Повелитель стали - Шнайдер Рейчел - Страница 5

Я делаю глубокий успокаивающий вдох, а затем со всей силы наступаю на ногу удерживающего меня воина, одновременно вырывая руку. Его хватка ослабевает, и мне удается освободиться, но при этом я теряю равновесие и падаю прямо в руки темноглазого воина, который тут же хватает меня.

Он быстро разворачивает меня, обхватывает рукой шею и приставляет к основанию горла острие клинка. Если бы не этот факт, я была бы более впечатлена его ловкостью и проворством, но паника подавляет все мысли, кроме мысли о том, как мне выпутаться из этой передряги.

Я ищу глазами Кея в толпе, но его нет. Ко мне обращены только незнакомые лица.

Воин шепчет приказ мне в ухо так, чтобы слышать его могла только я, и по моей спине пробегают мурашки.

– Приложи руку к камню. – Он не просто играет, как я думала до сих пор.

Я качаю головой, несмотря на боль от его кинжала.

– Зачем ты делаешь это?

Ему надоело ждать, когда я наконец подчинюсь. Свободной рукой он хватает мою дрожащую ладонь, прижимает ее к теплому камню и накрывает своей.

Боль, не похожая ни на что из того, что я когда-либо испытывала прежде, пронзает все тело. Нестерпимый жар обжигает руку, грудь, разливается по телу и доходит до ног. Это похоже на атаку электрического угря, которые обитают в коралловых рифах возле Элэхи, только в тысячу раз сильнее.

Я истошно кричу.

Затем, в мгновение ока, все проходит.

Я распахиваю глаза, резко выдыхаю, и крик застревает в горле. Я стою на коленях, и в голени впиваются неровные доски причала. Я постепенно прихожу в себя, сквозь окутывающий мозг туман доносятся тихое бормотание и удивленные вскрики. Я подношу руки к лицу и с облегчением вижу, что обе они еще на месте.

Но эта боль…

Я поднимаю голову, смотрю далеко вверх и вижу лицо того воина. Судя по его выражению, он так же ошеломлен, как и я. Он смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и у него явно сперло дыхание.

Гул толпы перекрывает голос Кея.

– Отпустите ее!

Но воин продолжает неотрывно смотреть мне в глаза, и в его взгляде читается что-то среднее между благоговением и страхом.

– Я сказал, – требует Кей, и от его тона, которым он редко пользуется, толпа замолкает, – отпустить ее.

Воин медленно поворачивает голову к Кею, и я успеваю заметить, как выражение его лица меняется с благоговейного на холодное.

– Со мной это не сработает, – тихо и уверенно говорит он. – Здесь у тебя нет власти.

Я с трудом поднимаюсь на ноги, которые подкашиваются, когда я пытаюсь перенести на них весь вес. Я не могу обернуться, чтобы увидеть выражение лица Кея, но, судя по решительному взгляду воина, без сопутствующего ущерба здесь не обойтись. Он вертит в руке кинжал, напоминая, что Кею и мне нечем защититься от него и его людей.

– Отпусти ее, – повторяет Кей более умиротворяющим тоном, чем прежде. Воин вскидывает бровь. – Она не твоя.

На мгновение наступает тишина, затем слева от нас слышится громкий грохот. Мессер перепрыгивает через теперь уже перевернутую торговую палатку, и на доски причала, разбиваясь вдребезги, падают стеклянные банки с вареньем и желе. Начинается хаос, когда Мессер атакует моего второго похитителя сзади.

Воспользовавшись тем, что внимание моих похитителей отвлечено, я хватаю кинжал, пристегнутый к бедру того воина, который заварил всю эту кашу, и точным движением полосую его по пятке. Он орет от боли и падает на колени. Он пытается схватить меня, но я размахиваю клинком, описывая широкую дугу, и вынуждаю его уклониться от удара, который едва не задевает его лицо. Это дает мне достаточно времени, чтобы перевести вес на ноги и, стараясь держаться подальше от скалы, неуверенно встать в боевую стойку.

Он поднимает на меня взгляд.

– Не надо, – говорит он, и его слова наполнены отчаянием.

Что-то в том, с какой отчаянной мольбой он смотрит на меня, пытаясь подняться на одно колено, заставляет меня засомневаться, но этого недостаточно, чтобы остановить меня.

Осознав, что я собираюсь сбежать, он кричит товарищам-воинам:

– Не дайте ей уйти с причала!

Я, спотыкаясь, бросаюсь к Мессеру, который борется с другим воином. Заметив меня, он наваливается на противника и бьет его кулаком в лицо, отчего тот лишается чувств. После чего спешит ко мне и приобнимает меня за талию, чтобы я не упала.

Кей начинает расчищать нам путь сквозь толпу. Остальные элэха тоже вступают в бой, и начинается полномасштабная битва за то, чтобы вернуть всех наших людей на корабли.

– Ты в порядке? – спрашивает Кей, подбежав ко мне с другой стороны.

Я не трачу время на ответ, сосредоточенно шагая, пока мои силы мало-помалу восстанавливаются. Мы бежим к концу причала, к флагам элэха, развевающимся над нашими головами. Кента массово расступаются, освобождая нам путь.

– Какого черта тут произошло? – кричит Грэмбл, подбежав к нам и окинув взглядом разъяренную толпу воинов Кенты, наступающих нам на пятки.

Но он не дожидается объяснений, а быстро сопровождает своих учеников на ближайший трап. Гвардейцы элэха быстро занимают свои места вдоль причала – последняя линия обороны, пока наши люди спешат под защиту кораблей.

Кей останавливается около импровизированной очереди.

– А где Аврора?

Мессер врезается в меня, когда мы резко останавливаемся, его грудь тяжело вздымается и опускается, пока он оглядывается, ища ее.

– Я думал, она бежит прямо за нами.

Причал сотрясается от взрыва, и все падают на землю. Наступает оглушительная тишина. Я медленно прихожу в себя. Сверху падают обломки и щепки, и я закрываю голову. Мессер помогает мне встать на ноги, я быстро убираю волосы с лица, а Кей держит меня за плечи.

– Я в порядке, – говорю я приглушенным голосом. – А вы?

Но у нас нет времени на обмен любезностями, ибо Грэмбл продолжает кричать, чтобы мы поднимались на борт. Воины кента, преследующие нас, один за другим начинают вставать. Они стряхивают оцепенение, увидев клубы дыма, поднимающиеся к небу из середины Рынка. И явно хотят отомстить.

Мессер подталкивает меня к кораблю.

– Я пойду поищу Аврору.

Он замирает на полуслове, когда она появляется из царящего вокруг хаоса, неторопливая и невозмутимая, держа в руке всю ту же чашку.

– Я тут подумала, что нам не помешает фора, – говорит она, подмигнув ошеломленному Мессеру, и идет к кораблю.

Все головы поворачиваются к ней, когда она поднимается по трапу.

Кей качает головой и подталкивает меня вперед.

– Нам надо торопиться.

Команда остервенело работает, чтобы поскорее поднять трап и отойти от причала. Мы отплываем вовремя – Рынок рушится.

Морская вода одним махом поглощает переднюю часть причала вместе с людьми.

Подбежав к мачте, я из последних сил взбираюсь наверх. Кей истошно выкрикивает мое имя, но я не останавливаюсь, желая лучше рассмотреть ущерб. Ничто не могло подготовить меня к масштабу разрушений. Аврора ухитрилась пробить дыру размером в два корабля прямо посреди Рынка. Сотни людей барахтаются в воде, цепляясь за все, что могут найти, и друг за друга.

Целый век торговли и мира… разрушен. Пути назад нет. И мщения не избежать.

До меня доходит, что я все еще сжимаю руки в кулаки, и, опустив взгляд, обнаруживаю, что забрала с собой кинжал того воина.

Как только я вхожу в зал, перешептывания смолкают.

Последствия событий на Рынке висят в воздухе и душат, словно сырое одеяло. Весь путь домой был наполнен приглушенными и унылыми голосами, резко контрастирующими с шумной и оживленной атмосферой, которая царила среди команды по пути сюда. Все на взводе, злятся из-за того, что наше пребывание на Рынке так быстро закончилось, и нервничают из-за того, как будут развиваться наши отношения с Кентой.

И все обвиняют меня.

Всегда ходили слухи о том, что я какая-то не такая, что я оказываю ужасное влияние на остальных, вечно втягиваю Кея и Мессера в неприятности. Многие не понимали, почему родители Кея позволяли нам дружить, и теперь одноклассники тоже так думают, хотя они отлично знают, кто на самом деле создает проблемы.