Зона Д - Хелл Алекса - Страница 2

Аиша обернулась через плечо, одарив нас безмолвным вопросом и, получив кивки, нерешительно направилась в указанную сторону.

– Добро пожаловать в Зону Д. Номер?

– Угадай, – прорычал Малик, неотрывно наблюдая за удаляющейся сестрой.

– Простите? – женщина подняла взгляд и, увидев перед собой Малика, перекрывающего вид на всю комнату, сглотнула так, будто увидела призрака.

– Номер пять, – отозвался друг, бегло глянув на собеседницу.

– Блок Д. Камера номер два.

Малик вновь взглянул на женщину, но затем, не дожидаясь разрешения, сорвался с места и направился за сестрой. За ней только-только закрылась дверь, и он спешил оказаться рядом.

Как оказалось, нас было ровно тридцать… больше не людей. Блок состоял из шести камер, и нам посчастливилось оказаться с ребятами в одном. Не передать словами, насколько мы были счастливы. Мы держались друг за друга и не хотели бы расставаться.

Всей, бегло оформленной кучей, мы перешли в следующую комнату. Ничего страшного там не оказалось, лишь один мужчина, выдающий упакованные в прозрачные пакеты вещи, спрашивая при этом размеры.

В обнимку с двумя сменными комплектами вещей черного цвета, одной парой кроксов и резиновых тапочек для похода в душ, мы направились дальше.

– Смывайте с себя блох, – заржали охранники, как только завели нас в душевую.

Двое прислонились к стене и наблюдали за каждым нашим движением, а ещё двое караулили дверь. Не тратя время, большая часть из нас, направилась к скамейкам и начала раздеваться.

– Эти штуки можно мочить? – послышался вопрос.

Стащив с себя кофту, я навострила уши.

– Не думаю, что нас привезли сюда, чтобы убить в душе, даже не помучив как следует, – кто-то отозвался, и Крис хмыкнул.

Я бросила на него взгляд и слегка улыбнулась, поймав потрясающую улыбку в ответ, но затем тепло из его глаз исчезло, и он оскалился, приглушенно зарычав на кого-то за моей спиной.

– Ещё раз коснешься её, и я вырву твои глаза, парень. Сказал бы, что сожру их на твоих глазах, но ты этого не увидишь, – прорычал, оголив клыки.

Я нахмурилась и обернулась, успев застать испуг на лице охранника, но он быстро прикрыл его ухмылкой.

– Я её не трогал, – фыркнул, осмотрев меня с ног до головы. – Пока, – хмыкнул.

Крис взревел, а охранник шарахнулся об стену позади себя и потянулся за пистолетом, испугавшись оглушительного рева. Схватив Криса за руку, закрыла его собой и вытянула руку в сторону охранника.

– Давайте успокоимся и не будем разочаровывать тех, кто вложился в эту тюрьму и ждёт от нас всех послушания, – спокойной призвала всех к порядку. – А что касается твоего “пока”, – обратилась к парню. – Я не глаза тебе вырву, а что-то куда более ценное для мужчины, потерявшего нравственность. И мне даже обращаться в блохастую тварь для этого не придётся.

– В чем дело? Почему так долго? – дверь с грохотом распахнулась и на пороге замер мужчина, встретивший нас одним из первых на улице.

Он просканировал обстановку и каждого из собравшихся, затем уставился на своего подчиненного, как полагаю, и одним взглядом выбил из того ответ.

– Ни в чëм, сэр. Всё в порядке.

– Прошу прощения. Я просто задал вопрос, безопасно ли мочить устройство на наших шеях, – будто на помощь охраннику, в разговор вступил один из наших.

Повисла тишина. Если бы не спина Криса позади меня, я бы заледенела от ауры мужчины, которого опасались все, судя по затаëнным дыханиям.

– Всё предусмотрено. Это безопасно. Вперёд, – вновь заложив руки за спину, развернулся и скрылся из виду.

По душевой прокатились вздохи облегчения. Все быстро приступили к делу и разошлись по кабинкам. Наша партия в тридцать человек по очереди приняла душ, нацепила новую одежду и направилась дальше.

– Кто этот мужик? – поинтересовался Малик у охраны по пути.

– Начальник Зоны Д. Бывший начальник тюрьмы “ГрэйХолл”.

– Той самой?

– Да. В ночь, когда все пошло по пизде, он был в своей тюрьме, кишащей опаснейшими убийцами в стране. Те стены покинул лишь он, и одному богу известно, как именно. На месте заключённых и персонала нашли лишь их размазанные внутренности по всем стенам. Руки, ноги, головы, сердца. Мозаику из тел сотни людей. Эдриан месяц провёл в полном молчании и не разговаривал вообще ни с кем. Сидел всë время в палате, куда его разместили после обнаружения, а затем просто поднялся с кровати, вышел из палаты и заявил о том, что миру необходима тюрьма для нового вида безжалостных убийц. Его рвение поддержали и теперь это, – парень обвёл пальцем коридор, но имел в виду всё здание. – Его личная песочница.

Никто больше не проронил ни слова. Нас вывели из коридора, провели через две решетчатые металлические двери и подвели к одной-единственной, похожей на банковскую, за которой обычно в фильмах скрываются золотые слитки и упаковки денег.

Нас же ждали не богатства, а новое место заключения. Светлые тона исчезли, как только мы перешагнули порог, а на их место пришла серость. Именно в этот цвет пасмурного неба и выкрасили стены этажа. Полы были чуть светлее и выложены крупной плиткой. Все сияло чистотой и от этого становилось лишь хуже. Мы двигались вслед за провожатым по широкому коридору, окруженные охранниками со всех сторон шеренги.

– Тут кого-то держали до нас? – вопрос из толпы.

– В этом блоке нет. Вы первые, но не последние. Камеры слишком быстро пустеют, но не скучают, так как на место одного, готовы явится еще несколько заключенных.

– Нам постоянно сидеть в клетках?

– Нет. Сейчас оставите вещи и пройдете в общий зал. Вам все расскажут.

– Ты новенький?

Я хмыкнула. Не одной мне казалось, что парень слишком болтлив, по сравнению с коллегами.

– Да. А что?

– Просто странно, что общаешься с нами как с людьми.

– А кто вы?

– Они опасные, дикие, способные вогнать в тебя острые клыки и когти существа, – от этого голоса даже охранники дернулись. Чертов призрак, а не начальник тюрьмы. – Они будут биться за свою жизнь, выгрызая победу из грудных клеток своих врагов.

– А разве любой из нас не сделал бы то же самое, ради того, чтобы выжить? – парень задал хороший вопрос, и я даже взглянула на него заинтересовавшись.

Средний рост, тренированное тело, но не качок. Светлые волосы, голубые глаза, добродушное лицо. Черт, как его сюда занесло? Послышались шаги, и я перевела взгляд на мужчину, которому принадлежало всё. Даже мы, как многие считали. Он сделал медленные, хищные, грациозные шаги и остановился возле парня.

– Сделал бы, – слегка нагнувшись к бедолаге, которого передернуло будто от холода, кивнул. – Разница в том, что они получают от этого удовольствия, а люди нет. Ими движет не только жажда выжить, но и голод, желание впиться в жертву и не разжимать пасть до тех пор, пока жертва не перестанет дергаться в предсмертных муках. Им нравится охота, адреналин, кусать и царапать, рвать на куски и выдирать их из тел других. Нравится издавать победный рев после того, как жертва будет повержена. Они наслаждаются полученной силой и теряют разум, позволяя зверю взять контроль, а потом приходят в себя и удивляются, почему их бояться, ненавидят и держат взаперти. Сейчас они мило болтают с тобой, но как только попытают удачу и захотят сбежать, убьют тебя, устранив, как помеху, не моргнув и глазом. А если их долго не кормить сырым мясом, они могут наброситься на тебя в попытке отхватить хотя бы кусочек и утолить голод, который шепчет им, требует и взывает позабыть о человечности. Они больше не люди. Они прокляты и опасны. Запомни это и тогда проживешь подольше. Как ты правильно заметил, клетки пустеют быстро, но и охранников я меняю не реже. Их калечат, обгладывают и убивают. Я ответил на твой вопрос, мальчик? – выпрямившись и заложив руки за спину, слегка склонил голову набок в ожидании ответа.

– Да, сэр. Спасибо, сэр, – проморгавшись, парень окинул нас взглядом, будто безмолвно спрашивая правду ли ему только что поведали.