Остаться рядом… - Марин Александр - Страница 10

Саня поднес чашку к губам, сделал осторожный глоток и зажмурился – сладкий горячий чай с малиновым привкусом казался ему почти эликсиром жизни. Марина молча наблюдала за ним, и в ее взгляде было что-то новое: не просто забота, но и теплая, пронзительная нежность.

Он поймал этот взгляд и застыл. Между ними на секунду словно протянулась невидимая нить. Все вокруг исчезло – остался только ее силуэт в мягком свете лампы, ее дыхание, ее тихое присутствие. Ему захотелось сказать ей что-то нежное.

– Ты не представляешь себе, как помогла мне. Что бы я делал без тебя. – произнес Саня.

Марина слегка улыбнулась, но улыбка эта была неуверенной, будто она сама испугалась того, что чувствует. Она потянулась поправить выбившуюся прядь волос, но пальцы вдруг дрогнули и задержались у виска.

Саня положил кружку на стол. Его ладонь на миг скользнула к ее руке, и он коснулся ее пальцев. Но в последний момент остановился. В воздухе повисла пауза – тягучая, насыщенная, словно еще чуть-чуть, и мир изменится. Он хотел сказать еще что-то, но слова застряли в горле.

В глазах Марины отразилась робость, смущение, но вместе с этим и нежность. Она встала и начала собираться домой.

– Сань, мне пора. Допьешь чай, ложись снова в постель. Прошу тебя, позвони мне вечером, чтобы я не волновалась. А, впрочем, сама позвоню поинтересуюсь у тети Маши.

– Маринка, я благодарен тебе и обязательно сам позвоню. Ползком дойду до телефона, но сам позвоню, чтоб не беспокоилась.

Марина от этих слов Саши была на седьмом небе. В его словах она видела благодарность, внимание, заботу, и была счастлива от этого.

Около восьми часов вечера в ее квартире зазвенел телефон, и она вылетела из комнаты с такой скоростью, что чуть не сбила с ног отца, оказавшегося на пути. Это был Саша.

– Маринка еще раз привет.

– Добрый вечер Сань.

– Чем занимаешься?

– По-разному. Скажи ты как, температура не поднялась?

– 37,4. Но пока что в постели.

– Завтра пятница, не ходи пожалуйста в институт, а потом уже суббота, воскресенье. Сань не шути со здоровьем, прошу тебя.

– Маринка я позвонил тебе, чтобы ты была спокойна. Все будет хорошо. Ты только подумай, кто ко мне прикасался? Никакие профессора не сделали бы больш-е-го. – этот комплимент был от чистого сердца. Ему хотелось сделать приятное, ведь она так за него беспокоилась.

Марина сияла от счастья.

– Да, зря я не иду в медицинский, – подыграла она ему.

– Может передумаешь, время еще есть…? Только здесь я не смогу помочь ничем. Химия и биология не мое.

– И не мое, тем более без твоей помощи.

В последующие дни она приходила еще не раз, пока он окончательно не встал на ноги. Марина превратилась в его тихого ангела-хранителя, потому что приходила не просто навестить, а заботилась, приносила с собой лимоны, варенье, домашние пирожки, которые готовила мама, или сидела с ним в комнате, разговаривала, рассказывала новости из школы.

Его товарищи по общежитию подшучивали.

– Н-у-у-у, Саня, везет тебе, – усмехался Колька. – У нас, когда бывает температура, то максимум, что получаешь, это аспирин из аптечки. А у тебя – чай с лимоном, варенье, забота, внимание. Прямо санаторий.

Саша махнул рукой, стараясь скрыть смущенную улыбку.

– Она просто… друг, – от слова «просто» даже самому стало как-то неловко.

– Короче Сань, у тебя теперь персональная сестра милосердия. С такой заботой ты еще и симулянтом станешь!

Другой друг Сережа в шутку укорял ее.

– Марина, не балуй его так. А то привыкнет к уходу и потом нас будет гонять. Подай чай! Принеси варенье! Где моя подушка?

Марина весело смеялась. Ей нравились друзья Саши, и то что они такие шутливые.

Когда Саша окончательно выздоровел, то часто думал о том, что перед в эти дни ему не хотелось казаться сильным перед ней. Да, вначале, не желал, чтобы Марина его видела таким, но после этих это чувство уже не беспокоило так, и в нем что-то изменилось.

А причиной всему – болезнь, потому что рядом оказалась та, у которой его слабость вызвала сильные душевные переживания. И, если болезнь и нужна была для чего-то, то только для того, чтобы понять это.

Он пока не знал, чем все обернется, но точно знал, что этот день он никогда не забудет.

Глава 8.

После дождя

Постепенно холодные дни становились теплее. На улицах таяли последние грязноватые снежные сугробы. Для Саши это время стало настоящим испытанием… болезнь выбила его из привычного ритма. Несколько дней занятий он пропустил, и даже после выздоровления чувствовал себя уставшим, словно после долгого полета с пересадками и задержками.

Саша начал возвращаться к привычной жизни. Через неделю он окончательно восстановился, и они возобновили свои встречи, занятия и прогулки.

– Смотри, – сказала Марина, указывая на ветки. – Почки набухли. Еще немного – и появятся первые листья.

Саша посмотрел на нее, и в ее глазах светился тот же весенний огонь, что и в природе вокруг.

– Кажется, я и сам просыпаюсь вместе с ними, – тихо произнес он.

Марина робко улыбнулась.

Он все время шутил, рассказывал о курсах, о планах на практику.

Марина же ловила каждое его слово. Ей казалось, что он изменился – стал мягче, ближе. Она не знала слышал ли он ее признательные слова, но после болезни, что-то в нем изменилось, словно была стерта какая-то невидимая грань между ними.

Однажды вечером, когда они сидели на скамейке у реки и слушали, как течет вода, Марина тихо сказала:

– Я очень испугалась, когда увидела тебя таким больным. Ты был слишком слабым, не похожим на себя.

Саша посмотрел на нее.

– Я не хотел, чтобы ты видела меня таким. Вдруг испугаешься, сбежишь, – пошутил он.

– Сбегу? – Марина улыбнулась. – Наоборот. Именно тогда я поняла, как ты мне дорог.

Саша опустил глаза. Он почувствовал, как слова Марины задели его глубже, чем он готов был признать.

После болезни Саша долго не мог избавиться от ощущения, что в его жизни что-то произошло. Вспоминая, как Марина сидела рядом с ним, держала его за руку, как ее голос мягко шептал что-то, когда он проваливался в лихорадочный сон, он ловил себя на странном ощущении, что увидел ее не просто школьницей, а чем-то большим.

Раньше он мыслил рационально: «Марина еще слишком юная, ей нужно сосредоточиться на экзаменах, а я помогаю ей, но обязан держать дистанцию. Мы просто друзья». Эти мысли были как броня.

Но болезнь стерла эту броню: лежа без сил и видя ее лицо, склоненное к нему с тревогой и нежностью, он впервые признал – рядом с ним не просто девчонка, а человек, способный быть ответственным, любить по-настоящему. Он увидел именно это.

Саша ощущал, что его отношение незаметно, но необратимо стало другим. Это уже не «младшая сестра», не «одноклассница». «Она стала для меня опорой, без которой неуютно».

Он боялся признаться самому себе, что эти перемены идут из глубины. И каждый раз, когда Марина смотрела на него, в душе Саши боролись два чувства: разум, который шептал – «остановись»; сердце, которое требовало – «она твоя, будь рядом, не отпускай».

Именно тогда Саша впервые понял, что Марина окончательно стала частью его мира. Раньше их встречи были приятным отвлечением, а теперь – необходимостью, без которой день казался пустым.

Для него эта весна стала символом не только выздоровления, но и осознания: он не может дальше делать вид, что Марина – лишь школьница, которой он помогает. Она взрослеет быстрее, чем он ожидал. Именно в это время он впервые поймал себя на мысли: «А что, если мы будем рядом не только весной, летом …? А всегда?».

Мысль эта была приятной, потому что видел в ней девушку своей мечты, и одновременно неожиданной, потому что он не был готов к серьезным отношениям с 16-летней девушкой…