Неудержимый. Книга XLVII (СИ) - Боярский Андрей - Страница 21

Белоснежка не просто влетела в тело Бедствия. Она превратилась в настоящий миксер, который крутился с бешеной скоростью, превращая внутренности гадины в непонятную жидкость, которую уже нельзя было назвать внутренностями.

Белоснежка залетела внутрь не просто так. Она двигалась к цели, которой являлся энергетический сосуд. Заодно она собиралась полакомиться и мешочком с концентратом, который тварь копила несколько сотен лет.

Пробраться сквозь податливую жидкость было совсем просто. Девочка буквально врезалась в сердце твари, и обхватив его руками и ногами, крепко сжала в своих объятиях.

— Приятного мне аппетита! — радостным голосом воскликнула она и начала высасывать из Бедствия энергию.

— Генерал! Генерал! Скорее сюда! — выкрикнул один из наблюдателей, который контролировал около двадцати артефактов, прикреплённых к кораблям, чтобы наблюдать за полем боя.

— Что стряслось? — Глухов подбежал к офицеру, взяв в руки артефакт.

— Бедствие! Оно перестало двигаться и, кажется…

— Умерло… — удивлённым голосом добавил Глухов.

Стоило Белоснежке сжать хрупкое сердце Бедствия своими острыми ручками, как-то моментально прекратило биться. Вязкий кисель, который держался внутри твари на добром слове, моментально хлынул в разные стороны, смывая вместе с собой сотни тварей.

Ледяные и Кромы, увидев воду, моментально отступили, начав ей замораживать. Так, вместе с остатками тварей, Белоснежка и оказалась в ледяной тюрьме. Но прямо сейчас это её мало интересовало. Главное — лакомство, которое вновь сделает её сильнее.

— Белоснежка… — маленький червячок сомнений появился у неё в голове. — Не забыла ли ты, кем являешься?

— Отстань от меня! — девочка нахмурилась.

С тех пор как Дмитрий прихлопнул противную тётку, которая всё время крутилась в голове у Белоснежки, стало легче жить. Вот только та, никуда уходить не собиралась. Став слабее, она притаилась, словно змея, которая требовала от той полного подчинения.

— Ты это я! Глупая никчёмная дрянь! — зашипела змея. — Ты должна выполнять всё, что я тебе приказываю!

— Нет! — Белоснежка помотала головой. — Не буду! Я служу Дмитрию!

— Дура! Ты же Хранитель! Это он должен служить тебе! — не оставляла попыток змея. — Понимаю. Это сложно понять, поэтому, просто впусти меня в свой разум. Я сама всё сделаю.

Внезапно змея оказалась в руке Белоснежки, которая, склонив голову набок, с интересом начала её изучать.

— Пусти меня! — заверещала змея. — Немедленно!

— Я же сказала, нет. — холодный голос Белоснежки распространился на все чертоги разума, а затем, послышался характерный хруст, с которым перемалывали камни.

Белоснежка не хотела возвращаться к прежней жизни. Прямо сейчас, её каменное сердце полностью занимал один крайне интересный человек, которому она была готова служить вечность. А потом ещё немножко, но только при условии, что он будет брать её на ручки.

— Аа-ааа-аа! Ты ещё пожалеешь! — забилась в конвульсиях змея, и практически сразу издохла.

Белоснежка даже не придала этим словам значения. Она просто развеяла противную змею по своей белоснежной пустыне, улыбнулась и продолжила напитываться энергией…

Отлетев от замка скверны, я поморщился.

— Вот же гадина проклятая… — проворчал я, глядя, как твари начали собираться в одну большую гору.

Я уже понял, что они задумали, и теперь нам надо было их опередить… Я бросился к Шикари, который прямо сейчас пытался пилить полуоторванную «лапу» при помощи воздушного диска.

Очень даже интересное решение. Хмыкнув, заключил я, глядя на почерневший диск, который силился прорезать оставшуюся скверну.

— Шикари, лети помогать Базилио! — приказал я. — Я здесь сам управлюсь.

Конечно же, он был категорически против, ведь это была его добыча. В другой ситуации я бы и слова не сказал, но здесь речь шла на минуты. Твари не просто так собирались в большую кучу, они пытались дотянуться до замка, чтобы подпереть его собой. Причём, судя по количеству гадин, которые сползались к повреждённой щупальце, у них это вполне могло получиться.

Пришлось активировать ауру из чистой энергии, чтобы он, наконец, понял, почему я прошу его лететь к Базилио.

— Ф-фу-ф-фу! — зафырчал Шикари, припустив в противоположную сторону.

— Что значит фу⁈ — удивился я, — Нормальная аура!

Выскочив из изнанки, я начал создавать воздушный диск, постоянно увеличивая его в размерах. Параллельно я создал пять клонов, которые должны были прикрывать меня от гарпунов. Учуяв меня, замок сразу же выбросил сотни щупалец, в надежде поймать и прикончить обидчика. Вот только у меня были другие планы.

Пятеро клонов выстроились пятиугольником, буквально превратившись в мой щит. Они уничтожали любые летающие объекты или предметы, которые летели в мою сторону. Замок оказался с сюрпризами и поняв, что обычные гарпуны до меня не могут добраться, начал буквально стрелять осколками кристаллов скверны.

Я же продолжал напитывать и раскручивать воздушный диск, который очень быстро стал в два раза больше, чем у Шикари.

— Вот это, я понимаю, размерчик! — заключил Хлад, когда я бросил его в сторону «лапы».

— Сейчас посмотрим, на что способна чистая энергия. — злобно усмехнувшись, добавил я.

Мне и самому было интересно это узнать, ведь раньше я не создавал настолько разрушительные заклинания.

— И так понятно, что будет. — пропищал паразит. — Это же чистая энергия!

— Заткнись! — выкрикнули мы с Хладом, глядя, как диск добрался до раны и буквально срезал его, даже не сбавив скорости.

— Хо-хо! — Хлад чуть ли не заплясал в чертогах. — Мощно! Мощно!

— Есть такое! — согласился я. глядя, как диск улетел к земле.

— Вы ничего не забыли? Умники! — паразит отплатил нам той же монетой.

— Не твоё дело! — рыкнул на него Хлад.

— Стой, о чём ты? — спросил я.

— Лапа уже срослась! Ха-ха-ха! — паразит злобно захихикал. — Два дурня!

— Косяк… — хмыкнув, мне пришлось согласиться с креветкой.

Мы и правда не учли этот момент. Диск с лёгкостью прорезал скверну, и она сразу же закрепилась за повреждённые участки, сросшись вновь.

— Нехорошо получилось… — Хлад как-то погрустнел.

— Сейчас исправим! — разозлившись, сказал я, напитывая руки энергией.

Не хотелось этого делать, но, судя по всему, других вариантов прямо сейчас мы не придумаем. Выставив вперёд правую руку, я пальнул из ладони энергетическим лучом, который, пробив щупальце, скрылся внутри.

Через пару секунду наружу вырвалось небольшое солнце, которое начало постепенно разрастаться. Я не знал, какое количество энергии понадобится, чтобы уничтожить все связи, но как только оно перестало расти, щупальце сдалось, полетев вниз под собственной тяжестью.

— Победа! — стиснув кулаки и зубы, обрадовался я.

— Рано радуешься! — паразит разошёлся на полную катушку. — Пока ты тут возился как черепаха, твари успели подпереть задницу замку.

— Разряд этому господину! — холодным тоном хирурга приказал я.

— Слушаюсь. — таким же спокойным и холодным голосом произнёс мой ассистент.

— Стойте! Я осознал ошибку! — заверещал он. — Дима! Будь человеком, прости засранца!

Хлад действовал на опережение. Он понял, что наказание могло соскочить, поэтому пальнул в аквариум разрядом электричества с расстояния.

— Надеюсь, он не подох? — спросил я, возвращаясь к задней лапе.

— Не должен… — довольным голосом ответил Хлан. — Не отвлекайся…

Кто же знал, что твари не просто так собирались в кучу. Оказалось, что они и были тем самым строительным материалом, из которого она создавалась. Гадины скреплялись между собой не просто лапами, хвостами и прочими частями тела, они буквально превращались в одну субстанцию, живую броню, которая с каждой минутой крепла и уже притянулась тонкой ножкой к повреждённой щупальце.

— Вот же говнина! — тяжело вздохнув, я наставил на ней левую руку.