет неуёмных спорщиков…

Он повернулся к паре брёвен, вертикально врытых в землю невдалеке от святилища. Вчера их тут не было, и к строительной «технике» они явно не относились. Хараш широко ухмыльнулся.

- Симир! Хэ-эй, Симир! Ты хотел помериться сноровкой?

…Нанны столпились плотным кольцом. Нхельви прошмыгнули под ногами, подростки, переглянувшись, проворно вслед за котами полезли на крыши. Гедимин по старой привычке привстал на пальцах, попытался заглянуть через плечо – и обнаружил, что получается только подлезть под чужой локоть. Ощущение было так ново для него, что он забыл, чего и хотел. «И филки у нас каждый раз так изворачивались?» - он приложил ладонь к налобным пластинам. «М-да, тут есть с чего озлиться…»