99-ая душа. Тетралогия (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 62

– Ар‑р! – выплюнул Олег, метнув кулак навстречу моему драгоценному носу.

В его глазах вспыхнуло предвкушение. Он уже видел, как кровь заливает моё лицо, а я барахтаюсь на асфальте, жалобно подвывая. Но я был практически профессиональным разрушителем влажных мечтаний, так что активировал «порыв бури». Тот сдул обоих байкеров как пушинок.

Гришка покатился по асфальту, врезавшись в их же мотоциклы. Те с грохотом упали на вскрикнувшего от боли ублюдка, выбив из него сознание.

А его дружок впечатался головой в стальной столб. Тот поддерживал распростёршийся над заправкой металлический навес с горящим неоном буквами, складывающимися в название.

– А‑а‑а! – судорожно прохрипел Олежка, схватившись за лоб, где быстро наливалась краснотой шишка.

– Кажется, у тебя жестокая аллергия на сталь, – сострил я, показав пальцем на шишку.

– Ах ты урод старый… Значит, всё‑таки маг. Ну сейчас я тебе устрою… – прохрипел он, пытаясь встать на ноги.

И байкер устроил… летал по заправке так, что любо‑дорого было посмотреть! Мои «порывы бури» гоняли его по асфальту как мусор, швыряя из стороны в сторону. Он попробовал на прочность и мусорный бак, и тополь, и колонку, и даже саданулся яйцами об угол павильона.

И если поначалу гад грозился убить меня, то потом лишь стонал и вскрикивал, уже смирившись с тем, что под таким напором не сможет вызвать магический атрибут. Олежик не мог сконцентрироваться на магии ровно так же, как де Тур, пожираемый проглотом, и как Павел, когда на него в холле особняка летел монстр из артефакта.

– Может, хватит, господин? – жалобно посмотрела на меня стоящая на пороге девчонка, покинув кассу.

– Думаешь, достаточно? – вскинул я бровь, вытер трудовой пот и посмотрел на стонущего Олега.

Тот не пытался встать, а лишь хрипел, сглатывая кровь из разбитых губ.

– Ага, у него вон даже передний зуб вылетел.

– Ты… ты заплатишь за всё, – вдруг просипел Олежек и закашлялся.

Я пошарил по карманам пиджака и нашёл там гвоздь, не пойми откуда взявшийся. Подошёл к стонущему байкеру и швырнул его на грудь идиота.

– Вот достойная плата. Чутьё подсказывает, что это охрененный гвоздь. Вобьёшь его в стену и повесишь на него свои яйца.

– Мой отец… он… он… – забормотал Олег, сфокусировав на мне горящий яростью взгляд. – Он отомстит, из‑под земли тебя достанет, найдёт где угодно.

– А зачем меня искать? Пусть приходит в тринадцатый отдел. Я его там встречу, – кровожадно ухмыльнулся я, присев на корточки возле байкера.

Он испуганно вздрогнул. Ярость в глазах сменилась страхом как у мелкого жулика, услышавшего о самом жестоком отделе полиции. Но его взгляд всё же с надеждой зашарил по моему лицу, пытаясь найти признаки вранья.

Ублюдок отчаянно не хотел верить в то, что старик в запылённом костюме – сотрудник тринадцатого отдела. Но на моей физиономии царила абсолютная уверенность. И тогда он сжался и простонал как маленький мальчик:

– Простите… я больше так не буду.

– Верю. Ведь если я услышу, что ты продолжаешь творить подобные непотребства, то приду за тобой, швырну в застенки, и там ты признаешься, что в промышленных масштабах выносил из Лабиринта артефакты, ссал в лифтах и очень нелестно отзывался об императоре.

Я похлопал его по окровавленной щеке и поднялся, услышав, как хрустнули колени. Но хрен бы с ними, сейчас надо замести следы.

Подойдя к шатенке, я спросил:

– Красавица, а вот эта парочка камер под крышей записала мои геройства?

– Ага, но мы можем всё… э‑э‑э…

– Я тебя понял. Куда идти?

Она повела меня вглубь помещения, где мы быстренько все подчистили.

А уже спустя пять минут я заправил мотоцикл и уехал, всё ещё видя перед мысленным взором восторженно пугливый взгляд шатенки. В её глазах читалось, что этому городу нужен такой седой герой.

Да и сама Северная Пальмира словно рукоплескала мне ветвями немногочисленных деревьев, аплодировала плеском каналов и подбадривала жёлтым светом фонарей. Те освещали дороги, оказавшиеся практически пустыми. Благодаря этому мне удалось быстро добраться до особняка Зверевых и загнать харлей в гараж.

Внук, как верный пёс, в халате уже ждал меня в холле около лестницы.

– Деда, где ты был⁈ Я звонил тебе, а телефон выключен! – выпалил он, взволнованно хлопая голубыми глазами.

– Батарея села, наверное. И хорошо, что я не сел, учитывая, где был.

– Так что стряслось? Где ты пропадал⁈ – протараторил Павел, усевшись в кресло около журнального столика.

Я рухнул в другое напротив него и закинул гудящие ноги на пыльный пуфик, попутно мазнув взглядом по чёрному пятну, оставшемуся на паркете после битвы с тварью из артефакта.

– Ну тогда приготовься слушать, – вздохнул я, кашлянул в кулак и поведал ему о визите в тринадцатый отдел.

Тот тревожно выслушал меня и сглотнул.

– И что ты решил, деда? Будешь с ними работать? Блин, это опасно!

– Опасно? Замечательно! Считай, ты меня убедил! Соглашусь, но попозже, – улыбнулся я и объяснил внуку своё решение: – Работа с тринадцатым отделом – это же прямой доступ к возможности быстро набрать рейтинг: новые блуждающие проходы, монстры, трофеи и шанс завести полезные знакомства среди людей в чинах.

Да, звучит и вправду хорошо. Но не стоит забывать, что ребята из отдела попытаются вызнать все мои секретики. Но я водил за нос имперских сыскарей в предыдущем мире так хорошо, что они вышли сами на себя. Думаю, и тут справлюсь.

Павел вздохнул и пробурчал:

– Всё так. Только и шанс сложить голову велик.

– Пфф, ерунда. Смерть обходит меня стороной. Лучше расскажи, у тебя‑то как дела? Продал мои трофеи из Лабиринта?

– Продал, – кивнул тот и вдруг робко заулыбался. – Кажется, у меня появилась девушка.

– Так, Павел, – затвердел я лицом, сощурив глаза. – Немедленно развяжи бедняжку, выпусти из подвала и умоляй её не писать заявление в полицию.

– Деда, прекращай ёрничать. Это Миронова. Я завтра иду с ней на свидание, – ещё больше покраснел внучок, счастливо сверкая зенками.

– А‑а‑а, тогда возьми с собой хлороформ и платочек, чтоб уж наверняка…

Тот сердито засопел и проронил:

– Кажется, я ей понравился.

– Мой опыт охотника говорит, что дело тут нечисто. Наверное, она оборотень, потому и идёт с тобой на свидание, чтобы в полночь обратиться зверем и сожрать такой сладкий пирожочек. Павел, ты чего вскочил? Ты куда⁈ Я же ещё не до конца разрушил твою самооценку!

Но Павлуша под мой хриплый хохот взлетел по лестнице и скрылся на втором этаже. Он явно даже не догадывался, что я тренирую его. А то ранимым нечего делать в этом жестоком мире. Он, конечно, порой похож на Рай, но этот Рай населён кошмарами.

– Ладно, потехе час, а делу время. Или как‑то так… – пробормотал я и выбрался из кресла.

Я поплёлся в алхимическую лабораторию, хозяйским взглядом прикидывая, что нужно подлатать в этом доме. Деньги‑то появились, но пока ремонтом рано заниматься. Особняк‑то по бумагам ещё не мой. Придётся подождать. А вот служанку можно нанять уже завтра.

Пока же я спустился в лабораторию, включил свет и принялся шарить по сусекам. Ингредиенты оказались на месте – те самые, что я сегодня просил Павла купить.

– Ну‑с, поехали, – тряхнул я руками и следом непроизвольно зевнул.

Помотал головой, прогоняя сон, а затем принялся варить архисложное зелье, чей рецепт известен очень немногим людям. Да что там людям! Ведьмакам!

Вскоре лабораторию затопил запах трав, а над горелкой в чугунной чашке весело булькало чёрное варево, напоминающее нефть. Пар от него поднимался к растрескавшемуся потолку с жёлтыми пятнами. А я довольно потирал морщинистые ладони.

Всё шло превосходно – запах и цвет варева говорили мне об этом. Осталось только добавить души. «Трансформация» переработала в энергию и души рогатых собак, и проглота, и последнего морозного беса, и кровавого древня. Зелье после этого стало насыщенного красного цвета, забурлило и зашипело, плюясь обжигающими каплями.