Егерь. Прилив. Книга 10 (СИ) - Скиба Николай - Страница 30

И вдруг я почувствовал это.

Ледяной сквозняк, пробирающий до костей.

Словно глубокой зимой ты стоишь в тайге, и вдруг ветер доносит до тебя запах промерзшей мертвечины. Вонь абсолютного хищника, который уже знает, что ты здесь.

Нюх не доставал на такие расстояния. Только если источник настолько мощный, что фонит на сотни километров, как лесной пожар.

Я замер и закрыл глаза. Сосредоточился на этом фоне — потянулся к нему Нюхом, как гончая тянется к кровавому следу на снегу.

Далеко на севере пульсировало нечто огромное.

Энергия, которая не принадлежала этому миру. Она смердела чуждой, иссушающей пустотой.

Сайрак.

Я чувствовал его.

Тигр за моей спиной поднял голову. Золотые глаза вспыхнули в темноте бесстрастным убийственным светом.

— Да, — сказал он тихо. — Я его вижу. Воняет падалью.

Тигр зарычал — от этого звука Живой у моих ног проснулся и забился мне за голенище сапога.

Со спины ко мне подошла Лана и приобняла за талию, положив подбородок на плечо. Стояла рядом и смотрела на север.

— Сколько до него? — спросила она.

— Уже недолго.

— Тебе страшно?

Я не стал врать ни ей, ни себе.

— Мандраж есть, — спокойно ответил, глядя в темноту. — И хорошо. Страх гоняет кровь, не дает совершать глупые ошибки. Тот, кто не боится Дракона, врёт сам себе.

Лана обняла меня крепче и выдохнула:

— Ну и охота нас ждёт…

Корабль шёл на север. Ветер крепчал.

Сайрак ждал Прилива.

А мы плыли за его шкурой.

Майра шла впереди. Её кровяной сокол кружил над кронами, выписывая широкие петли в сером небе. Птица разведывала тропу — Майра поднимала руку, сокол снижался, садился на руку, и женщина замирала на секунду, читая через связь то, что видел зверь с высоты. Потом кивала и шла дальше, уводя группу от одной невидимой опасности к другой.

Почти шесть дней в зоне максимальной опасности. И до сих пор — ни одной стычки.

— Ирма, далеко ещё? — спросила Лина за спиной.

— Когда дойдём — тогда и недалеко, — буркнула старуха, не оборачиваясь. — Ноги переставляй быстрее, а языком шевели помедленнее.

— Она быстро переставляет, — заметил Дамир. — Это ты, бабуль, медленно.

— Мне много лет, и я имею на это право. А тебе едва ли двадцать и мозги ещё не выросли. Вот когда вырастут — тогда и поговорим.

Дамир хмыкнул, но спорить не стал. С Ирмой никто никогда не пытался спорить, кроме Макса, и тот — только когда совсем припирало.

Майра обернулась и жестом попросила тишины. Группа замерла. Сокол на её руке вытянул шею, красные глаза уставились куда-то влево, в чащу.

Ирма слышала только ветер в кронах и далёкий хруст веток — что-то большое двигалось в трёхстах шагах от них.

Дамир положил руку на пояс. Лина чуть сместилась вправо, перекрывая Ирме спину. Оба двигались молча, слаженно — за столько времени ученики Макса выросли из мальчишки и девчонки в настоящих звероловов. Их звери были сильными, опасными, и крупные твари зоны чувствовали это — обходили группу стороной, как стая волков обходит медвежью берлогу.

Хруст удалился. Майра опустила руку, и сокол взмыл обратно в небо.

— Каменный бык, — сказала она тихо. — Матёрый. Ушёл на запад.

— Ушёл — и ладно, — пробормотала Ирма. — Идём.

Майра была невысокой крепкой девушкой лет тридцати, с коротко стриженными тёмными волосами и цепкими глазами, которые выхватывали тени в лесу с профессиональной настороженностью.

Мастер с кровяным соколом, способным разведать местность на десять километров вокруг. Чем-то она Ирме приглянулась — бабка и сама не могла понять чем.

Она появилась на ферме вскоре после того, как вести с арены добрались до Драконьего Камня. Постучала в дверь среди ночи, промокшая, с соколом на плече.

— Ты Ирма? — спросила она тогда.

— Допустим.

— Меня зовут Майра. Вальнор и Лана просили прийти за вами, если что-то случится. Теперь пора уходить.

Вальнор и Лана. Ирма помнила, как Макс рассказывал о том, что видел, как они выходили из замка барона Валентина Красногорского. Ещё когда не знал их.

Макс тогда решил, что они приходили к барону.

Оказалось — к Майре.

Женщина пять лет работала при замке, следила за обстановкой в округе и передавала Жнецам Леса сведения — тихо, незаметно, из тех людей, которые умеют быть невидимыми в толпе.

Когда Вальнор и Лана пришли в замок, они встретились с ней и попросили: если всё дойдёт до критической точки, Майра должна быть готова.

И это случилось.

Арена, Сайрак, Зверомор — новости разлетелись по континенту за сутки. Максим пошёл своим путём. Союз со Жнецами Леса прекратил своё существование. Майра собралась в ту же ночь.

Ирма не удивилась. Она давно знала, что Макс влипнет во что-то серьёзное — характер такой.

Старуха была настолько хитрой, что на ферме всё уже давно было готово к тому, чтобы исчезнуть. Они подготовились. И лишь потом Ирма вернулась в Оплот Ветров, чтобы убить Варона. Бабка умела… многое. В том числе, видеть убийцу по глазам.

Почти неделю Майра вела их через зону максимальной опасности тропами, которые знали только Жнецы. Обходила территории крупных тварей, читала следы, которые Ирма видела, но не могла расшифровать, и каждые полчаса отправляла сокола на разведку.

Звери чуяли их группу и прятались — два молодых зверолова со своими питомцами пахли достаточно опасно, чтобы даже матёрые хищники предпочитали не связываться.

Лес вокруг менялся с каждым часом. Привычные сосны и ели давно остались позади — здесь росли деревья с чешуйчатой корой, похожей на драконью кожу. Воздух густел, першил в горле, а под ногами что-то хрустело.

К исходу третьего дня Майра остановилась у скальной гряды, поросшей чёрным мхом.

— Пришли, — сказала она.

Ирма огляделась. Скалы, мох, ничего похожего на деревню. Но Майра шагнула к неприметной расщелине между валунами, протиснулась внутрь — и исчезла.

Дамир и Лина переглянулись.

— Спрятались они… У вас там что, стариков нет? — ворчала Ирма. — Лезть ещё туда, тьфу ты.

Узкий проход вёл вниз — пахло сырым камнем. Потом расширился, кристаллы в стенах начали мерцать голубоватым светом.

А потом проход кончился, и передо ними распахнулась огромная пещера.

Потолок терялся в фиолетовых тенях, сталактиты свисали сверху толщиной со ствол дуба.

Внизу, на дне пещеры, Ирма увидела дома, вырубленные прямо в скале.

Дымки из труб, запах варёного мяса и смолы, детский смех, и повсюду — люди со зверями. Целый подземный мир, укрытый от всего, что творилось наверху.

Деревня Жнецов Леса.

Сверху, у выхода из расщелины, на толстой ветке дерева, растущего прямо из скалы, сидела женщина в кожаном доспехе. Старый рубец тянулся через её левую щёку. Лук лежал на коленях — она увидел Майру и расслабилась.

— Ты Ирма? — коротко спросила она. — Бабка того самого Максима?

— А что, у вас тут много Максимов-звероловов, которые друидов на мясо рвут? — ответила бабка.

Дамир за спиной фыркнул. Лина толкнула его локтем.

Женщина перевела взгляд на Майру.

— Заходите. Григор предупредил.

Великан увидел их первым — поднял голову от бревна, которое тесал топором, и замер. Рядом, привязанный цепью к столбу, сидел Моран. Бывший друид Тени съёжился в комок, обхватив колени, и при виде чужаков ещё сильнее вжался в столб.

— Ирма, — сказал Григор. — Быстро вас Майра привела.

— А чего тянуть, — бабка уже шла по площади, оглядываясь по сторонам, и взгляд её был таким, каким торговец осматривает товар. — Крыша у вон того дома прохудилась, правый скат. Дымоход кривой, угорите. Колодец — нормальный, но сруб менять пора, доски трухлявые…

— Ирма, — перебил Григор, и голос великана загустел. — Ты только что приехала. Тут всё нормально. Может, сначала сядешь, поешь, отдохнёшь?

— Я столько добиралась по опасной зоне, чтобы сесть и поесть? Могла бы и дома сесть и поесть. Дымоход — кривой. Огород за домами — запущенный, сорняки по колено. Вы тут как живёте вообще, воины? Нет-нет, это никуда не годится. Неудивительно, что Макс хочет сменить место.