Калгари 88. Том 14 (СИ) - "Arladaar" - Страница 12

— Марина Соколовская!

Соколовская вышла на лёд и покатила к центру арены.

— Людмила Хмельницкая!

Арина последняя ступила на лёд и покатила вслед за подружками, между певцами. В это время Флоркевич уже описала крутую дугу и подкатила к правому длинному борту примерно в средней части арены, Марина подъехала к центру, а вот Арине пришлось сложнее всех: она вышла на лёд последней, и пришлось потрудиться, чтобы догнать фигуристок. Подкатила к левому короткому борту, слегка затормозила и замедлила ход, посмотрела направо: сейчас они все находились почти на прямой линии.

— Поехали! Go-go-go! — крикнула Арина, сделала пару подсечек, набрала ход, потом встала в позицию «кораблик стоя», мощно махнула правой ногой сначала назад, потом вперёд и очень мягко, по-кошачьи, прыгнула двойной аксель. Чисто! Точно также чисто приземлились и остальные фигуристки. Выехав в очень короткую арабеску, махнула левой ногой от себя, продолжила выезд собачкой, и только тогда обратила внимание на девчонок: они в этот момент сделали то же самое. Конечно, некий рассинхрон присутствовал, так как никогда не тренировали на льду подобный параллельный элемент, но для показательных выступлений уровень исполнения был вполне хороший. Сразу же с этого места начав аплодировать, подружки подкатили к правому короткому борту, встали в ряд и начали смотреть, что будут исполнять другие фигуристы.

А исполняли много чего: парники, по традиции, делали кто параллельный прыжок, кто подкрут. Советская спортивная пара Елена Валова — Олег Васильев, занявшая первое место, исполнила одинарный выброс. Элемент был не очень сложный, и можно было без опаски исполнять его при концертном свете, но всё же некая острота присутствовала, поэтому можно было ожидать хорошей реакции зрителей. Советский танцевальный дуэт, ученики Станислава Жука Наталья Анненко и Генрих Сретенский, проехали красивой вращающейся поддержкой.

Удивил Александр Фадеев, прыгнувший с ходу тройной аксель, практически без подготовки. Единственный из мужчин! Остальные мужики берегли силы и нервы, прыгали кто двойной аксель, кто и вовсе двойной сальхов. Советский фигурист, чемпион мира, пошёл на риск и прыгнул триксель хорошо. Правда, самое главное: нужно было чисто исполнить этот прыжок на показательных, а это уже совсем другая задача…

После того как все фигуристы оказались на льду и выстроились в ряд вдоль правого короткого борта, стоявшие первым номером парники из Англии, занявшие пятое место, покатили вдоль бортов против часовой стрелки. Ехали и одновременно махали руками пустым трибунам. Сделав полный круг и вернувшись опять к правому короткому борту, ряд фигуристов начал вытягиваться в центре арены, к калитке выхода на лёд. Фигуристы один за другим доезжали до калитки и выходили со льда, располагаясь недалеко.

— Вот видите, ребята, всё хорошо получилось. Я очень доволен, вы большие молодцы, — одобрительно сказал Норберт Шрамм. — Теперь давайте потренируем последний, общий выход. Хотя можно его и не тренировать: дело в том, что финальный выход планируется точно такой же, как и вступительный, но будет отличаться только тем, что после того, как вы сделаете круг почёта вдоль арены, вы подъедете к центру, встанете там в ряд, максимально близко друг к другу, и поблагодарите зрителей. Можете, взявшись за руки, подъехать вплотную сначала к одной трибуне, поприветствовать зрителей, потом развернуться и покатить к противоположной трибуне, сделав там то же самое. Давайте остановимся на таком варианте.

Фигуристы сразу же начали тренировать финальный выход на лёд, и Арине, Линде и Марине пришлось второй раз прыгать параллельный двойной аксель. Получился он и в этот раз хорошо, никто не свалился, прыжок и выезд с него не запорол. А вот у Фадеева в этот раз были проблемы: опять сделал попытку прыгнуть тройной аксель, но в этот раз он не получился, и спортсмен свалился на лёд. Арина посмотрела в сторону Жука: на лице тренера читалось явное недовольство. Похоже, инициатива прыгать на общем выходе сложный прыжок принадлежала самому Фадееву. Наверное, Жук был против, зная, что в обстановке нервозности, когда на льду находятся все фигуристы, при скудном освещении, очень трудно чисто приземлить его. После сегодняшней тренировки могли состояться ещё какие-нибудь корректировки по этому поводу.

Как Норберт Шрамм и говорил, финальный общий выход от стартового отличался только тем, что фигуристы, после того как проехали круг почёта вдоль бортика, не стали возвращаться к калитке. Остановились в ряд в центре арены, начали махать обеими руками пустым трибунам, потом взяли друг друга за руки, покатили сначала к правой длинной трибуне, там, держась за руки, поклонились, разъединились и помахали руками, потом развернулись, снова взялись за руки, покатили к левой длинной трибуне, там остановились, поклонились, опять помахали воображаемым зрителям. Арина вдобавок послала воздушный поцелуй и сделала сердечко из двух рук. Стоявшие рядом фигуристы неожиданно обратили на это внимание. Американский фигурист, занявший второе место в соревнованиях мужчин, даже улыбнулся и показал большой палец и тут же сердечко из двух рук, показывая, что тоже перенимает такой перфоманс.

— Всё, ребята! — крикнул Норберт Шрамм. — Тренировка закончена! Вы огромные молодцы! Сейчас все свободные, жду вас к 16:00. Отдыхайте, набирайтесь сил, сегодня нас ждут великие дела.

Раздались громкие аплодисменты фигуристов, радостные возгласы и смех. Арина вышла со льда, надела чехлы на лезвия, прошла на самый крайний диванчик, стоявший в конце служебной зоны, сняла коньки, надела кроссовки. Потом освободила место для Линды и Марины.

Переобувшись, втроём направились в служебный коридор, а потом к выходу из спортивного комплекса. Тренеры последовали за ними. Автобус уже стоял на парковке, и осталось только сесть в него и отправиться в гостиницу. Арина посмотрела на часы: время 11:30, и ещё можно было неплохо пообедать, а потом провести время в номере, готовясь к показалкам.

Пока ехали в автобусе, Арина смотрела на окружающих спортсменов, тренеров и думала: интересно, как воспримут их номер зрители? И как вообще все воспримут её довольно откровенный костюм, особенно члены советской команды? Ведь получается, даже Левковцев не видел её в этом костюме, разве что смотрел рисунок, который нарисовала Анька… И он ему тоже не слишком-то понравился. Не понравился и родителям, которые с подозрением восприняли костюм, когда увидели его вживую на теле, а ведь они относительно молодые люди, которые должны быть в авангарде модных веяний… Что же подумают люди более традиционных взглядов? Впрочем, задумываться об этом было уже поздно…

… После обеда плотно занялись подготовкой к показательным: времени уже не оставалось ни на что. Люда вытащила из сумки свою шикарную коротенькую кожаную юбочку, жилетку, чёрные колготки, бейсболку и митенки чёрного цвета с кошачьими головами, вышитыми серебристым люрексом.

— Видела? — коварно спросила Арина, надела на голову бейсболку, на руки митенки и показала юбочку и жилетку.

— Прекрасно! — согласилась Соколовская. — Я эти перчатки у мамы видела. Кстати, я тебе посоветую ногти накрасить, раз ты в митенках будешь кататься.

Арина вынуждена была согласиться с таким предложением, да вот только одна беда: никакой лак не взяла.

— Держи! — усмехнулась Соколовская и бросила пузырёк импортного лака Арине на кровать. — С лаком будет лучше смотреться, тем более, я уверена, твои руки крупным планом покажут телеоператоры, если ты будешь какую-нибудь статичную позицию исполнять и вызовешь ими внимание.

Арина по-быстрому подпилила ногти и аккуратно накрасила их красным лаком, чего, признаться, в СССР ни разу ещё не делала. Пока занималась этим увлекательным делом, вполовину глаза смотрела, что готовит Соколовская. Как Марина коротко сказала, в качестве аудиодорожки она наделала себе микс саундтреков из фильма «Танцор диско». Там и «Джими-джими, аджа-аджа», и другие известные хиты. Костюм Марины был тоже оригинальный, похоже, поработали над ним хорошо. Чёрные обтягивающие брюки-стрейч с вышитыми серебром лампасами и серебристой цепочкой на поясе. Верхняя часть костюма сделана в виде короткого облегающего топа с оранжево-фиолетовыми вставками, обсыпанными блёстками и обшитыми серебристым люрексом. Розовая вставка широкой полосой заходит на правое плечо, как будто имитируя индийское сари. Спина и живот обнажённые, что даже для Арины было очень смелым. А как она думала? Неужели Арина всерьёз предположила, что она одна такая смелая, идущая поперёк системы, нетакуська?