Неудержимый. Книга XLVII (СИ) - Боярский Андрей - Страница 13

Полный решимости, он выскочил из комнаты и поспешил к лестнице, чтобы спуститься в лаборатории. Какая разница узнает Вердис или нет, если на кону собственная жизнь.

Мы бежали вниз по самой неудобной винтовой лестнице в мире. Да, она была огромна, думаю, здесь бы и бедствие спокойно разместилось, но просто слететь с неё вниз, минуя каждый виток, было нельзя. Руки бы строителю оторвать, но что-то мне подсказывало, что это был естественный процесс. Замок скверны жил собственной жизнью, и это факт, мы должны были учитывать.

С противниками тоже было всё сложно. Постоянные коридоры извергали из себя сотни тварей, которых приходилось тут же уничтожать. Да, мы могли бы бежать дальше, просто игнорируя их, но в таком случае волна гадин захлестнёт нас в самом конце, чего бы не хотелось.

Кисса разошлась не на шутку. С новыми дарами она стала настолько сильной, что остальные даже толком добежать до противников не успевали. Более того, она решила взять на вооружение мой метод с щупальцами. Метать ножи из сумеречного металла, которые потом ещё и собирать приходилось, оказалось слишком накладно. Кисса постоянно переживала за них и тряслась за каждую штуку. Теперь же, она орудовала ими через волосы, жаля противников в уязвимые места. В основном в глаза и шею, что делало атаки смертельными.

Шикари с Базилио доставались бронированные кристаллами твари. Если сумеречный металл скверна ненавидела и отступала, то кристаллы деться никуда не могли. Но и здесь всё оказалось как нельзя лучше. Обновлённая шпага и серп, с радостью вгрызались в туши тварей, с лёгкостью отправляя тех на тот свет.

Мне же досталось роль наблюдателя. Какой смысл мешаться друг другу, я лучше позабочусь о тылах. Когда позади скапливались твари, я отправлял туда теней и энергетические ножи, устраивая настоящую мясорубку. А всё остальное время тратил на поиск нужных нам тварей, куда они только запропастились, и наблюдение за цесаревичем.

Странно, что он так и не решился выйти из помещения. Сомневается? Цесаревич буквально завис около выхода, что он там делает? Я попытался навести чёткость в своей голове, но замок скверны… Стоп! Я ухмыльнулся.

— Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт… — прошептал я, убирая с «радара» слабых противников по, что называется, лесенке.

Сам же её и придумал, а теперь приходится в быстром темпе отключать. Сначала пропали меткие твари, коих здесь было большинство. Не знаю, зачем они в принципе понадобились Вердису и знает ли он об их существовании. Дальше пошли все остальные, ровно до тех пор, пока с «радара» не исчез сам замок.

— Сработало… — прошептал я, глядя на энергетический силуэт Николая. — Так… Что тут у нас? Артефакты у него свистнули, это понятно…

Какой дурак оставит артефакты пленнику, да ещё и такому опасному. Кстати, о них… С исчезновением замка мне стало легче рассматривать предметы. Я заметил россыпи артефактов, которые хранились гораздо ниже. Скорее всего, вещички Николая находятся именно там, а значит, и тварь, которая его ковыряла где-то поблизости.

Внезапно Николай подбежал к выходу и дал дёру по направлению к лестнице. Интересно… Он всё-таки пришёл к какому-то выводу? А может, решил нас атаковать…

— Не понял… — присмотревшись к цесаревичу, я наконец-то смог разглядеть дар, которым тот обладал. — «Радар»?

Я буквально завис от осознания того, что у этого засранца такой же дар, как и у меня. Нет, не такой же… У меня же «коллекционер», в который входил этот дар. А тут обычный, правда, с пылающей руной.

Ну, по крайней мере, с родством мы определились. Сомнения в том, что я являлся его древним родственником, отпали сами собой. А то потом пришлось бы ещё доказывать что-то. Интересно, а насколько метров действовал его «радар»? Сразу же задумался я. Если учесть, что он на уровне улучшенного Альфы, то он не только башню насквозь видеть должен, но и всю местность на километры вокруг.

Стоп! А если он видит на несколько километров, то и нас тоже! Чёрт! Стоило мне об этом подумать, как цесаревич выбежал на лестницу и припустил вниз. Ах ты…

— Ускоряемся! — приказал я. — Плевать на тварей. Цесаревич пытается от нас сбежать!

(Москва, полуразрушенная резиденция императора, личный кабинет)

Пока армия занималась восстановлением позиций, император подписывал акты, договора, сметы и прочие документы, которые требовали его непосредственного участия. Шутка ли, война ещё толком не закончилась, а казну уже пытались разграбить многочисленные министерства.

Романов злился с каждым документом всё сильнее, но ничего с этим не мог поделать. Обычно подобную рутину брал на себя Эраст, но с тех пор, как пропал, он так и не объявился. Разведка и тайный сыск не дал никаких результатов. Единственная зацепка — последний раз его видели в Санкт-Петербурге, но какие у него там могли быть дела, император не знал.

Эраст всегда был скрытным человеком, который всё держал в себе. С другой стороны, Романову именно это в нём и нравилось. Старик неделями пропадал в разных городах и странах, а потом привозил ему интересные истории или же артефакты. А с этой войной…

Император отложил очередную бумагу с прошением о выделении средств на восстановление оборонительных фортов и тяжело вздохнул. Казалось, хуже шторма быть уже ничего не может, а оказалось, ещё как может.

Проблемы лезли со всех сторон, и каждая требовала денег, людей, времени и немедленного решения. Железная дорога оказалась частично разрушена, а без неё начинало сыпаться всё остальное. Пока составы стояли на путях, застревали грузы, продовольствие и строительные материалы. Казалось бы, здания можно было отстроить при помощи магии, а где взять столько энергии? Война конкретно осушила запасы, и ещё не известно, что будет дальше.

Впрочем, император и так знал. За железной дорогой придётся разбираться с толпами недовольных жителей, которые обязательно вернутся в разрушенные города и поселения. Увидев, во что превратились их улицы и жильё, они накинутся на администрацию, обвиняя ту во всех смертных грехах. Знаем, проходили…

Здесь и начиналась самая сложная часть. Денег в казне хватало ровно до того момента, пока их не начинали делить по-настоящему. Выдашь одним, начнут требовать другие, потом третьи и так по списку. Оглянуться не успеешь, а денег уже нет и не предвидится. А где их взять? Торговля с другими империями практически на нуле. Китайская Империя ожидает поддержки от нас, Европа, скорее всего, будет полностью разрушена…

— Всё! — Романов взъерошил волосы. — Не могу! Надо передохнуть… — заключил он, поднимаясь с кресла.

Стук в дверь заставил его вновь присесть и принять рабочий вид.

— Войдите! — громко приказал он.

— Ваше Величество, это я… — слуга императора протиснул голову в двери.

— Матвей, заходи. — подозвал слугу Романов. — Что там у тебя?

— Доклад. — сглотнув, Матвей прошёл на центр кабинета. — Из Иркутской области.

— Иркутской? — Романов усмехнулся. — Небось, наш Николай там уже всех разогнал, теперь отчитывается…

— Наверное… — Матвей подошёл ближе и положил папку на стол.

— Тяжеловата папочка, верно? — Романов хотел пошутить, но вид слуги ему не понравился. — Кто принёс?

— Курьер из штаба. — ответил Матвей, наблюдая, как исчезала улыбка с уст императора.

Все прекрасно знали, что плохие новости императору лучше передавать курьерами. Оно и понятно, ведь никто не хотел умирать в страшных муках просто потому, что император разозлился. Таких случаев не было давно, но тут и повод особенный…

Открыв папку, император начал вчитываться в отчёты, которые с первых же строк повергли его в шок. Силы обороны разбиты. Укрепления и большая часть форта уничтожены. Потери среди гарнизона критические. Армии скверны удалось продавить рубежи, несмотря на все предпринятые меры.

Император дошёл до части, где упоминалось подкрепление в лице цесаревича и его команды, которые героически отбили первую волну тварей, но в итоге всё равно не справились. Увы, но силы противника оказались слишком велики.