Катастрофа размера XXL (СИ) - Коротаева Ольга - Страница 4

– Один бургер «Гранд Капитан», – прошептала я официанту, старательно делая вид, что ничего общего с группой худеющих не имею. – И картошку фри. Нет, двойную порцию. И... ладно, принесите бокал холодного белого. Гулять так гулять на деньги бывшего!

Когда на мой столик приземлился этот шедевр кулинарии – с истекающим соком мясом, тающим сыром и хрустящим листиком салата, – я чуть не расплакалась от счастья. Только занесла над ним нож (ладно, кого я обманываю – я собиралась впиться в него зубами прямо так), как над столом выросла тень. Очень высокая, очень стройная и очень... официальная.

– Полина? – голос Марка прозвучал над моим ухом как гром среди ясного неба. – Мне казалось, участникам марафона запрещено посещать общие рестораны.

Я медленно, очень медленно положила бургер на тарелку. Подняла глаза. Марк стоял передо мной. Без фуражки, в расстёгнутом кителе он выглядел божественно... Как бог возмездия для одной особы с крайне слабой силой воли. На фоне мягкого освещения ресторана его серые глаза казались ещё темнее.

– А мне казалось, помощники капитана должны следить за курсом корабля, а не за чужими тарелками, – я упрямо выпрямилась, чувствуя, как щёки снова обретают оттенок вишнёвого кружева, скрытого сарафаном. Возникло ощущение, будто небеса смеются над моим планом соблазнить этого сексуального мужчину, который уже второй раз застаёт меня в унизительной ситуации. – У меня... э-э... терапевтическое окно. Для восполнения дефицита углеводов.

Марк чуть склонил голову набок, рассматривая меня так, словно я была сложным прибором, который внезапно начал выдавать неверные показатели.

– Любопытно. Не знал, что «терапевтическое окно» выглядит как двойная порция бекона под соусом барбекю. Значит, вы здесь не для того, чтобы похудеть?

Он был чертовски прав, но и я не собиралась так просто сдаваться. Чем сильнее давление, тем больше нужно расслабиться!

– Для этого, но… Маленькие отступления от правил приносят огромное удовольствие, – я выдала самую очаровательную улыбку, на которую только была способна, и указала на стул напротив. – Не желаете проверить это на практике?

«Браво, Полина! – похвалила себя. – Прозвучало весьма двусмысленно. Я буду использовать любые возможности, чтобы добиться своего и отомстить придурку, который сейчас кувыркается с Оленькой в Эмиратах!»

Уже представила себе романтическую сцену, как после сытного ужина мы с Марком страстно целуемся на носу корабля, когда мужчина тихо произнёс:

– Знаете, Полина, – в его голосе появилась приятная хрипотца, и у меня в животе бабочки запорхали. – Самое сложное в мире – это умение отказывать себе в искушениях.

В груди дрогнуло, и романтическая картинка в моём воображении пошла трещинами и рассыпалась в пыль. А Марк тем же сексуальным голосом продолжал забивать гвозди в гроб моего плана отомстить Вадику:

– Вы так яростно защищали позвоночники своих коллег этим утром, а сейчас так легко сдаёте позиции перед куском жареного мяса?

Он задел меня за живое, и я резко ответила:

– Марк, я врач. И знаю, что резкий переход на сельдерейный сок вызывает у организма шок и желание кого-нибудь убить. Я просто спасаю ваш экипаж от массовой резни.

Из принципа решительно отрезала кусок бурного и отправила его в рот. А потом зажмурилась от удовольствия и даже тихонько застонала. Боже, это было лучше секса! По крайней мере, того, что был у меня в последнее время с Вадимом…

– Какое благородство, – Марк всё-таки присел напротив и подозвал официанта, чтобы заказать себе кофе. – И счёт, пожалуйста. За даму заплачу я.

Я затаила дыхание, не веря в происходящее. Марк сдал позиции? Я его заинтриговала? Неужели поцелуй на палубе под звёздами всё же состоится?!

Глава 3

– Спасибо за угощение, – вежливо произнесла я, откладывая вилку. Сердце так бешено стучало, что кусок в горло не лез. – На самом деле я хочу похудеть, чтобы отомстить одному человеку.

Марк молчал несколько секунд в ответ на мою откровенность. Но смотрел на меня так внимательно, что стало душно – и дело было не в жаркой погоде.

– И я обязательно это сделаю… – ковыряя картошку фри, смущённо добавила я. – Завтра.

– Если вы захотели измениться, – вдруг сказал Марк, и голос его стал ещё ниже, – то делайте это ради себя, а не ради мести.

– Так я и делаю это ради себя, – вырвалось у меня. – Вадим… То есть этот человек стесняется появляться со мной, потому что я слишком толстая! Представляете?

– Нет, – он усмехнулся и посмотрел на меня с неожиданной теплотой. – На самом деле вы очень красивая женщина.

Эти слова ошеломили сильнее, чем если бы он осыпал меня цветами. Реально, в ушах зашумело. Вадим за три года отношений ни разу не сказал мне этого просто так. Обычно это звучало как поощрение: «Сегодня ты неплохо выглядишь, Поль, этот цвет тебя стройнит». Или как условие: «Вот скинешь ещё пять килограмм, и будешь настоящей красавицей». А Марк… Он смотрел на меня сейчас. В моем размере XXL, с красными от смущения щеками и бургером в руке. И видел во мне женщину, а не «непрестижную спутницу».

– Хотя за бургер я бы вас всё-таки оштрафовал, – сухо добавил Марк. – Чисто из принципа.

– Оштрафуйте меня массажем стоп, офицер, – ляпнула я прежде, чем успела подумать. – У меня после тренировок ноги просто горят.

Он замер с чашкой кофе у губ. В воздухе между нами заискрило так, что, казалось, сейчас сработает пожарная сигнализация.

– Боюсь, это не входит в мои должностные обязанности, – медленно ответил Марк, но взгляд его опустился на мои губы. – Но я подумаю над альтернативой.

Я почувствовала, как под его взглядом невидимые мурашки пробегают по коже, собираясь внизу живота в тугой, горячий узел. Мой белый сарафан, который до этого казался мне верхом элегантности, вдруг стал невыносимо тесным и тонким, будто между Марком и моим «вишнёвым» секретом больше не осталось преград. Воздух в ресторане стал густым, как сироп, и мне стоило огромных усилий, чтобы не сделать глубокий, предательский вдох, который выдал бы мою панику.

Полина, соберись! Ты врач, ты видела сотни полуголых мужчин на массажном столе, тебя не должен выбивать из колеи один сексуальный офицер с баритоном, от которого сладко вибрирует внизу живота!

– Главное, чтобы ваша альтернатива не включала в себя пять километров бега по пересечённой местности, – я постаралась придать голосу привычную ироничную твёрдость, хотя в горле жутко пересохло. – Мой связочный аппарат, знаете ли, очень чувствителен к должностным инструкциям суровых помощников капитана.

Я потянулась к стакану с водой, надеясь, что мои руки не дрожат так же сильно, как колени под столом. Взгляд Марка всё ещё ощущался на губах почти физически. Вадим никогда так не смотрел. Он смотрел на меня как хирург, подмечающий лишние объёмы, которые стоит отрезать. А Марк… Марк смотрел так, будто я была просто красивой женщиной.

– А вы всегда такой... исполнительный? – дерзко добавила я, немного пугаясь собственной смелости.

– Всегда, – холодно отрезал он и протянул официанту, который принёс счёт, пластиковую карту. И приказал: – Унесите еду и больше не обслуживайте этого клиента.

Я ошарашенно моргнула, провожая тарелку с бургером тоскливым взглядом.

Что?!

Марк поднялся и, застёгивая одну за другой пуговицы на кителе, будто превращаясь для меня в неприступную скалу, добавил:

– Настоящий профессионал знает цену слабости, Полина. Приятного вечера.

Он направился к выходу, оставив меня в полной растерянности. Я смотрела на его удаляющуюся спину – прямую, как мачта, – и чувствовала, как внутри всё выгорает. «Настоящий профессионал знает цену слабости». Эти слова жалили больнее, чем все едкие замечания Вадима. Потому что Марк был прав. Я приехала сюда изменить себя, а сдалась при первом же запахе жареного мяса. И самое унизительное было не в том, что он забрал еду, а в том, что он забрал моё право быть слабой. Он снова заставил меня почувствовать себя униженной, толстой и виноватой, как утром на палубе. И это было хуже, чем украденный доклад.