Бывает и хуже? Том 4 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 20

Лаврова же сидела со смесью гнева и злорадства. Точно, наш с ней последний разговор выдался не слишком-то приятным. Она попыталась спихнуть на меня свои инвалидности. Думаю, после этого она уже пробовала поговорить с Савчук, и та ей разъяснила, что делать эти инвалидности Лаврова должна самостоятельно. И теперь Тамара Павловна злилась на меня ещё больше.

— Александр Александрович, пациентка утверждает, что вы нахамили ей, отказали в осмотре и назвали психически неуравновешенной.

Судя по истерике, которую она устроила перед уходом, я так и правда мог бы посчитать.

— Пациентка Штайнова Ева Александровна обратилась ко мне с жалобами на нарушение глотания, дисфагию. Я провёл опрос и осмотр, не выявил органической патологии. Предположил психогенную дисфагию, дал рекомендации. Выполнение ФГДС и посещение психолога.

— Он опять! — воскликнула Ева. — Опять называет меня психованной!

Ей бы ещё слух проверить на досуге, тоже не помешало бы.

— Ева Александровна, психолог — это не психиатр, — заявила Лаврова. — Успокойтесь, пожалуйста.

— Вы что, тоже с ним заодно⁈ — выкрикнула та. — Тогда я зря пришла к вам, мне надо было сразу к главному врачу идти!

Сразу к министру здравоохранения! Сразу к президенту! Сразу к масону, который тайно управляет обществом! По крайней мере такие слухи ходят в интернете.

— Ева Александровна, я только… — начала было Лаврова.

Но договорить ей не дали.

— Вы тут все заодно! — Ева по своей привычке снова вскочила со стула и выбежала в коридор.

Нет, стой, остановись…

Ладно, останавливать я её точно не стану. Зато в этот раз я всё-таки воздействовал праной на её психическое состояние. Просто эффект будет отложенным. Она должна немного успокоиться спустя время. Всё-таки каким бы пациент ни был, я врач. И моя работа — лечить всех.

Только вот Лаврова этого не знала.

— Александр Александрович, ну вот вы разве не могли поговорить с пациенткой более мягко⁈ — обрушилась на меня Лаврова.

Отлично, давайте на Агапова спустим всех собак. Ему же не привыкать.

— Тамара Павловна, сейчас пациентка психанула из-за ваших слов, а не из-за моих, — усмехнулся я. — Я действовал по протоколу, говорил мягко и чётко. Тут проблема не во мне.

— Но она сейчас пожалуется ещё выше и придётся разбираться, — недовольно заявила Лаврова.

Всем своим видом она пыталась показать, что это я во всём виноват. Нет, не выйдет.

— Разберётесь, вы же заведующая, — пожал я плечами. — А мне пора дальше на приём. Если надо — потом напишу письменную объяснительную, как всё было.

Лаврова бросила на меня очередной гневный взгляд, и я вышел из её кабинета. Вернулся к себе, коротко рассказал Лене последние новости.

— Ну и жесть, — протянула она. — Столько проблем из-за одной пациентки!

— Да, и такое бывает, — кивнул я.

Мы закончили приём, больше никаких интересных случаев не было. После я понёс сделанные за ночь инвалидности Савчук. И возле её кабинета снова наткнулся на Еву.

Да что ж за день-то такой, слишком много Ев, слишком много Ев!

— Александр Александрович, — обратилась та ко мне. — Я тут сидела к заместителю главврача, чтобы пожаловаться… И вдруг поняла, что творю какую-то ерунду. Не знаю, с чего я вообще так распсиховалась. Наверное, вы правы, нервы на пределе из-за Коки и из-за разрыва… Вы меня простите, пожалуйста.

Ну ни хрена ж себе. Моя прана, которой я воздействовал ещё в кабинете Лавровой, дала куда больший результат, чем я ожидал. Я смог успокоить Еву. Вообще-то для этого первого уровня маловато.

Всё-таки я был прав, в этом мире прана работает по каким-то другим правилам. И мало привязана к пяти уровням, как в моём мире.

В любом случае я даже не все запасы потратил, но уравновесил пациентку.

— Ничего, я всё понимаю, — кивнул я. — Принимаю ваши извинения. И всё-таки советую прислушаться к моим рекомендациям.

— Да, я найду психолога, — кивнула Ева. — Спасибо вам огромное. Я сейчас ещё схожу к вашей заведующей, скажу, что к вам нет претензий.

Лаврова свою кружку из-под кофе съест от злости, когда Штайнова такое скажет.

— Спасибо, — улыбнулся я. — Всего доброго.

Ева ушла, так, видимо, и не заглянув к Савчук. Я посмотрел по сторонам, убедился, что в коридоре, кроме меня, никого нет, и исполнил победный танец Гриши. Прана творит чудеса!

Отнёс Савчук инвалидности, та снова напомнила про поход в театр. Затем вернулся в кабинет.

Позанимался бумажной работой и отправился на вызовы. После них в коридоре меня поймал Шарфиков.

— Ну что, доволен? — пробубнил он.

Да что же эта чета Шарфиковых до меня так дое… прицепилась сегодня⁈

— Чем доволен? — вздохнул я. — Своей жизнью? Более чем. Я счастлив, здоров, занимаюсь любимой работой.

— Не издевайся! — воскликнул Стас. — Кристина же рассказала тебе, что со мной сделали из-за той жалобы!

— А я тут при чём? — вздохнул я. — Стас, ты сам не осмотрел беременную пациентку. Радуйся, что с ней и с ребёнком всё в итоге хорошо, и спокойно отрабатывай своё наказание.

Шарфиков покраснел от злости.

— Ты… Ты… — начал он. — Не знаю, что с тобой стало, но ты так изменился!

Ух, аж до мурашек такое признание от Стаса. Сарказм, конечно.

— Это всё? — приподнял я бровь.

— Нет, — резко сказал он. — Я не буду вместе с тобой поздравлять женщин! Предлагаю каждому поздравить отдельно. А то чего это я вообще решил тебя слушаться! Я устрою для них тусу, как и собирался. И тебя не приглашу!

— О нет! — я картинно схватился за грудь. — Не пригласишь меня. Ой, погоди, сердце с другой стороны, перепутал.

Стас, хлопая глазами, смотрел на мою театральную постановку. Хотя я не такой хороший актёр, как Андрей.

— И ты собираешься устроить вечеринку, где будешь только ты и женщины? — добавил я. — Как мне это пережить⁈

— То-то же, — неуверенно ответил Стас, всё ещё не понимая, прикалываюсь я или нет.

А я прикалывался.

— Хорошо, давай каждый поздравит отдельно, — улыбнулся я. — Мне так даже проще. Да и женщинам больше поздравлений достанется.

— И моё им понравится больше! — заявил Шарфиков и гордо ушёл вверх по лестнице.

Я покачал головой. Как мало в моём окружении здравомыслящих людей. Да кто вообще пойдёт к нему на эту вечеринку?

Так, мне теперь дополнительные хлопоты. Нужно разобраться с подарками и цветами. Как раз сегодня вечером займусь.

Я вернулся к себе в кабинет, ещё немного посидел с бумажной работой и отправился домой. Лену отпустил пораньше, поэтому кабинет и поликлинику закрывал сам.

Квартира встретила меня Гришей, Федей, диваном и холодильником.

— Слушай, такая удача! — встретил меня Гриша в коридоре. — Я, главное, холодильник бэушный нашёл. Договорился с хозяином, а потом тот сказал, что ещё и диван продаёт! И вообще недорого! Так что у нас теперь появилось нормальное сидячее место!

— Шикарный диван, — усмехнулся я. — Будем на нём по очереди спать.

— Чур я первый! — тут же сказал Гриша. — Я же его нашёл!

— Да ты же на нём наверняка уже эту ночь спал, — усмехнулся я.

— Неправда, я тебя ждал, — протянул друг.

Я махнул рукой. Пусть спит на диване, ничего, переживу.

Федя мяукал, тёрся мне об ноги. Я погладил нашего котёнка, прошёл на кухню. Холодильник небольшой, но рабочий. Нам много и не надо.

Наконец-то можно закупать еду и хранить!

— Я там уже курицу купил, чтобы ты праздничный ужин приготовил, — гордо заявил Гриша.

Ну и формулировка. Я усмехнулся и принялся за готовку ужина. Сегодня и в самом деле решил нас побаловать — приготовить курицу на соли. Очень простой рецепт, противень засыпать солью, положить натёртую специями курицу и запекать в духовке. Создаётся соляная баня, и курица от этого становится очень вкусной.

Грише тем временем поручил задачу помогать искать подарки моим женщинам. Хотелось поздравить всех: и профилактику, и регистратуру, и больничную Лену. Бюджет ограничен, но Гриша разбирался во всех этих маркетплейсах и пообещал найти что-то достойное.