Кромешник. Том 3 (СИ) - Wismurt Dominik - Страница 37

Усмехнулся.

— Ну, креста у меня с собой, как видите, нет. Так что пугать нежить и тем более, на неё охотиться, не собираюсь, по крайней мере, в ближайшее время.

— А посох-то вам зачем? Неужто драться с кем-то собрались?

Вот ведь настырный.

— Нога болит в последнее время, а обычные трости мне не нравятся. С посохом я выгляжу более экстравагантно.

Таксист повернул голову и глянул на меня с осторожность, оценивая, не псих ли перед ним и увеличил скорость, надеясь скорее довезти меня до места назначения.

Когда расплатился и вышел из машины, водила высунулся в окно и указал пальцем в сторону.

— Вот, я же говорил, просто огороженный пустырь.

Я в очередной раз хмыкнул.

Перед моими глазами предстала совершенно другая картина. Никакого пустыря там не было. Большая асфальтированная стоянка, на которой расположилось больше десяти автомобилей, ухоженные клумбы по краям, а позади обычное, серое, трёхэтажное, ничем не примечательное офисное здание. Окна одинаковые, узкие, в пластиковых рамах, половина из которых была завешена жалюзи.

А неплохо ребята устроились. Впрочем, чего ещё можно ожидать от ОАР, где почти половина сотрудников владели сверхъестественными способностями?

Наверняка навели отвод глаз или ещё какое заклинание, не позволяющее невеждам увидеть здание и прилегающую к нему территорию. Уверен, люди замечают подъезжающие автомобили к Отделу Аномальных Расследований и работников, спешащих сюда на службу, просто не зацикливают на этом внимание. Это как тень, мелькнувшая мимо тебя и почти сразу же забытая.

Поняв, что таксист скрылся из вида, я направился к широкому крыльцу.

Поднявшись по ступеням, оказался у входа с железной дверью, домофоном и камерой, висевшей чуть выше.

Сбоку у крыльца стояли двое мужчин в обычной одежде и о чем-то негромко переговаривались. Один мазнул по мне спокойным, оценивающим взглядом и сразу же отвернулся.

Вытащил из внутреннего кармана удостоверение, отданное мне вчера Еремеевой, развернул, показывая в камеру возле домофона. Замок внутри щёлкнул, и я дернул за ручку, заходя внутрь.

Внутри здания меня встретил запах кофе, женских духов и ещё чего-то неуловимо знакомого. Проходная оказалась небольшим квадратным помещением. Справа, за стеклом, сидела женщина лет пятидесяти с небольшим, с короткой стрижкой и в вязаном жилете поверх форменной блузки. Перед ней на столе стоял компьютер, рядом с которым в большом горшке красовался фикус, да лежала пара журналов учёта.

— Вам куда? — спросила она, поднимая голову и пристально окидывая меня пронзительным взглядом с ног до головы, который так и кричал: я тебя запомнила, не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость.

Вообще, взгляд этой женщины пробирал до костей, так смотрит хищник на свою жертву, оценивая в какой момент лучше всего напасть.

Похоже к незнакомцам здесь относились с особым подозрением. Впрочем, неудивительно.

— К лейтенанту Сидорову. Кабинет двенадцатый. Новый штатный консультант, — отчеканил я, положив удостоверение на стойку.

Женщина придвинулась, прищурившись, взяла документ в руки, как следует рассмотрела и что‑то отметила в толстой тетради.

— Распишитесь вот тут.

Быстро поставил подпись и вновь вскинул голову, теперь уже сам присматриваясь к дежурной.

А ведь она не обычный человек, кто-то из нелюдей. Определить не смогу, даже пытаться не стану.

В это же время у меня в голове взревел разъярённый голос княгини Голицыной.

— Кромешник, ты совсем обнаглел? А как же твоё обещание? Ты поклялся, что возьмёшь меня с собой в ОАР! Я тоже хочу там работать. Хочу стать тайным агентом, точнее — призрачным агентом…

— Стоп-стоп-стоп, — ответил мысленно, — Погоди немного, — отмахнулся от Навьи, слушая наставления дежурной.

— Двенадцатый кабинет… Идите по коридору прямо и налево, первая дверь, и не забудьте выписать постоянный пропуск, иначе в следующий раз не пущу.

— Понял, исправлюсь, — кивнул в ответ, забирая удостоверение и временный пропуск.

— Ну, что там у вас случилось, Наталья Петровна?

— Что случилось? — огрызнулась призрачная княгиня.

— Я не могу пройти на территорию, словно утыкаюсь в невидимый барьер. Немедленно сделай так, чтобы меня пропустили!

Я чувствовал, что Навья находится на грани. Как бы не натворила чего в таком состоянии.

— Ваше сиятельство, успокойтесь. Видимо на здание и прилегающую к нему территорию наложена защита от призраков и прочей нежити. Потерпите немного и я попробую договориться, чтобы вам открыли проход, но ничего не обещаю.

— Уу-ууу, — злобно взвыла старуха.

Ну вот и что мне с ней делать?

Я уже начал жалеть, что вытащил Голицину из усадьбы Апраксиных. Надо было отправить её в Навь к Моране, меньше бы геморроя было.

Резко остановился и хлопнул себя по лбу, оборачиваясь и понимая, что посох, в котором были заточены остальные Навьи, я спокойно пронёс с собой и судя по тому, что ощущал, мои призраки прекрасно себя чувствовали, находясь в своём временном жилище.

— Наталья Петровна, есть один способ пронести вас в здание ОАР.

— Какой?

— Я сейчас выйду обратно, а вы запрыгните в посох. Только так я смогу взять вас с собой.

— Ну-уу, не знаю. А я смогу оттуда выбраться? Не запечатаешь навсегда?

— Не запечатаю. Только и вы, уж будьте добры, не высовывайтесь пока не разрешу.

Остальные Навьи были у меня на более жёсткой привязке.

С Голициной же мы соблюдаем соглашение, можно сказать, работаем на взаимовыгодных условиях. Не знаю, к чему это приведёт, надеюсь, я не допустил ошибку, не надев на княгиню жёсткий поводок.

— Не знаю, боязно мне что-то, — тихо проворчала Наталья Петровна.

— Ваше право. Гранатова сегодня нет на месте, посодействовать он ничем не сможет. Очень сомневаюсь, что кто-то станет убирать защиту ради одного вредного призрака.

— Эй, я не вредная.

— Настырная.

— Неправда! Давай свой посох, если по-другому нельзя.

— Вот это уже разговор.

Я развернулся и поспешил в сторону выхода.

Дежурная посмотрела на меня с ещё большим подозрением: пришёл, называется, новый сотрудник и мечется туда-обратно, как неприкаянный.

— Вы куда? — крикнула она мне вслед.

— Простите, забыл кое-что!

Вышел на улицу, пересёк стоянку и шагнул за защитный периметр.

— Наконец-то, — недовольно поджала губы призрачная старуха, и тут же белёсой расплывчатой тенью взмыла вверх, чтобы в следующую секунду втянуться в посох.

Я же потопал обратно в сторону здания.

Сам не мог сказать, зачем поступил подобным образом, просто на интуитивном уровне чувствовал, что Голицыну нужно взять с собой, а к своей интуиции, я привык прислушиваться.

Вообще, удивился, что посох у меня не отобрали на входе. Думал, придётся сдать, пока нахожусь внутри, но всё обошлось, на него никто не обратил внимания.

Теперь, когда формальности были соблюдены, я наконец позволил себе нормально оглядеться.

Коридор за турникетом оказался на удивление современным, не тот облезлый казённый ужас, которого я ожидал увидеть. Стены были выкрашены в светло‑серый, почти белый цвет. Потолок оказался выложен подвесными панелями, между которыми в линию тянулись длинные светодиодные светильники.

На полу тёмно‑графитовая плитка с лёгким блеском. По центру коридора она была уже чуть затёрта, но по краям оставалась почти новой. Где‑то у дальней стены негромко жужжал кулер, и это жужжание странно сочеталось с редкими приглушёнными голосами, доносившимися из-за дверей.

Левее, почти сразу, в стену была вмонтирована панель с чёрным прямоугольником считывателя, под ним красовалась аккуратная табличка с надписью: «Прикладывайте пропуска».

Красный светодиод подмигивал в такт тихим щелчкам внутри. Всё это больше напоминало офис крупной компании, чем особый отдел Следственного Комитета.

Слева за стеклянной дверью виднелась небольшая приёмная, где стояла пара стульев, на стене висел телевизор, работающий без звука, стол, за которым уткнувшись в монитор компьютера и вооружившись мышкой, не обращая ни на что внимания, стучала по клавишам молодая сотрудница.