Тактик 11 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 15

Земля около дуба была покрыта тлеющей листвой как ковром.

Я подошёл и остановился на некотором расстоянии. Она не принадлежала к моей среде, не входила в число лидеров кланов. У неё была свой мир, свои правила и я уважал её границы.

— Шаманка, — произнёс я, и мой голос прозвучал в лесной тишине непривычно громко. — Вы приглашали меня к себе.

Она медленно отставила ступку и подняла на меня глаза. Её лицо было покрыто такой густой сетью морщин, но глаза были ясными и пронзительными. В них не было ни страха, ни подобострастия. Только мудрость.

— Герцог, — её голос был сухим, как осенний лист. — Ты уходишь. И твоя Орда уходит.

— Я пришёл попрощаться, — сказал я. — И предложить тебе место в Газарии. Твоя мудрость — ценный ресурс. Она будет нужна нашему народу, когда он начнёт строить новую жизнь на новых землях. Твои знания о травах, духах и традициях могут спасти сотни жизней.

Я говорил с ней, апеллируя к прагматике и эффективности. Я предлагал ей не милость, а скорее, выгодный контракт.

Морриган слушала меня, не перебивая. На её лице не отразилось ничего. Когда я закончил, она несколько мгновений молча смотрела в огонь, словно советовалась с ним.

А потом она медленно покачала головой. Её движение было плавным, как сгибающаяся на ветру ветка.

— Дерево не может уйти со своей земли, герцог. Его корни слишком глубоко вросли в почву. Они помнят каждого, кто был похоронен под ними. Мои корни здесь. В этом лесу. В этой земле. Если я покину их, просто стану сухой веткой.

Её отказ не был эмоциональным. Она говорила о чём-то базовом, основополагающем. Собственно, я предполагал, что она откажется, но нужно было попробовать.

В каком-то смысле она была частью этой экосистемы и её перемещение нарушило бы её собственную природу. Я понял, что настаивать бессмысленно.

— Я не могу забрать с собой лес, — тихо сказала она, словно прочитав мои мысли. — Но я могу позаботиться о нём, когда вы уйдёте. Я останусь здесь и буду говорить с духами. Ждать, когда придёт моё время присоединиться к ним.

Немного помолчав, она оглядела свою поляну.

— Я попросила тебя, Владыка, прийти, — продолжила она, и её пронзительные глаза посмотрели на меня. — Потому что твоя душа неспокойна.

Я неопределённо пожал плечами.

— Духи говорят, что ты не из мира Гинн, родился в другом мире.

Я закашлялся. Вот так вот, с пояса, старая орчиха выдаёт, что я попаданец.

— А это имеет значение, Морриган? — нейтрально спросил я.

— Нет. Ты — это твои поступки, человек Рос, а не то, где ты родился. Духи считают, что ты стал частью Гинн.

— Ну, спасибо и на этом, — я не спешил подтверждать слова духов, потому что хотя принцип, озвученный шаманом Ярдигом «Всем на всех плевать» всё ещё работал, мне не хотелось давать повод отправить меня на костёр как попаданца.

— Ты боишься, причём войной тебя не напугать. Ни войной, ни королями, ни монстрами.

— Не то, чтобы боюсь… Одно существо, называющее себя богом, сказало, что скоро начнётся война богов. Духи ничего не говорят насчёт глобальной войны и мёртвых богов?

Морриган смотрела в огонь некоторое время, потом достала из мешочка на пояске какие-то кости с вырезанными на них символами.

Она разложила эти кости прямо на коленях:

— Да, Владыка.

— Что «да»?

— Да. Мёртвые боги восстанут. Боги игнорируют их уже сотни лет, делают вид, что у павших нет никаких шансов, но… Мёртвые боги готовят нам ужасное. Они злы на нас. Они поменяют сами законы и правила этого мира, прибегнут к хитрости, чтобы победить… Большего духи сказать пока не могут.

Я вздохнул:

— Не было печали. Ладно, спасибо и на этом, Морриган. Ты звала меня ради этого разговора, Говорящая с духами?

— Не совсем. Это то, что нужно тебе. А то, что нужно мне… Первое… Обещай, что позаботишься о тех орках, что станут под твою руку.

— Обещаю, — легко ответил я, — Они не будут первыми или вторыми орками, кто стал под моё знамя, и я забочусь о представителях всех рас, если они часть моего…

— Клана?

— Можно и так сказать. Не хочу говорить — семья. Давай остановимся на клане.

— Хорошо, — кивнула она. — Тогда другой вопрос. Ты предлагаешь дом лесным кланам. Сильным. Тем, у кого есть вождь и структура. Это хорошо. Но что насчёт остальных? Тех, у кого нет клана? Одиночкам, изгоям.

Она подалась вперёд, и её голос, до этого тихий, обрёл силу:

— Что насчёт воина, кого из клана изгнали, потому что он посватался к дочери вождя и получил отказ? Что насчёт семьи, которую изгнали за то, что их ребёнок родился слабым? Что насчёт вдовы с детьми, которую некому защитить? Их много, герцог. Войны кланов оставили за собой тысячи таких. Потерянные души. Одинокие волки. Для них найдётся место в твоей новой земле? Или твой порядок, как и порядок людей, предназначен только для тех, кто уже силён?

Её вопрос не был упрёком. Это был запрос на комментарий к моим же правилами переселения.

Я строил общество для организованных групп, игнорируя хаотичный, но значительный пласт населения.

Я задумался. Интеграция тысяч неорганизованных, часто озлобленных и отчаявшихся индивидуумов. С точки зрения чистого прагматизма, проще было бы их отсечь.

Но затем я посмотрел на это с другой стороны. Моя главная цель заключалась в создании общества, основанного на личных достижениях, это мотивирует, это даёт шансы талантам, это задвигает на задний план родовитых лентяев.

Общества, где ценность юнита определяется его полезностью, а не принадлежностью к группе. Отказывая одиночкам, я бы предал свой собственный главный принцип. Я бы построил просто ещё одну кастовую систему, только с кланами вместо аристократии. Это было неэффективно в долгосрочной перспективе.

И потом, был ещё один аспект. Ресурсный. Каждый из этих изгоев был потенциальным солдатом, фермером, ремесленником. Это был не мусор. Отказаться от него означало добровольно ослабить свою будущую колонию.

Я посмотрел в глаза старой шаманке.

— Газария — огромная территория, — твёрдо сказал я. — Там хватит места для всех. Мои законы будут одинаковы для каждого, кто готов трудиться и сражаться за новый дом. Неважно, пришёл он с кланом или в одиночку. Любой орк, мужчина, женщина или ребёнок, который доберётся до Газарии и примет мои правила, получит землю, защиту и возможность начать новую жизнь.

На морщинистом лице Морриган впервые появилось что-то похожее на улыбку. Она медленно кивнула, словно только что получила самый важный ответ в своей жизни.

— Я спрашивала от их имени, Владыка. И твой ответ передам им, — сказала она, снова отворачиваясь к своему костру.

Я подумал, что наш разговор окончен, но решил задать ещё один вопрос:

— Духи имеют касательно меня предсказание?

— Да, — без раздумий, словно ожидала такого вопроса, ответила Морриган. — Они говорят, что ты встретишь опасность размером с гору. И то, что ты сделаешь, заставит духов содрогнуться.

— А у меня будет выбор?

— Выбор всегда есть. Но ты выберешь драться и победить, Владыка. Духи считают так.

Охотники проводили меня, причём новыми тропами, чтобы мы смогли догнать колонну Штатгаля и их усилия увенчались успехом.

Через полтора часа мы увидели хвост колонны.

Я остановился, чтобы попрощаться с охотниками.

— Скажите, орки, из какого вы клана? — спросил я их.

Молодые орки потупились.

— Мы орки Леса, Владыка, — округло ответил один из них.

— Ну, что же… Я буду рад видеть вас в Газарии, если таково будет ваше желание. Пообщайтесь с шаманкой, подумайте. Я дал ей ответ, его стоит разнести по всему лесу.

Орки кивнули. Мудрости понять, какой ответ я дал и на какой вопрос, им не хватило, но с Морриган они определённо будут разговаривать.

Я пожал им руки и вернулся к колонне.

Увидев меня, Иртык радостно помахал мне рукой. Телохранителю становилось спокойнее, только когда он ошивался рядом со мной.