Отпустить поводья (ЛП) - Хоуп Пейсли - Страница 15

— Да не проблема, — киваю я. — Скажу тебе тоже, что сказал маме Джо — не парься. Мы семья, я даже не думаю об этом дважды.

Он тоже кивает, и я продолжаю. Я уже несколько недель собирался поговорить с ним об этом.

— Ты ещё думаешь насчёт того, чтобы попробовать пройти отбор на дерби в следующем году? Хороший способ заработать приличные деньги, если займешь призовое место. Теперь, когда я дома, помогу тебе всем, чем смогу, пока ты будешь ездить по квалификациям, и с радостью покрою любые расходы.

— Ненавижу брать у тебя деньги, Нэш, — фыркает Уэйд, как обычно хмурясь, когда ему не по себе.

— Это деньги семьи. У меня бы их вообще не было, если бы не твои родители. Нет лучшего вложения, чем в нашу семью.

Хотя я бы ему этого никогда не сказал, но у меня денег столько, что я не знаю, куда их девать. «Старз» платили мне миллионы долларов в год на протяжении девяти лет, что я за них играл, и я сделал правильные вложения. Расходы на дерби для меня вообще не проблема.

— Я ценю. Посмотрим, какого тренера мы наймём, и какой у него будет опыт. И спасибо тебе, брат. Серьёзно, — говорит Уэйд с улыбкой.

Уже семь утра, а мы копыта чистим. Мы занимаемся хозяйством уже почти два часа, и я вообще не спал.

— Ты сегодня какой-то напряжённый. Всё нормально? — спрашивает Уэйд, когда я второй раз за десять минут роняю нож для копыт.

— Всё нормально, — отрезаю я.

«Всё, о чём я могу думать — мягкая, тёплая кожа твоей младшей сестры под моими пальцами, и это реально сносит мне голову».

— Просто устал. У меня сегодня куча дел.

— И остался всего один день до того, как Сиси займёт твой офис своими стикерами, ежедневниками и всей этой её дурацкой системой, в пытке контролировать всё подряд. Но спасибо тебе, что дал ей эту работу. Ей нужно отвлечься.

— Мне она тоже нужна, я за это благодарен.

— Клянусь, если увижу этого мудака Эндрю рядом, тебе придётся меня держать, — начинает он рассказ про то, как Эндрю ответил на звонок прямо посреди выпуска Сиси из колледжа, громко болтал, а потом вообще вышел из зала на середине мероприятия.

Я слушаю его вполуха, потому что у меня сегодня свои проблемы. Например, понять, почему не смог удержаться прошлой ночью, почему я схватил Сиси вот так. Я хотел её поцеловать. Не просто хотел её поцеловать, я хотел погрузиться в неё так глубоко, чтобы она забыла, что кто-то когда-то сделал ей больно… Ах да, если я когда-нибудь встречу этого Эндрю, я ему череп раскрою. Тогда уже Уэйду придётся меня останавливать.

Я вздыхаю, пытаясь вытеснить мысли о Сиси из головы, когда Уэйд заканчивает рассказ.

— Я помогу тебе, если он появится в городе, — говорю я, и Уэйд хмыкает.

Наступило молчание.

— Приятно, конечно, что вы с Сиси Рэй оба дома. После смерти отца тут было слишком тихо. Забавно, что вы оба вернулись в одно лето. Между нами говоря, я чертовски рад, что у неё хватило духа его бросить.

— Вчера вечером, когда я провожал её домой, она немного рассказала о нём. Я не могу представить Сиси, которую я знал, позволяющей, чтобы с ней так обращались.

— Эндрю — хитрый лис. Очаровательный, блестящий и манипулятор, каких поискать. Папа терпеть его не мог.

Я не удивлён, но всё равно рад слышать. Уайатт всегда был очень умным человеком.

— Помню, как-то раз папа сказал, что с удовольствием заплатил бы хорошие деньги, чтобы мы отдубасили его так же, как Стивена Коннолли. Помнишь, когда он всем в футбольной команде рассказывал, что добрался до второй базы с Сиси? Вы с Коулом тогда хорошенько его приложили. Он чуть в штаны не наложил, — говорит Уэйд, улыбаясь от воспоминания.

«Ещё бы я не помнил».

— Она тогда была в девятом классе, а он — в двенадцатом! Помню, как сидел с ней на твоём крыльце, когда она в слезах это рассказывала. Она не могла понять, почему он её бросил.

— Она всегда выбирала не тех, — говорю я, возможно, чуть более резко, чем следовало бы.

— Мы все, прямо скажем, делаем не лучший выбор второй половины, — бормочет Уэйд себе под нос.

Он с женой, Джанель, разошёлся год назад. Холодная стерва, которой важна была только внешняя картинка. Я так и не понял, что он в ней нашёл, разве что она была его любовью со студенческих лет. Он был чересчур предан, держался за неё, даже когда играл в одни ворота. Теперь она живёт в его доме, на его алименты делает себе новые сиськи, переживает какой-то кризис среднего возраста и скачет по всем доступным мужикам в городе.

— Я уже решил, что мы все просто пытаемся дотянуться до той любви, что была у мамы с папой. А такой любви уже не существует. Люди стали слишком эгоистичными. Кто знает, может, нам просто суждено быть одинокими.

— Нет, просто нужно встретить того самого человека, — говорю я, звуча при этом куда более романтично, чем обычно.

— Слушай, философ, — смех Уэйда гремит в тихом сарае. — Настоящий лицемер в вопросах отношений. Знаешь, что, я остепенюсь, когда это сделаешь ты, — смеётся он, и я тоже.

Мы оба знаем, что у меня нет никакого желания остепеняться или к кому-то привязываться, не после того, как понял, что всё можно потерять за один вдох.

— Ну, будем надеяться, что Сиси найдёт кого-то получше, чем её последний выбор. Все должны учиться на своих ошибках. Но вот что скажу, хорошо знать, что ты за неё горой. С нами тремя рядом он вряд ли когда-нибудь сунется сюда снова, — говорит Уэйд.

— Это будет возвращение «Хорошего, плохого и злого», — смеюсь я, вытирая лоб и вспоминая, как нас троих называли, когда мы вляпывались в дерьмо или раздавали его.

— Нам придётся только уговорить вернуться мистера Законник-Шериф, а это может быть непросто, — добавляю я.

Уэйд думает пару секунд.

— Не, у нас теперь есть Мэйбс. Она бы любому из нас дала фору.

— Тут ты прав, — отвечаю я, пока мы в тишине заканчиваем утреннюю работу.

Кухня в большом доме тихая и залита солнцем, когда я, спустя два часа, наливаю себе кофе, чтобы хоть как-то попытаться проснуться. Утро буквально выносит мне мозг, а впереди ещё целый день тренировок и встреч в «Олимпии». Джо повезла Мэйбл в школу, у Коула двойная смена, а Уэйд уже занялся следующим делом — тренирует с Сэм. Я беру свежеиспеченный скон и сажусь с кружкой дымящегося напитка за кухонный стол, любуясь видом на гору Шугарленд за домом. Мне просто нужно пять минут, чтобы прочистить голову. Но их мне не дают. Входная дверь распахивается, и внутрь заходит заспанная Сиси, потирая глаза, ещё не осознав, что я здесь.

Те десять секунд, что я наблюдаю за ней, пока она меня не заметила, кажутся слишком интимными. Я должен что-то сказать, но не могу. Не могу себя заставить. На ней розовые шёлковые пижамные шортики, струящиеся, как вода, по загорелым, гладким бёдрам. Одна только мысль о том, как я просовываю под них руки, уже заставляет член твердеть в джинсах. К маечке в тон, облегающей идеальную грудь, нет никакого лифчика, и теперь её торчащие соски ясно видны. Её волосы в полном беспорядке, волнами спадают на плечи. Сиси по утрам — вообще другая лига. Она не женщина — она, чёрт побери, событие. Единственное место, где она могла бы выглядеть ещё лучше — на моих простынях подо мной, крича моё…

— Господи, Нэш! — она подпрыгивает, заметив меня.

Обычно я бы встал, но сейчас физически не могу, так что просто отпиваю кофе и делаю вид, что под столом у меня всё в порядке.

— Не знал, что это ты, — говорю я. — Подумал, Уэйд вернулся.

Она зевает и прикрывает грудь коротким халатом, но уже поздно, образ, который она только что подарила мне, теперь навсегда запечатлён в моём сознании.

— У меня пока нет кофеварки, так что ты получаешь меня, а не брата.

Она встаёт на цыпочки, пытаясь дотянуться до верхней полки. Я слежу за её рукой, замечаю кружку, до которой ей не достать, и наконец могу встать, подойдя к ней вплотную.

— Не достанешь, коротышка, — говорю, доставая кружку и ставя перед ней на стол.

Я почти обнимаю её в этом положении, и мне слишком нравится. Это идёт вразрез с моим самоконтролем, но я отступаю назад.