1991 (СИ) - Коруд Ал - Страница 21

Так Андропов получил возможность всюду расставлять своих людей, оставаясь до поры до времени в тени. К концу 1983 года было сменено 20 процентов первых секретарей обкомов партии, 22 процента членов Совета Министров, а также значительное число высшего руководства аппарата ЦК. Эти перестановки упрочили возможность нововведений Андропова'. Никто толком и не заметил, когда один за другим, как черти из табакерки, во властные структуры повыскакивали Горбачев и Ельцин. Между тем предшественник Лигачева — принципиальный Николай Петровичев считал, что Ельцина не выдвигать надо, а гнать из партии поганой метлой. В результате «андроповцы» погнали несговорчивого Петровичев.

Они сами все эти годы усиленно пилили сук, на котором сидели. Голова разболелась от сонма мыслей. И Крючков запоздало вздохнул. В итоге он так никуда в своих размышлениях не продвинулся.

Заброшенные строения

На месте пуска первыми «случайно» оказались оперативники из ближайшего УВД. Из соседних поселков видели, откуда взлетали ракета и затем падение «борта номер один». Так что неравнодушные граждане тут же сообщили об этом в органы. Те неприлично быстро прибыли на место пуска, тут же обнаружили ящики от ПЗРК, обомлели и начали действовать. Вызвали подмогу всех имеющихся под рукой постовых и живо оцепили место преступления. Сразу по прибытию отработали дежурные эксперты, коих выдернули из разных участков. Главное — были получены фотографии ПЗРК, в том числе и крупным планом номера изделий. Пока следователи пыхтели по окрестности в поисках улик, ругались на сотрудников, что натоптали вокруг, один из опытных криминалистов незаметно подменил снятые пленки, передав затем самую важную неприметному человеку, невесть откуда тут появившемуся. Никто так позже не смог его вспомнить.

Чекисты опоздали на место по обидной причине. На привычных им «Волгах» им не удалось прорваться сюда сквозь сугробы. Пришлось одалживать у смежников более проходимую технику. Следователи КГБ тут же отодвинули милиционеров в сторону, заявив, что это их работа. Но буквально через полчаса появились важняки из Прокуратуры. Еще полчаса они между собой громко пререкались. Следователи по особо важным делам резонно указывали на решение Генерального прокурора. Ему-де приказ пришел с самого сверху. У оппонентов с собой ничего не было. Да и по существу они были людьми заинтересованными. Это их Служба охраны, бывшая «девятка» прошляпила готовившийся теракт. Наконец, чекисты выбили приказ от своего начальства и получили право присутствовать на следствии.

Внезапно обе стороны оказались не готовы к изучению найденного оружия. Обычно все-таки они разбирали несколько иные преступления.

Человек в прокурорской шинели ошалело покрутил головой:

— Это что?

— ПЗРК. Портативный зенитно-ракетный комплекс. Американского производства.

Важняк горестно вздохнул и посмотрел на гэбешника. Тот пожал плечами:

— Нужно специалистов из первого вызывать. Или военных. Армейцы в Афгане с такими делами сталкивались. Ими много наших самолетов было сбито.

— Черт подери! — следователь схватился за голову. — Ты понимаешь, что это значит? Нужны люди из вашей контрразведки. Будем вместе кумекать. И дернете наружку. Кто, когда и на чем проезжал по окрестным дорогам.

Чекисту и самому было не по себе. Концов, куда скрылись неизвестные, так и не нашли, как и свидетелей. Ни толковых отпечатков, только колея от Газ-66 и следы подготовки. Ясно пока одно — сработали явно профи. Это была отлично проведенная операция под носом у КГБ и МВД. Это вам не немецкий летчик на Красной площади. Тут такие головы полетят! Он бросил сигарету:

— Делаем свое дело. Об остальном пусть голова у начальства болит.

Следователь намек понял и начал усиленно заполнять бумаги. Ему уже было ясно, что концов они, скорее всего, не найдут. Если это «гости» из-за рубежа, то не прокуратуре с этим разбираться. Если это свои, то обязательно подотрут за собой. Так что лучше далеко не углубляться. Опросы, записи и ехать к Генеральному прокурору. Вот тот пущай и думает, что дальше делать.

Глава 9

Перестройка. 22 февраля 1991 года

Старая площадь

В Центральном комитете царил настоящий бедлам. Такого не случалось, наверное, со времен смерти Сталина. Даже последний в истории переворот на пленуме 1964 года происходил иначе, в рамках дозволенного и формально законно. Сняли одного, поставили другого. Большая часть остальных серых мышек осталась на своих местах. Внутренние перестановки проходили без скандалов и внешне благопристойно. В дальнейшем смена караула происходила в кулуарном кругу. В том числе и возведение Меченого во власть. Сейчас же случилось нечто более страшное. Нельзя было скрыть слухи о произошедшем террористическом акте. И погибли вместе с Горбачевым довольно знаковые люди. Прораб Перестройки и ведущий сдавальщик советских интересов за рубежом. Про несчастный экипаж никто не вспоминал. Журналистов и вовсе за людей не считали. Обслуживающий персонал.

Секретари некогда всемогущего ЦК выглядели откровенно потерянными. Обычно безмолвные коридоры наполнились куда-то спешащими людьми. Броуновское движение продолжалось несколько часов. В кабинетах тихонько собирались по двое и трое. И пили не только чай. Буфет быстро исчерпал запасы коньяка, пришлось послать за ним на базу. Несмотря на всеобщий дефицит, в ЦК старались держать марку. Так что закуска пока имелась в полном ассортименте.

Партийцы пили из стаканов армянский марочный, нервно закусывали бутербродами с сырокопчёной и вели горячие разговоры о своем ближайшем будущем. Уже, как пару лет было совершенно ясно, что КПСС в том формате, в каком она существовала, нежизнеспособна. Самые ушлые уже перескочили на более спокойные посты. Бюрократия при любом строе востребована. Далеко смотрящие убыли еще раньше и готовили себе теплые местечки в грядущем капитализма. Ярых коммунистов в этих стенах давно не осталось. Последних консерваторов вроде Лигачева выпнули недавно и куда подальше. Марксисты и верные ленинцы могли лишь сотрясать устои в не самых популярных изданиях. Осталась одна серость.

— Янаев пьет с утра, как узнал.

— Кто же тогда рулить всем этим будет? — обвел показательно руками вокруг Чебриков, один из секретарей ЦК. Будучи председатель КГБ с 1982 по 1988 год, он обеспечил плавную передачу власти, сохранив контроль КГБ над ситуацией в стране. Будучи членом Политбюро, поддержал курс Горбачева на реформы, понимая необходимость борьбы с застоем. Под его руководством КГБ регулировал границы допустимого в идеологических послаблениях, одновременно контролируя распространение информации. Но все равно был смещен с поста главы КГБ в 1988 году и назначен секретарем ЦК КПСС и председателем Комиссии ЦК по вопросам правовой политики, что свидетельствовало о консерватизме в вопросах безопасности.

Чебриков представлял ту часть партийно-государственного аппарата, которая стремилась к контролируемому реформированию, не допуская полного демонтажа социалистической системы. Именно этот выдвиженец Брежнева, ставший на позиции Андропова, курировал взлет Горбачева. И сейчас пытался хоть как-то успокоиться. Чтобы понять, кто посмел менять ход истории без ИХ спроса. Еще в 1987-м представления Горбачева и Чебрикова о целях и задачах реформы разошлись резко. И в недрах КГБ Горбачеву нашелся новый соратник — для ввод в действие следующего этапа. Это был начальник Первого главного управления Крючков. Официально Крючков сменил Чебрикова в октябре 1988 года, что ознаменовало окончательный выбор нового курса на смену экономического курса. Тогда же начали создаваться совместные предприятия. Мощный шлюз для перекачки капиталов. Чем, кстати, занималось Шестое управление — экономическая контрразведка, и инвестирование государственных денег в будущие частные концерны, биржи, банки, которые затем оказались под управлением и контролем людей из ЦК и КГБ. И нынешний секретарь был в курсе идущих подспудно событий.