Исцеление вечности - Кагава Джули - Страница 9

Убрав меч в ножны, я вспомнила вчерашний разговор и нахмурилась. Шакал здесь. Мой безжалостный кровный брат-убийца. Надо уходить. А по-хорошему, надо его убить. Небо ясное, на лужайке перед домом пусто – обстановка идеальная. В нашу последнюю встречу Шакал отменно надрал мне зад и чуть не прикончил меня, но теперь я стала сильнее. На сей раз, если дело дойдет до драки, я в долгу не останусь.

Однако если он не врал, если лекарство от бешенства находится где-то здесь, под землей, найти его надо любой ценой. Как ни неприятно это признавать, Шакал был прав. Слепое преследование не поможет выручить Кэнина – если я хочу сразиться с Сарреном, нужен план. Нельзя отказываться от помощи другого сильного вампира, глупо упускать такой шанс.

Но у меня все равно закипала кровь при одной мысли о сотрудничестве с Шакалом. Я не забыла, что он сделал с моими спутниками. Этот злобный негодяй видел в людях лишь пищу или средство для достижения своих целей. Он убивал не задумываясь. Он убил людей, которых я знала, которых считала друзьями.

Зик ни за что не помиловал бы его.

Я все еще пыталась сообразить, что мне делать, когда в дверь почтительно постучал слуга и сообщил, что госпожа Азура и господин Шакал ожидают меня в гостиной – не буду ли я любезна проследовать за ним? Вернув комод на место, я пошла за хорошо одетым человеком по длинным коридорам, вверх по лестнице, и наконец он указал мне на дверь в гостиную.

Там, конечно же, были Азура и Шакал. Азура, скрестив длинные ноги, сидела на диване с бокалом крови в руке. Шакал стоял, прислонившись к каминной полке, не обращая внимания на огонь, и его черты озаряло зловещее красное сияние. Я не могла понять, как он может находиться так близко к языкам пламени – я бы ни за что не стала подобным образом искушать судьбу. Но тут Шакал усмехнулся мне – нагло и самодовольно, и я поняла, что он выделывается. Он знал, какой эффект произведет на вампира его поза, и старался показать, что ничего не боится.

– Ой, глядите-ка, королева наконец явилась. – Шакал поднял свой бокал в насмешливом приветствии и тут же осушил его одним глотком. Азура бросила на него презрительный взгляд и отпила из своего бокала. – Ну так что, сестренка, готова к совместной работе?

– Я еще не согласилась тебе помогать, – ответила я, заставив Шакала испустить вздох досады. – Почему тебя это так удивляет? С чего бы мне работать сообща с парнем, который убил моих друзей и который, возможно, всадит мне нож в спину, едва я отвернусь?

– Не думай о том, что помогаешь мне, – рассудительно предложил Шакал. Я отметила, что на оба моих обвинения он ничего не возразил. – Думай о том, что помогаешь Кэнину. Я, например, если решу сразиться с Сарреном, буду рад любой подмоге.

Я повернулась к Азуре:

– А что вы обо всем этом думаете?

– Я? – Азура подняла бровь. – Мне все равно. Я здесь просто слежу, чтобы вы двое не перевернули мой дом вверх дном.

– Ну же, сестра, – взмолился Шакал. – Давай не будем повторять вчерашний разговор. Ты сама знаешь, что действовать вместе – лучший способ помочь Кэнину. И признай: тебе так же любопытно, как и мне.

Я сердито посмотрела на него.

– Давай считать, что пока я согласна. – Шакал ухмыльнулся шире, но я не стала обращать на это внимания. – Ты сказал, что Саррен тоже ищет лабораторию. Как думаешь, где она находится?

Азура выпрямила ноги, поставила бокал на столик рядом с диваном и наклонилась вперед.

– Я велела своим людям просмотреть старые карты города и схемы линий метрополитена, – сказала она, расправив на столе большой лист бумаги. – Прямых указаний на то, где искать суперсекретную государственную лабораторию, там не нашлось, но у меня есть несколько догадок.

Шакал остался стоять у камина, но я подошла к столу и взглянула на бумагу. Я никогда раньше не видела карт и понятия не имела, как их читать, – передо мной была бессвязная мешанина из линий и надписей. Однако Азура провела темно-красным ногтем по одной из линий.

– Бешеные, – начала она своим гортанным голосом, – занимают туннели метро днем. Ночью они выходят на охоту, но обычно возвращаются на станции на рассвете. Кроме тех, что, похоже, не могут оторваться от моей изгороди. Никто в этом городе не отваживается спускаться в туннели – ни по какой причине, ни днем, ни ночью. Сколько там конкретно бешеных, неизвестно, но, скорее всего, тысячи. А здесь, – добавила она, обводя пальцем точку на карте, – как мы полагаем, находится их главное логово. – Убрав руку от карты, Азура посмотрела на меня: – Там-то вам и надо искать лабораторию.

– Почему же?

– Если в этой лаборатории произошла утечка вируса, то распространиться он должен был быстро. И заразить сотни, если не тысячи людей вокруг. Следовательно, в зоне лаборатории образовалась крупная популяция бешеных. И со временем она только росла.

– Секундочку. – Я нахмурилась, вспомнив, что рассказывал мне Кэнин. – Я думала, что во всем виновата лаборатория в Нью-Ковингтоне – там создали бешеных, они сбежали, и так бешенство распространилось.

– Так Кэнин сказал? – фыркнул Шакал. – Это лишь часть правды. – Он подошел к столику и наполнил из кувшина свой бокал.

Удобно устроившись в кресле, он сделал большой глоток и улыбнулся мне.

– Присядь, сестра. Позволь, я поведаю тебе, что случилось на самом деле, чтобы ты могла по достоинству оценить роль нашего господина в этом адском бардаке. – Шакал снова отпил из бокала – медленно, с удовольствием, – ожидая, пока я сяду. Я осторожно устроилась в кресле напротив.

– Тебе известно, что Кэнин похищал вампиров и передавал ученым для экспериментов, – начал Шакал, довольный появившейся у него аудиторией. Это напомнило мне речь, которую он произносил на арене, перед армией мародеров, скандировавших его имя… прямо перед тем как бросить Дэррена на растерзание бешеному для их развлечения. В ушах у меня до сих пор стояли крики моего друга, разрываемого на части. Во мне закипела ярость, я подавила рвущееся из горла рычание и постаралась сосредоточиться на словах короля мародеров. – Все делалось во имя борьбы с Красным вирусом, – продолжил Шакал, словно не заметив моей вспышки гнева, – или в этом убеждал себя Кэнин, когда предавал наш род. Он выслеживал добычу, протыкал колом, отправлял в спячку, а потом доставлял в лаборатории, где ученые, как у них принято, вовсю развлекались со своими злосчастными подопытными. – Я неловко поерзала в кресле – неприятно было представлять, как Кэнин занимался такими делами, хотя я об этом уже знала. Или думала, что знаю. – Дело в том, – проигнорировав сердитый взгляд Азуры, Шакал водрузил ноги на лакированный журнальный столик, – что лекарство от Красного вируса искали не только в лаборатории Нью-Ковингтона. Да, вампиров держали именно там, но исследования проводили и в других местах. Здесь, в Вашингтоне, что-то произошло – и случилась массовая вспышка бешенства. Сотни людей обратились в течение нескольких часов. Нам известно, что лаборатория в Нью-Ковингтоне сгорела и все материалы то ли куда-то пропали, то ли были уничтожены, однако о здешней лаборатории мы не знаем ничего. Сохранилась ли она? Можно ли обнаружить там информацию об экспериментах, проведенных десятки лет назад? Что там вообще можно найти? Лекарство? Хорошо бы. Но что еще – может быть, материалы по эпидемии и Красному вирусу и информацию о том, как возник вирус бешенства? – Шакал прищурил золотистые глаза, и у меня почему-то пробежал по спине холодок. – Если какие-то из этих материалов сохранились, то кого к ним точно нельзя подпускать? Саррен талантлив, безумен и, мягко говоря, неуравновешен. Только подумай, что он способен натворить, попади ему в руки такие сведения.

Я вздрогнула, чувствуя, как иссякает мой дух протеста. Если Саррен что-то задумал, его необходимо остановить. А если лекарство от бешенства существует, мы должны его найти. Так или иначе, похоже, мне придется действовать сообща с моим кровным братом. По крайней мере, какое-то время. Я отчаянно надеялась, что сделала правильный выбор и что Кэнин сумеет нас дождаться.