Повелитель гоблинов. Том 4 (СИ) - Flow Ascold - Страница 20

— Клянусь! Я найду тебя! — произнёс я, торжественно поднимая клубень над головой.

Завернул главное сокровище как святая святых в отдельные ткани и шкуры. Остальное тоже хорошо. Но ради драника или пюрешки я готов объявить войну!

Представив реакцию Пюрешки, когда та узнает, в честь чего её назвали, не сдержал смешок. Весело будет…

Во втором шалаше обнаружил инструменты. Каменные ножи, скребки для обработки шкур, костяные иглы, жилы вонючие, ещё необработанные свёрнутые шкуры. Нашёл деревянную чашу, выдолбленную из цельного куска дерева, и ещё парочку незаконченных, бусики и что-то вроде киянки с каменной иглой для нанесения рун. Да, сложная, кропотливая работа…

В третьем шалаше стояли плетёные корзины, палки-волокуши. А ещё валялись неразделанные, но уже выпотрошенные туши животных. Тали и Миори это лучше не показывать… Хотя нет, вроде не кетра. В общем, голод для орков на время откладывается. И нужны носильщики… Не стоит бросать здесь хорошие материалы для одежды и брони.

В одном из мешков, что тоже был сам по себе ценной находкой, находились сушёные травы, связанные пучками. Птичьи перья разных цветов. Маленькие черепа грызунов. Какой-то порошок в кожаном мешочке ярко-оранжевого цвета. Видимо, для росписи. Камень растолкли и собрали бережно. Добавить воды и будет краска.

Обошёл весь лагерь, проверяя каждый угол. Нашёл ещё немного мелочёвки: верёвки, обрывки ткани, пару глиняных и деревянных мисок.

Собрал всё в кучу посреди лагеря. Еда, оружие, инструменты, магические артефакты, шкуры и прочие припасы. Внушительная добыча! И хрен я унесу её один… Нужно ждать носильщиков.

Присел у костра в ожидании и стал размышлять об удивительных поворотах судьбы, что привели меня на это самое место. Заскучал… Пробежался вокруг лагеря, но далеко не отходил, лелея мечту найти поляну с картохой. Но, увы…

Прошло минут сорок. Из леса послышался шум. Голоса на орочьем. Я поднялся, взял меч на всякий случай. Вдруг не мои…

Из-за деревьев вышли орки: пять новичков — шли уверенно, без хромоты и боли, — мой клыкастый помощник и… Камень. Здоровяк помахал мне ранее больной рукой. Не понял… Как он уровень поднял? Неужели одного или парочку кабанчиков прибил?..

Пятёрка орков увидела меня и замерла. Они медленно обвели взглядом поляну, семь трупов шкриняпов, разбросанное оружие, лужи синей крови. И я посреди всего этого, весь в крови, с мечом в руке.

Один из орков — тот, что прежде был со сломанной ногой — произнёс что-то на орочьем торжественно и прижал кулак к сердцу. Остальные повторили жест. И Камень тоже. А он молодец, налаживает контакт с новичками.

Я не понял слов, но и так дошло: они признают и уважают меня и мои боевые заслуги.

Из-за спин орков вышел Орочи. Посмотрел на побоище, присвистнул:

— А нам, значит, никакого веселья?

Я пожал плечами:

— Сейчас организую. Вон шалаш — в нём туши. Разобрать, костёр развести, пожарить, орков из пещеры привести сюда. Дождя, надеюсь, не будет.

— Может, лучше притащить мясо к пещере? — предложил Орочи, заглянул в шалаш и снова присвистнул. — Нет… Замучаемся таскать… Там ещё кабан был где-то?

— Да. Кабаниха, если точнее. Её тоже сюда притащить придётся.

— Ну! Хотя бы голодными не будем! — радостно произнёс бывший вождь орков.

— Слушай… — подошёл я к нему, пока он не ушёл. — Я же говорил кабанчиков не трогать…

— Так и не трогали, — непонимающе посмотрел на меня Орочи.

— А как тогда Камень шестой уровень взял? — удивился я.

— Да первой пятёрке совсем мало опыта нужно был, потому Камень одного задавил. А остальным и четырёх хватило. Вместе били, опыт распределился.

— Понятно…

Тали тоже вернулась, как раз когда Орочи закончил раздавать указания и отправился за больными и хромыми. Орки по-варварски рубили деревья, ломали ветки, разжигали костры, снимали шкуры и срезали мясо с туш.

Молча посмотрев на всю эту картину, она перебрала трофеи, нацепила один из браслетов себе на руку и тихо произнесла, стоя в метре от меня:

— Нам нужно поговорить. Во время следующей стоянки. Наедине.

Я посмотрел на неё. Лицо серьёзное, глаза непроницаемые.

— О чём? Почему не сейчас?

— Здесь… Не к месту. Скоро станет слишком шумно, — покачала она головой. — Времени достаточно. Просто прошу вождя уделить своей помощнице минут двадцать-тридцать.

Тали развернулась и ушла помогать оркам собирать трофеи.

Я проводил её взглядом, гадая, о чём она хочет поговорить. Что-то важное, раз просит уединения. Не соблазнять же она меня собралась…

— Хрю-хрю…

Утро началось с того, что Орочи врезал кому-то оплеуху, после чего добавил ногой в живот, забрал остатки еды из рук упавшего орка и с горящими от ярости глазами развернулся ко мне.

— Представляешь, это чучело заявило после всего, что он здоровый, сильный и не собирается корячиться ради каких-то калек! Собирался уйти от нас, пока мы спим!

Я подошёл к лежащему на земле орку поближе, внимательно рассмотрел его довольную рожу, словно он только что совершил великий подвиг, объявив о своём решении свалить, и улыбнулся самой милой улыбкой, на какую только был способен в такую рань. Помог подняться, протянув руку помощи, и — подсечкой отправил зазевавшегося здоровяка обратно на землю, после чего коленом прижал его горло, а кинжалом пригрозил его хозяйству, скрытому за грязными шкурами.

— Орочи, переведи ему, пожалуйста, что я как помог исцелиться, так и покалечить обратно могу, — произнёс я спокойно, наблюдая, как расширяются глаза орка и как быстро испаряется вся его наглость. — Только уже необратимо. И болезненно. И с большим удовольствием с моей стороны, потому что я терпеть не могу неблагодарных ублюдков.

Орочи с удовольствием перевёл и, судя по интонации, добавил от себя пару орочьих ругательств. Орк под моим коленом попытался что-то пробормотать, но я усилил давление на горло, не давая ему говорить.

— Слушай внимательно, — продолжил я, глядя ему прямо в глаза. — Ты был никому не нужным калекой, которого старый вождь выбросил как мусор, потому что кормить тебя было накладно, а пользы никакой. Я дал тебе шанс. Защитил в пути, исцелил, накормил. И чем ты ответил? Что я получил взамен? Наглость и неблагодарность. Так вот, у тебя есть два варианта: либо ты прямо сейчас клянёшься мне в верности и служишь, как положено воину, либо я возвращаю тебя в то состояние, в котором ты был вчера, и можешь валить куда хочешь, хромая на одну ногу и жалея о своей глупости.

Орочи переводил, и я видел, как меняется выражение лица орка, как страх постепенно вытесняет наглость, как он начинает понимать, что совершил огромную ошибку.

— Ну так что? — спросил я, чуть ослабив давление на горло, чтобы он мог ответить. — Выбирай быстро, у меня нет времени возиться с идиотами.

Орк прохрипел что-то отчаянное, Орочи усмехнулся и перевёл:

— Клянётся в верности. Обещает слушаться. Просит прощения за свою тупость.

Я встал, убрал кинжал, но продолжал смотреть на орка сверху вниз, пока тот поднимался, потирая шею и избегая моего взгляда.

— Хорошо. Тогда бери свой тюк с припасами и готовься отправляться. Чтобы больше я не слышал подобной чуши от тебя или от кого-то ещё из исцелённых. Понял?

Орк закивал, схватил свой мешок и поплёлся к остальным, которые наблюдали за всей сценой с разными выражениями на лицах: кто-то с удовлетворением, кто-то с настороженностью, а несколько других исцелённых явно задумались о том, что их планы покачать права теперь выглядят не такой уж хорошей идеей.

Я обернулся ко всем собравшимся, окинул взглядом и исцелённых, которых было уже шестеро, и раненых, которые смотрели на происходящее с интересом и некоторой надеждой в глазах.

— Раз уж мы все проснулись, давайте обсудим правила нашего похода, чтобы больше не возникало недопониманий, — начал я, а Орочи синхронно переводил мои слова. — Правило первое: я вождь, мои слова — это закон. Не потому, что я так решил, а потому, что именно я вытащил вас из того дерьма, в котором вы оказались, и именно я веду вас к месту, где вы сможете стать частью сильного племени.