Последний Охотник Империи 2 (СИ) - Стародубцев Денис - Страница 15

— Айкидо — за плавность движений.

— Карате — за мощь и философию удара.

— Джиу-джитсу — за работу на земле и болевые приёмы.

— Каларипаятту — древнейшее индийское искусство, тренирующее каждую мышцу.

— Бокс — за скорость, дыхание и работу ног.

— Кунг-фу — за гибкость и текучесть.

— И наконец, — он сделал паузу, — кулачный бой, который максимально передает всю ту силу, что живет внутри каждого из нас.

Он закончил перечисление и снова посмотрел на всех нас.

— Но прежде чем вы начнёте делать то, о чем вы все так мечтаете — махать кулаками, — сказал он, и в его голосе появилась лёгкая усмешка, — я научу вас самому главному. Тому, без чего все эти техники абсолютно бесполезны.

Он подошёл к нам и остановился прямо перед Игорем.

— Дышать! — сказал он. — Я научу вас дышать.

— Дышать? — переспросил Игорь с лёгкой усмешкой. — А мы что, не умеем?

— Может быть и умеете, — спокойно ответил Борис Ли. — Но неправильно.

Он вернулся в центр зала.

— Сядьте на пол! — скомандовал он.

Мы выполнили.

— Закройте глаза, — продолжил он. — Сделайте глубокий вдох. Медленно. Очень медленно. Чувствуйте, как воздух наполняет лёгкие, как расширяется ваша грудная клетка. А теперь медленно делаем выдох. Ещё медленнее. Представьте, что воздух выходит через каждую пору вашего тела, — его голос был ровным, убаюкивающим.

Я закрыл глаза и попытался выполнить. Вдох-Выдох. Вдох-Выдох. Странное чувство — вроде бы просто дышишь, но при этом расслабляешься как-то по-особенному.

— Хорошо, — голос сенсея звучал откуда-то издалека. — А теперь сосредоточьтесь на центре груди. Представьте, что там пульсирует свет. Тёплый, золотистый. С каждым вдохом он становится ярче, с каждым вашим выдохом распространяется по всему телу.

Я старался выполнил все, что он говорит и абстрагироваться от остального, но краем уха услышал хихиканье. Это был Игорь.

— Проблемы? — голос сенсея Бориса Ли стал жёстче.

— Да нет… — ответил Игорь, открывая свои глаза. — Просто не очень понимаю, как дыхание поможет мне в драке.? С самого детства я тренировался со своим отцом, и про дыхание он мне ничего такого не говорил.

Борис Ли посмотрел на него тяжёлым взглядом.

— Встань… — сказал он тихо.

Игорь встал. Усмешка с его лица немного сползла — видимо, до него начало доходить, что будет дальше.

— Подойди ко мне, — сказал сенсей.

Игорь подошёл.

— Атакуй меня, раз ты все умеешь, — сказал Борис Ли.

— В смысле атаковать? — опешил Игорь.

— В прямом! Атакуй меня! Бей как умеешь. Используй всю свою силу на максимум, я разрешаю! — учитель говорил очень громко.

Игорь оглянулся на нас. Я пожал плечами — сам вляпался, сам выкручивайся, тут мы ему не помощники.

— Ну… ладно, раз вы так просите! Но если что, все свидетели! Это не я захотел, — сказал Игорь и шагнул вперёд.

Он попытался ударить ногой — быстро, резко. Борис Ли даже не сдвинулся. Просто чуть сместил корпус, и нога Игоря просвистела в воздухе.

Игорь развернулся, нанёс серию ударов руками — левой, правой, снова левой. Ну как нанес, снова попытался. Сенсей уклонялся с минимальными движениями, будто танцевал. Каждый удар проходил в миллиметре от его тела.

Игорь начал злиться. Он попытался использовать магию воздуха — резкий выброс ветра, который должен был сбить противника с ног. Борис Ли просто шагнул в сторону, и удар ушёл в пустоту.

А потом Игорь начал задыхаться.

Я видел это — его движения стали рваными, дыхание сбилось, лицо покраснело. Он хватал ртом воздух, но не мог поймать ритм. Руки ослабли, ноги подкосились, и через минуту он рухнул на колени, тяжело дыша.

— Вот, — сказал Борис Ли совершенно спокойным голосом. — Это бывает с теми, кто не умеет правильно дышать. Одно только махание руками и ногами и даже использование магии никакого результата не даст.

В зале стояла тишина. Игорь сидел на полу и смотрел в одну точку.

— Вставай, чего расселся, — приказал сенсей.

Игорь поднялся, пошатываясь.

— Твоя техника неплоха, — сказал Борис Ли. — Ты быстрый, сильный, но тратишь энергию впустую. Задыхаешься через несколько минут боя. А теперь представь, что тебе нужно драться пять минут или десять. Или час. Что будет? Да ты можешь сейчас сказать, что не будешь допускать таких долгих драк. Только вот сейчас почему-то допустил.

Игорь молчал.

— Ты умрёшь, — ответил за него сенсей. — Запомните каждый! Сначала дыхание, а уже потом все остальное.

Он повернулся ко всем нам и сказал:

— И ещё кое-что. На моих уроках всегда была и будет присутствовать коллективная ответственность. Поэтому в наказание за неуважение к уроку, — сказал он громко. — Все бегут кросс. Час вокруг зала без остановок. Если кто-то остановится, то время обнулится, и так будет продолжаться до тех пор, пока КАЖДЫЙ из вас не пробежит один час без перерыва.

— Все? — пискнул кто-то из задних рядов.

— Все! — подтвердил сенсей, — и прямо сейчас! Бегом!

И мы побежали.

Зал был большим, но не настолько, чтобы час бега по кругу был удовольствием. Круг. Ещё круг. Ещё парочка. Одна и та же картина раз за разом. Игорь бежал рядом. Лицо у него было красное, но не от бега — от стыда.

— Игорь, хочется на надрать тебе задницу — прошептал ему я, когда мы пробегали мимо фонтана в десятый раз.

— Молчи, пожалуйста, Ярослав, — буркнул он. — Я знаю.

— Что именно знаешь? Мне прямо интересно! — спросил я у виновника кросса.

— Что я дурак! Что не надо было хихикать, и усомниться в сенсее было глупостью. Теперь вот вы все из-за меня мучаетесь. Простите меня пожалуйста.

— Ну, хотя бы осознаёшь, это уже плюс! Значит, не зря страдаем, — усмехнулся Виктор, догоняя нас.

— Извините, ребят, — выдохнул Игорь. — Реально извините.

— Ладно, — махнула рукой Лиза. — Переживём! Зато будем физически вынослевее.

— Только не спорить с сенсеем! — добавила Анжелика.

— Обещаю! — поклялся Игорь. — Больше никогда!.

Час растянулся в вечность. К концу даже у меня подкашивались ноги, руки висели плетьми, а дыхание вырывалось из легких с хрипом.

— Всё, закончили! — сказал наконец Борис Ли, когда мы пробегали мимо него в сотый, наверное, раз. — На сегодня достаточно, урок окончен! Все свободны.

Мы попадали прямо на пол. Кто-то лёг, кто-то сел, пытаясь отдышаться. Игорь просто рухнул плашмя и смотрел в потолок.

— Я никогда… — прохрипел он. — Никогда в жизни… так не уставал.

— А теперь представь, — подал голос Виктор, — что завтра подобное будет снова.

— Не хочу даже и представлять такое, — ответил ему Безухов младший.

Мы отдышались, кое-как поднялись и поплелись в столовую. Ноги не слушались, руки тряслись, даже говорить особо не хотелось.

Ужин прошёл в абсолютном молчании. Мы тупо смотрели в свои тарелки, механически отправляя еду в рот. Я даже толком не запомнил, что ел — какая-то запеканка вроде бы, или, кажется, макароны с сыром и куриными ножками. Вкусно, но сил на то, чтобы это осознать, не было. Я даже напиток не взял, а там было на выбор либо кофе, либо какао.

— Видимо, вы были у Бориса Ли на занятии? — раздался вдруг голос рядом.

Я поднял голову. Настя Бозина стояла над нами, сложив руки на груди и лыбалась во все свои тридцать два белоснежных зуба.

— По нам видно? — спросил я без особого энтузиазма.

— Ещё как, — она окинула взглядом нашу компанию. — Мокрые, красные, молчаливые. Классика! Мой совет — лучше молчите на его уроках. Он этого не любит.

— Спасибо, мы уже поняли. Надеюсь, что все это усвоили, — буркнул я и посмотрел на Игоря. Он опустил глаза в пол.

Старшекурсница улыбнулась шире и пошла дальше.

— Она издевается? — прошептал Игорь.

— Скорее сочувствует, — ответил Виктор.

После ужина мы поплелись в казарму. Тело гудело, глаза слипались. В душевую была огромная очередь. Все сто пятьдесят, не меньше. Пришлось ждать, что поделаешь. Некоторые не выдержали и легли спать прямо в форме. Если честно, у их понимаю, у меня было точно такое же желание.