Драконьи чары для попаданки (СИ) - Абиссин Татьяна - Страница 27

Он сидел так близко, что я почувствовала слабый аромат роз. Точно так же пахли цветы, которые прислал Раух.

Перед глазами все поплыло. На мгновение герцог показался не навязчивым незнакомцем, а самым желанным гостем. Даже его внешность больше не вызывала отвращения…

Висевший на шее медальон, внезапно нагрелся, обжигая кожу, и это боль привела меня в чувство.

Я выдернула свою ладонь из рук герцога, который успел коснуться её губами, и резко отодвинулась. Тут же вспомнилось, как странно вела себя Лита, сначала едва не обнимая Рауха, а потом — бросившись, прочь от него.

Аромат роз… Подаренные цветы… Служанка, прижимающая букет к груди… Неужели?

— Как вы решились на подобное? — прошипела я.

Раух искоса наблюдал за мной. Улыбка на его лице сменилась недовольной гримасой:

— Значит, догадались, госпожа Мирабель. Как и ожидалось от умной девушки.

— Обойдемся без комплиментов. Что за дрянь вы использовали? Артефакт? Подчиняющее зелье?

— Как грубо, — поморщился герцог, — всего лишь духи с каплей приворотного зелья. Невинная шутка, не более того.

Я сжала зубы так, что они скрипнули. Шутка, значит?

— Вы опрыскали розы этими духами, — медленно проговорила я. — И прислали их мне. Сожалею, герцог, но я не считаю подобное розыгрышем, скорее, подлостью.

Раух расправил кружево на рукавах рубашки. Раскаявшимся или, хотя бы, смущенным он не выглядел:

— Дорогая госпожа Ренси, на вас ведь не подействовало зелье? Тогда почему вы сердитесь?

Я промолчала, понимая, что объяснения бесполезны. Герцог просто не услышит меня. Он привык получать всё, что хочет, не считаясь с чужими чувствами. И если девушка, которую он выбрал, не понимает своего счастья, тем хуже для неё.

— Кстати, — вкрадчиво продолжил Раух, — не расскажете, почему зелье не подействовало? У вас есть защитный артефакт? Или вы просто не любите розы?

Я отвела глаза в сторону, но герцог успел заметить промелькнувший в них насмешливый блеск.

— Подумать только! — наигранно возмутился он. — Вы выбросили мои цветы!

— Лучше бы выбросила. А так ваш подарок достался моей служанке. Бедная девочка пострадала из-за вашей «шалости».

Я вздохнула, вспомнив, как обрадовалась розам, Лита. Кто бы мог подумать, что они заставят её влюбиться в незнакомого человека! А ведь на её месте могла оказаться я…

— Дайте Лите противоядие, — потребовала я, — или я всем расскажу, что родственник короля не гнушается соблазнять женщин отравленными цветами.

Герцог пожал плечами.

— И кто вам поверит? Ваше слово против моего, дорогая Мирабель. И не волнуйтесь насчет служанки, спустя пару недель она забудет обо мне. Зелье было очень слабым.

Я подумала, что картина складывается неприглядная, если учесть, что розы предназначались мне. Герцог использовал слабое зелье, то есть, собирался развлечься с наивной девчонкой несколько дней и уехать. А как она дальше будет жить, его не волновало.

Наверное, мое лицо помрачнело, потому что Раух сказал:

— Не сердитесь, Мирабель. Вы приглянулись мне на балу, и я решил немного развеять скуку. Поверьте, в том, чтобы стать возлюбленной родственника короля нет ничего дурного. Вам бы все завидовали.

— Я бы никогда не согласилась, — произнесла я, вставая. Герцог тоже поднялся.

— Знаю. Поэтому я и использовал зелье. Но я надеюсь, что вы еще передумаете, Мирабель.

Позвонив в колокольчик, я вызвала слугу и приказала ему проводить гостя. А потом долго стояла у окна, глядя в сад, и пытаясь успокоиться.

Мне очень не понравился взгляд, которым одарил меня герцог на прощание. Как будто он не смирился с поражением. Наверное, ему нечасто отказывали женщины, скорее, приходилось отбиваться от желающих попасть к нему в постель.

И еще одно меня тревожило. Раух не слишком удивился, узнав, что я не поддалась его чарам. Он — сильный маг, неужели почувствовал во мне что-то необычное? Например, то, что я не принадлежу этому миру?

«Глупости, — отмахнулась я. — Раух видел меня второй раз в жизни. Даже Лоресу потребовался месяц, чтобы раскрыть мою тайну».

И, все же, я радовалась, что скоро отправлюсь в Академию, и окажусь далеко от герцога.

Следующие два дня прошли спокойно. По моей просьбе, Лита выбросила цветы герцога и стала прежней. Ни она, ни я не вспоминали о том, что случилось в гостиной. Мне казалось, так будет лучше, словно одно имя герцога Рауха могло принести несчастье.

Зато госпожа Ренси очень расстроилась, узнав, что пропустила визит родственника короля. Она замучила меня вопросами, о том, что говорил Его Светлость, как был одет, и не собирается ли снова приехать.

Я терпеливо отвечала, в глубине души надеясь, что Раух больше не появится в нашем доме. Об отравленных цветах я говорить не стала, подозревая, что Айрин отнесется к этому снисходительно. Знатный господин решил поухаживать за её дочерью, что здесь плохого?

Я также попросила Лореса изучить розы, подаренные госпоже Ренси. Вдруг герцог опрыскал зельем и их? Целитель как-то странно на меня посмотрел, но не стал спорить. Цветы, к счастью, оказались обычными.

Лорес рассказал мне об этом, когда мы сидели вдвоем в библиотеке.

— Вы чего-то боитесь, Мирабель? — спросил он.

— Не знаю, — вздохнула я. — Плохое предчувствие, и связано оно с герцогом Раухом. Умом я понимаю, что он ничего мне не сделает, и все же…

Целитель отнесся к моим словам серьезно:

— Будьте осторожны, Мирабель. Вы теперь маг, а маги способны предвидеть будущее. Пусть слабо или расплывчато, но игнорировать это нельзя.

— Вы что-то знаете о герцоге?

Лорес покачал головой:

— Увы, почти ничего. Его Светлость очень осторожен, он предпочитает, чтобы за него действовали другие. Близок к трону, настолько, что тот ослепляет ему глаза. На словах, предан королю и наследному принцу. Сильный маг, но не любит проявлять свои способности.

Грустно улыбнувшись, я подумала, что это — невероятно точная характеристика Его Светлости. Даже я не сказала бы лучше. Эгоистичен, умен и осторожен.

Например, его последний подарок — розы, опрысканные приворотным зельем. Цветы завянут, аромат исчезнет, и кто сможет доказать, что наследница Ренси влюбилась в герцога не по своей воле?

Мне стало противно. Даже если буду умирать с голоду, из рук Рауха хлеба не возьму.

Послышался шорох. Лорес опустил на стол книгу в толстом переплете и раскрыл на странице с закладкой.

— Мирабель, я просмотрел все заклинания поиска, которые существуют в Ристании. Для большинства из них нужно иметь вещь, которая раньше принадлежала человеку, или быть с ним в родстве. Понимаю, что глупо, и все же, у вас ничего не осталось на память об Илоне? Заколка, лента, носовой платок?

Я покачала головой. Мачеха, конечно, часто дарила мне безделушки, но все они остались в России. Когда я проходила через портал между мирами, у меня забрали даже мою одежду, взамен отдав вещи Мирабель Ренси.

— Жаль, — огорчился целитель. — И вы — не родственники, общей крови у вас нет. Не представляю, как её искать.

— Может, нанять кого-нибудь? — предложила я. — Я могу нарисовать портрет Илоны, по памяти. Если показать этот портрет хозяевам борделей…

— Мирабель, потребуются месяцы, чтобы объехать все злачные места Ристании. И, даже если хозяин девушки узнает Илону, он может промолчать. Зачем ему терять работницу? Нет, нужно придумать что-то другое.

Я смотрела, как Лорес листает книгу, и с трудом сдерживала слезы. Неужели все напрасно? Илоне суждено оставаться в борделе, а мне — видеть её во сне и мучиться из-за того, что я бессильна ей помочь? Зачем мне способности, если я не могу ничего изменить?

«Осколок статуэтки… — вдруг вспомнила я. — Он уже не раз выручал меня. Вдруг и Илону сможет найти? Тем более, что мы перенеслись в Ристанию благодаря ему. Это единственная вещь, которая нас связывает!»

Я рассказала целителю о своих предположениях, и тот согласился попробовать. Расстелил на столе подробную карту Ристании, и предложил провести над ней ладонью с зажатым в ней осколком.